Статья нанесение вреда здоровью: УК РФ Статья 115. Умышленное причинение легкого вреда здоровью / КонсультантПлюс

Содержание

Статья 112 УК РФ. Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью

Оглавление

Ч.1 статьи 112 УК РФ

1. Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, —

наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Ч.2 статьи 112 УК РФ

2. То же деяние, совершенное:

а) в отношении двух или более лиц;

б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

в) в отношении малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего;

г) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

е) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы;

з) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, —

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

Комментарии к статье

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. В 4 т. Особенная часть. Раздел IX (постатейный) (том 3) (отв. ред. В.М. Лебедев) («Юрайт», 2017)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. В 4 т. Особенная часть. Разделы X — XII (постатейный) (том 4) (отв. ред. В.М. Лебедев) («Юрайт», 2017)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (7-е издание, переработанное и дополненное) (под ред. Г.А. Есакова) («Проспект», 2017)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (исправлен, дополнен, переработан) (под ред. А.И. Чучаева) («КОНТРАКТ», 2013)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: Научно-практический (постатейный) (2-е издание, переработанное и дополненное) (под ред. С.В. Дьякова, Н.Г. Кадникова) («Юриспруденция», 2013)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) (том 1) (2-е издание) (под ред. А.В. Бриллиантова) («Проспект», 2015)

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: в 2 т. (постатейный) (том 2) (2-е издание) (под ред. А.В. Бриллиантова) («Проспект», 2015)

Legislationline

Уголовный Кодекс (2003)

Неофицеальный перевод

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РЕСПУБЛИКИ АРМЕНИЯ

Принят 18.04.2003

(…)

Статья 63. Обстоятельства, отягчающие ответственность и наказание

1. Обстоятельствами, отягчающими ответственность и наказание, являются:

1) рецидив преступлений, совершение преступления в виде промысла;

2) причнение преступлением тяжких последствий;

3) совершение преступления в составе группы лиц, организованной группы или преступного сообщества;

4) особо активная роль в преступлении;

5) привлечение к совершению преступления лиц, заведомо для виновного страдающих болезненными психическими расстройствами либо находящихся в состоянии опьянения, а также не достигших установленного возраста уголовной ответственности;

6) совершение преступления по мотивам национальной, расовой или религиозной ненависти, религиозного фанатизма, из мести за правомерные действия других лиц;

7) совершение преступления с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение;

8) совершение преступления в отношении женщины, заведомо для виновного беременной, а также малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимом от виновного положении;

9) совершение преступления в отношении лица в связи с исполнением им своего служебного или общественного долга или в отношении его супруги (супруга) либо близкого родственника;

10) совершение преступления лицом, нарушившим тем самым военную присягу или профессиональную клятву;

11) совершение преступления с особой жестокостью, подвергая потерпевшего издевательствам или мучениям;

12) совершение преступления опасным для общества способом;

13) совершение преступления в условиях военного или чрезвычайного положения, стихийного или иного общественного бедствия, а также при массовых беспорядках;

14) совершение преступления под воздействием алкоголя, наркотических средств или иных одурманивающих веществ.

2. Суд в зависимости от характера преступления может не признать отягчающими обстоятельства, указанные в пунктах 10 и 14 части первой настоящей статьи.

3. При назначении наказания суд не может учитывать иные обстоятельства, не предусмотренные частью первой настоящей статьи.

4. Если какое-либо обстоятельство, указанное в части первой настоящей статьи, предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, оно не может повторно учитываться в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность и наказание.

(…)

Статья 104. Убийство

1. Убийство, то есть противоправное умышленное лишение жизни другого человека, — наказывается лишением свободы на срок от шести до двенадцати лет.

2. Убийство:

1) двух или более лиц;

2) лица или его близких в связи с осуществлением этим лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

3) сопряженное с похищением человека или захватом заложника;

4) заведомо беременной женщины;

5) совершенное с особой жестокостью;

6) совершенное способом, опасным для жизни многих людей;

7) совершенное группой лиц или организованной группой;

8) из корыстных побуждений, заказное, а также сопряженное с вымогательством, разбоем или бандитизмом;

9) сопряженное с терроризмом;

10) из хулиганских побуждений;

11) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение;

12) сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;

13) по мотиву национальной, расовой или религиозной ненависти либо религиозного фанатизма;

14) в целях использования частей тела или тканей потерпевшего;

15) совершенное лицом, ранее совершившим убийство, за исключением деяний, предусмотренных статьями 105-108 настоящего Кодекса, —

наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет либо пожизненным лишением свободы.

(…)

Статья 112. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

1. Умышленное причинение другому человеку телесного повреждения или иного тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, либо повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха или какого-либо органа или утрату органом функции, либо выразившегося в неизгладимом обезображении лица, а также причнение иного вреда здоровью, опасного для жизни или вызвавшего его расстройство, соединенное со стойкой утратой общей трудоспособности не менее чем на одну треть или с заведомо для виновного полной утратой профессиональной трудоспособности, либо повлекшее за собой прерывание беременности, психическую болезнь, заболевание наркоманией или токсикоманией, —

наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет.

2. То же деяние:

1) соврешенное в отношении двух или более лиц;

2) совершенное в отношении лица или его близких в связи с осуществлением этим лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

3) в отношении похищенного человека или заложника;

4) совершенное с особой жестокостью;

5) совершенное способом, опасным для жизни многих людей;

6) совершенное группой лиц, организованной группой;

7) совершенное из корыстных побуждений, а также сопряженное с вымогательством;

8) сопряженное с терроризмом;

9) совершенное из хулиганских побуждений;

10) совершенное с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение;

11) сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;

12) совершенное по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или религиозного фанатизма;

13) совершенное в целях использования частей тела или тканей потерпевшего;

14) повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, —

наказывается лишением свободы на срок от пяти до десяти лет.

Статья 113. Умышленное причинение вреда средней тяжести здоровью

1. Умышленное причинение другом человеку телесного повреждения или какого-либо иного вреда здоровью, не опасного для жизни и не повлекшего последствий, предусмотренных статьей 112 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, —

наказывается арестом на срок от одного до трех месяцев либо лишением свободы на срок не свыше трех лет.

2. То же деяние, совершенное:

1) в отношении двух или более лиц;

2) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением этим лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

3) группой лиц или организованной группой;

4) из корыстных побуждений;

5) с особой жестокостью;

6) из хулиганских побуждений;

7) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или религиозного фанатизма, —

наказывается лишением свободы на срок не свыше пяти лет.

(…)

Статья 119. Пытка

1. Пытка, то есть любое действие, которым лицу умышленно причиняется сильная боль или иное телесное или психическое страдание, если это не повлекло последствий, предусмотренных статьями 112 и 113 настоящего Кодекса,

наказывается лишением свободы на срок не свыше трех лет.

2. Те же действия, совершенные:

1) в отношении двух или более лиц;

2) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением этим лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

3) в отношении несовершеннолетнего или лица, находящегося в материальной или иной зависимости от виновного, а также лица, похищенного или захваченного в качестве заложника;

4) в отношении заведомо беременной женщины;

5) группой лиц или организованной группой;

6) с особой жестокостью;

7) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или религиозного фанатизма, —

наказываются лишением свободы на срок от трех до семи лет.

(…)

Статья 185. Умышленные уничтожение или повреждение имущества

Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, причинившие ущерб в значительных размерах, наказываются штрафом в размере от пятидесятикратного до стократного размера минимальной заработной платы, либо исправительными работами на срок не свыше одного года, либо арестом на срок не свыше двух месяцев, либо лишением свободы на срок не свыше двух лет.

2. Те же действия:

1) совершенные путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом;

2) причинившие ущерб в крупных размерах;

3) совершенные в связи с выполнением лицом или его близкими своего служебного или общественного долга;

4) совершенные по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или религиозного фанатизма, —

наказываются лишением свободы на срок не свыше четырех лет.

3. Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи:

1) причинившие ущерб в особо крупных размерах;

2) повлекшие по неосторожности смерть человека;

3) повлекшие уничтожение или повреждение предметов, имеющих особую историческую, научную или культурную ценность, —

наказываются лишением свободы на срок от двух до шести лет.

(…)

Статья 265. Надругательство над телами умерших или местами захоронения

1. Надруательство над телами умерших либо уничтожение, повреждение или осквернение мест захоронения, надмогильных строений или предметов, предназначенных для церемоний в связи с погребением или поминовением умерших, —

наказываются штрафом в размере от трехсоткратного до пятисоткратного размера минимальной заработной платы, либо арестом на срок не свыше двух месяцев.

2. Те же деяния:

1) совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

2) совершенные по мотиву национальной, расовой или религиозной ненависти или вражды;

3) сопряженные с хищением предметов, находящихся в могилах или на могилах, —

наказываются штрафом в размере от 400 кратного до 800 кратного размера минимальной заработной платы, либо арестом на срок от одного до трех месяцев, либо лишнием свободы на срок не свыше трех лет.

(…)

Статья 393. Геноцид

Убийство членов какой бы то ни было национальной, этнической, расовой или религиозной группы в целях ее полного или частичного уничтожения, причинение тяжкого вреда их здоровью, воспрепятствование деторождению, принудительная передача детей этой группы другой группе, насильственное переселение либо создание иных условий жизни в целях полного или частичного физического истребления (геноцид) —

наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до пятнадцати лет либо пожизненным лишением свободы.

(…)

Статья 397.1.

Отрицание, смягчение, одобрение или оправдание геноцида и иных преступлений против мира и безопасности человечества

Распространение путем компютерной системы или иным способом материалов,  отрицающих, смягчающих, одобряющих или оправдывающих геноцид и иные  преступления против мира и безопастности человечества, предусмотреных настоящей главой, совершенные по признакам расовой, национальной, этнической принадлежности и вероисповедания, в целях разжигания неновести, дискриминации или насилия в отношении лиц или группы лиц

наказывается штрафом от стократного до трехсоткратномго размера минимальной заработной платы либо лишением свободы на срок до 4 лет

(…)

Наказание за издевательства над заведомо слабым человеком ужесточат — Российская газета

Очень важный законопроект внесен на рассмотрение Госдумы. Он намечает изменения в Уголовный кодекс в той его части, где говорится о причинении легкого вреда здоровью и побоях. И касается он тех весьма часто случающихся ситуаций, когда «легкому насилию» подвергается человек беспомощный, не способный дать отпор.

По предлагаемым изменениям должна быть серьезно повышена ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью и побои, если жертва — ребенок, старик или инвалид, заведомо находящийся в беспомощном состоянии. Назван и срок — до двух лет лишения свободы.

«Легкий вред здоровью» — очень хитрая юридическая формулировка, часто позволяющая практически без последствий обижать тех, кто слабее. Теоретически, конечно, «легкий вред здоровью» тоже наказуем. Но это наказание бывает лишь в самом крайнем случае. Так недавно был осужден охранник магазина, сломавший нос пожилой покупательнице. Женщина неосторожно задела бутылку с кетчупом на полке магазина, та упала и разбилась. За что получила от пришедшего на шум охранника закрытый перелом костей носа, «а также иные телесные повреждения, квалифицирующиеся как легкий вред здоровью». Условный срок и небольшой штраф дал возможность охраннику продолжить службу на прежнем месте работы.

«Легкий вред» — хитрая формулировка, часто позволяющая обижать беззащитных

В другом случае вообще не понес никакого наказания отец, явившийся в школу на «разбор» ссоры своего сына с одноклассником. Одноклассник в ходе мальчишеского конфликта оказался сильнее. Результат — оторванный рукав у куртки и ссадина на колене у пострадавшего. А вот обиженный папаша на виду у всего класса так ударил чужого ребенка, что тот не удержался на ногах. Синяк во всю щеку и моральная травма от нецензурных оскорблений — тоже легкий вред здоровью.

Сегодня Уголовный кодекс предусматривает серьезную ответственность лишь в тех случаях, если здоровью маленьких или беспомощных наносится тяжкий или средний вред. Тут и сроки серьезные, и неотвратимость наказания присутствует. При «легких» повреждениях виновного могут пожурить или административно наказать. Автор законопроекта — депутат от ЛДПР Дмитрий Савельев считает, что за «легкое повреждение» старому или малому надо не журить, а сажать, если напавший заведомо знал, что отпора ему не дадут.

— Издевательства над детьми и вообще над теми, кто не может за себя постоять, отвратительны, недопустимы, — считает Савельев. — И это не просто эмоциональная оценка.

Автор законопроекта напоминает, что в статьях 115 и 116 УК РФ («Умышленное причинение легкого вреда здоровью» и «Побои») специально выделены пункты, касающиеся хулиганства, а также мотивов, связанных с политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненавистью:

— Люди могут подраться. Это случается. Один мужчина может поставить другому пару синяков из ревности, например. Это плохо, это уголовно наказуемо — но вообще-то в этом нет ничего особенного. Однако бывают недопустимые варианты тех же самых действий — и тогда наказание значительно строже. Так вот, бить детей, инвалидов, стариков — недопустимо, — отмечает Дмитрий Савельев. — Одно дело, синяк под глазом у соседа-донжуана и совсем другое — синяки на лице у ребенка.

Напомним, что у депутата это не первый подобный законопроект. Савельев за последнее время представлял законопроекты, предусматривающие повышенную ответственность и за другие преступления против стариков. Новый фактически можно назвать логическим продолжением предыдущих.

И во всех них депутат указывает, что и стариков, и детей, и инвалидов объединяет нечто общее — беспомощность перед преступником.

Куда обратиться с заявлением о причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев или клевете?

Куда обратиться с заявлением о причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев или клевете?

В соответствии с ч. 2 ст. 20 Уголовно-процессуального кодекса РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности), ч.1 ст.116 (нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ) и ч.1 ст.128.1 УК РФ(клевета, т.е. распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию) считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.
Уголовные дела данной категории подсудны мировому судье и возбуждаются в отношении конкретного лица.

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что граждане в большинстве случаев обращаются с заявлениями о совершении указанных преступлений не к мировому судье, а в органы внутренних дел.

В основном это объясняется незнанием порядка реализации их права на доступ к правосудию по делам данной категории и порядка возбуждения уголовных дел частного обвинения.

Вместе с тем, по делам частного обвинения граждане наделены правом самостоятельно обратиться с заявлением за защитой своих нарушенных прав непосредственно в суд, минуя стадию предварительного расследования.

Надлежащим заявителем по делам частного обвинения может быть физическое лицо, которому причинен физический и (или) моральный вред.

От имени несовершеннолетнего потерпевшего заявление подается его законными представителями (родителями), опекунами или попечителями. От имени лица, признанного недееспособным, заявление может быть подано его опекуном. В случае смерти заявителя уголовное дело частного обвинения может быть возбуждено путем подачи заявления его близким родственником.

Право на представительство интересов несовершеннолетнего, недееспособного пострадавшего, либо умершего должно быть удостоверено соответствующими документами.

Заявление о возбуждении уголовного дела частного обвинения, подаваемое в суд, должно содержать:

— наименование суда, в который оно подается;

— описание события преступления, места, времени, а также обстоятельств его совершения;

— просьбу, адресованную суду, о принятии уголовного дела к производству;

— данные о потерпевшем, а также о документах, удостоверяющих его личность;

— данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности;

— список свидетелей, которых необходимо вызвать в суд;

— подпись лица, его подавшего.

Заявление подается в суд с копиями по числу лиц, в отношении которых возбуждается уголовное дело частного обвинения.

В случаях, если поданное заявление не отвечает вышеперечисленным требованиям, не содержит необходимых сведений, мировой судья возвращает заявление для приведения его в соответствие в течение установленного им срока. Если указания мирового судьи не исполнены, то судом в принятии заявления будет отказано.

С момента принятия судом заявления к своему производству лицо, его подавшее, является частным обвинителем с правами, предусмотренными статьями 42 и 43 УПК РФ, которые будут разъяснены судьей.

Также мировой судья может отказать в принятии заявления, если оно подано в отношении лица, данные о котором потерпевшему не известны. В таком случае судья для решения вопроса о возбуждении уголовного дела направляет указанное заявление руководителю следственного органа или начальнику органа дознания.

Следует отметить, что в случаях, когда потерпевшему данные лица, совершившего преступление, неизвестны либо отсутствуют сведения о месте нахождения этого лица, потерпевший вправе обратиться с заявлением об уголовном преследовании непосредственно в органы предварительного расследования.

Законом определено, что помимо суда правом возбуждения уголовных дел частного обвинения обладают также должностные лица органов предварительного расследования, но только в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 и главой 52 УПК РФ.

Так, в случаях, когда данные о лице, совершившем преступление, не известны либо преступление совершено лицом, указанным в ст. 447 УПК РФ (депутат, судья, прокурор, следователь, адвокат и др.), а также при отсутствии заявления лица, пострадавшего от преступления, его законного представителя, если потерпевший не способен самостоятельно в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам защищать свои права и отстаивать законные интересы, в том числе обратиться с заявлением в правоохранительные органы или в суд, уголовное дело должно быть возбуждено руководителем следственного органа, следователем либо дознавателем с согласия прокурора.

После возбуждения уголовного дела органами предварительного расследования, лицо, пострадавшее от преступленных посягательств, признается потерпевшим с правами, предусмотренными ст. 42 УПК РФ, которые ему будут разъяснены лицом, производящим следствие (дознание).

 

 

Прокуратура г. Владивостока

 

Статья 113 УК РФ. Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта

Документы Пленума и Президиума Верховного суда по ст. 113 УК РФ

Все документы >>>

Документы Пленума и Президиума Верховного суда по УК РФ

Все документы >>>

Законы Российской Федерации по УК РФ

Все документы >>>

Указы и распоряжения Президента Российской Федерации по УК РФ

  • Указ Президента РФ от 10.11.2007 N 1495 (ред. от 12.07.2021)

    «Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил Российской Федерации» (вместе с «Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации», «Дисциплинарным уставом Вооруженных Сил Российской Федерации», «Уставом гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил Российской Федерации»)

  • Указ Президента РФ от 17.05.2021 N 286

    «Об обеспечении безопасности при проведении мероприятий чемпионата Европы по футболу UEFA 2020 года в г. Санкт-Петербурге» (вместе с «Положением о межведомственном оперативном штабе по обеспечению безопасности при проведении мероприятий чемпионата Европы по футболу UEFA 2020 года в г. Санкт-Петербурге»)

Все документы >>>

Постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации по УК РФ

Все документы >>>

Нормативные акты министерств и ведомств Российской Федерации по ст. 113 УК РФ

  • Приказ Генпрокуратуры России от 16.06.2017 N 402 (ред. от 23.12.2019)

    «Об утверждении и введении в действие формы федерального статистического наблюдения N 2-Е «Сведения о рассмотрении сообщений о преступлениях», а также Инструкции по составлению отчетности по форме федерального статистического наблюдения N 2-Е»

  • Приказ Генпрокуратуры России от 23.12.2019 N 890

    «О внесении изменений в приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 16.06.2017 N 402 «Об утверждении и введении в действие формы федерального статистического наблюдения N 2-Е «Сведения о рассмотрении сообщений о преступлениях», а также Инструкции по составлению отчетности по форме федерального статистического наблюдения N 2-Е»

  • Приказ Генпрокуратуры России от 27.02.2015 N 89

    «Об утверждении и введении в действие формы федерального статистического наблюдения N 2-Е «Сведения о рассмотрении сообщений о преступлении», а также Инструкции по составлению отчетности по форме федерального статистического наблюдения N 2-Е»

Все документы >>>

Нормативные акты министерств и ведомств Российской Федерации по УК РФ

Все документы >>>

Ст. 114 (Превышение пределов самообороны)

Необходимая оборона – это неотъемлемое право любого человека, направленное на защиту себя, законных интересов, ценностей и прочих благ. Необходимая оборона является сдерживающим фактором преступности: вероятность жесткого отпора от потерпевшего порой останавливает злоумышленника даже лучше, чем возможное наказание. Данное право закреплено в ст.45 Конституции РФ, в которой сказано, что каждый человек вправе защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законами способами. УК РФ уточняет это положение в ст.37: в ней закреплено право на причинение вреда физлицу, посягающему на охраняемые законом ценности.

Однако нередко лицо выходит за пределы необходимой обороны. В этом случае к самому потерпевшему может быть применена ст.114 УК РФ, полное название которой звучит следующим образом: «Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление». По данным Судебного департамента при ВС РФ, в 2018 году по данной статье к уголовной ответственности было привлечено 505 человек.

Рассмотрим состав преступления, предусмотренный ч.1 ст.114 УК РФ

  1. Объект: здоровье потерпевшего.
  2. Объективная сторона: причинение вреда здоровью нападающего, совершенное при превышении необходимых пределов самообороны. Критерии определения тяжести вреда изложены в Постановлении Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522: например, таким вредом будет считаться утрата зрения, речи, органа, прерывание беременности и т.д. Для квалификации по данной части должно прослеживаться явное несоответствие защиты характеру и степени общественной опасности деяния. Например, если гражданин пытался ограбить потерпевшего, а последний избил его и сделал инвалидом, то налицо превышение пределов необходимой обороны.
  3. Субъект: вменяемое физлицо, достигшее 16-летнего возраста.
  4. Субъективная сторона: умышленная форма вины (прямой или косвенный умысел). Для данного преступления характерен особый мотив: защита от общественно опасного посягательства или его пресечение.

Часть 2 ст.114 УК РФ закрепляет ответственность за причинение средней тяжести и тяжкого вреда здоровью нападавшего при превышении мер, необходимых для задержания лица.

По вопросам применения данной статьи издано Постановление Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 года № 19. В частности, в п.13 сказано, что суд, рассматривая дело, возбужденное по ст.114 УК РФ, должен обращать внимание на следующие факторы:

  • объект посягательства;
  • способ, выбранный злоумышленником для достижения преступного результата, вероятные последствия и объективная необходимость причинение вреда здоровью нападавшего;
  • время, место посягательства, наличие фактора внезапности, количество нападавших, наличие оружие;
  • возможность потерпевшего отразить нападение;
  • прочие обстоятельства.

Существуют и иные нюансы применения данной статьи. Например, лицо не привлекается к уголовной ответственности по ст.114 УК РФ, если при причинении вреда потерпевший действовал в рамках разумного. Кроме того, ответственность также не наступает, если из-за фактора внезапности гражданин не успел объективно оценить характер и степень грозящей ему опасности.

«Рассматриваемое деяние относится к категории преступлений небольшой тяжести. Объясняется это их мотивом (стремление к защите), целью (пресечение деяния), а также тем, что эти преступления во многом носят вынужденный характер и совершаются под влиянием страха».

Наказание по ст.114 УК РФ

Ч.1 ст.114 УК РФ содержит альтернативные санкции:

  • до 1 года исправработ;
  • до 1 года ограничения свободы;
  • до 1 года принудительных работ;
  • до 1 года колонии.

Что касается части 2, то санкции более строгие:

  • до 2 лет исправработ;
  • до 2 лет ограничения свободы;
  • до 2 лет принудительных работ;
  • до 2 лет колонии.

По данным Судебного департамента при ВС РФ, чаще всего органы правосудия назначают по ст.114 УК РФ наказание в виде обязательных работ (151 человек), исправработ (113 человек) и лишения свободы условно (84 человека). Примечательно, что достаточно много уголовных дел завершаются в связи с примирением с потерпевшим: в 2018 году 377 человек были освобождены от уголовной ответственности по данной причине.

Рассмотрим несколько характерных случаев превышения пределов необходимой обороны

Две сестры из Бурятии распивали спиртное у себя дома. Под действием алкоголя одна из них начала высказывать свои претензии сестре, затем стала ее избивать, в том числе стулом. Пытаясь защититься, вторая женщина ранила ножом свою родственницу, причинив ей вред здоровью. Впоследствии женщины помирились, обвиняемая оказала материальную помощь потерпевшей. В итоге суд признал женщину виновной в совершении преступления, предусмотренном ч.1 ст.114 УК РФ, и назначил ей наказание в виде 8 месяцев условно с испытательным сроком в 1,5 года.

И еще одно дело.

Жительница Камчатки, защищая себя и детей от насилия со стороны мужа, нанесла ему ножевое ранение в область груди. Первоначально суд назначил наказание женщине в виде 8 месяцев лишения свободы условно по ч.1 ст.114 УК РФ, однако прокуратура обжаловала этого приговор. Вышестоящая инстанция приняла во внимание положительную характеристику осужденной, небольшую тяжесть преступления и то, что она совершила данное противоправное деяние впервые. В итоге приговор был пересмотрен, и женщине назначили ограничение свободы сроком на 7 месяцев.

Как видим, итоговое наказание сильно зависит от личного восприятия судьей той или иной ситуации. Проблему осложняет то, что институт необходимой обороны имеет массу оценочных понятий, таких, например, как «явность», «посягательство», «соответствие защиты характеру и опасности посягательства» и т.д. Грамотному адвокату под силу выстроить линию защиты таким образом, что у судьи не останется сомнений насчет невиновности гражданина в превышении пределов необходимой самообороны.

Также хорошим результатом может быть вынесение приговора, не связанного с лишением свободы и назначение штрафа вместо наказания. Однако конкретный результат будет зависеть от обстоятельств дела и от уровня профессионализма адвоката, оказывающего правовую помощь.

Статья за неумышленное причинение вреда здоровью

Причинение физического насилия всегда карается по закону, причем умышленные противоправные действия повлекут наказание по УК РФ. Ответственность может наступать даже за неумышленное причинение вреда здоровью, однако для этого нужно подтвердить причинение тяжких телесных повреждений. Читайте, как происходит определение характера и степени повреждений, грозит ли статья за среднюю тяжесть вреда.

Классификация телесных повреждений здоровью средней тяжести

На законодательном уровне регламентированы три категории вреда здоровью – тяжкие, средние и легкие повреждения. Разграничение между последствиями насилия происходит по результатам освидетельствований и экспертиз, назначаемых правоохранительными органами. Правила отнесения повреждения к определенной тяжести вреда регламентированы Постановлением Правительства от 17.08.2007 № 522, в состав факторов входят:

  • длительное расстройство здоровья;
  • значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на 1/3.

Обратите внимание! Чтобы медэксперт подтвердил указанную степень тяжести повреждений, нужно установить хотя бы один из перечисленных признаков. Подтверждение категории вреда происходит путем обследования пострадавшего гражданина, на основании медицинских документов.

Нередко, после получения травм или повреждений, граждане предпочитают самостоятельно обращаться в лечебные заведения. В этом случае экспертные мероприятия могут проводиться на основании сведений медкарт и листов нетрудоспособности, заключений МСЭ, иных медицинских справок. При фактическом обследовании пострадавшего эксперт будет устанавливать соответствие зафиксированных повреждений примененному насилию со стороны правонарушителя.

Основанием для проведения проверки по факту травм или повреждений является заявление пострадавшего. После обращения жертвы в правоохранительные органы, выдается направление на экспертизу. Полученные данные будут являться основанием для возбуждения дела по УК РФ, а дальнейшие процессуальные действия будут зависеть не только от степени вреда здоровью, но и характера действий виновника.

Какое наказание предусматривается по статье за неумышленный вред здоровью

До 2003 года статьей 118 УК РФ предусматривались санкции за неумышленное причинение вреда здоровью средней тяжести. На основании Закона № 162-ФЗ это деяние было декриминализировано, т.е. ответственность за неосторожные травмы и повреждения средней тяжести не наступает.

На данный момент неосторожное причинение вреда повлечет уголовное наказание только за тяжкие повреждения. Такое правило зафиксировано в статье 118 УК РФ. В составе санкции по части первой отсутствует тюремное заключение, что свидетельствует об относительно низкой общественной опасности таких действий. Однако ч. 2 ст. 118 УК РФ, которая связывает тяжкий вред здоровью с ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей, допускает лишение свободы на срок не более года.

Каким образом привлечь к ответственности за неосторожное нанесение травм средней тяжести? Это можно сделать только в рамках гражданского законодательства – необходимо обратиться с иском в суд для взыскания расходов на лечение, компенсации морального вреда. Точную сумму выплат определит суд на основании представленных доказательств.

Если у вас возникли вопросы, либо необходима помощь в привлечении к ответственности за неумышленный вред здоровью, обратитесь на консультацию к нашим юристам. Мы разъясним нормы судебной практики и законов, поможем оформить все необходимые документы. Обращайтесь, мы найдем выход даже в самой сложной ситуации!

Распространенность, тяжесть и характер предотвратимого вреда пациенту в различных медицинских учреждениях: систематический обзор и метаанализ глобально.

Дизайн Систематический обзор и метаанализ.

Источники данных Medline, PubMed, PsycINFO, Cinahl and Embase, WHOLIS, Google Scholar и SIGLE с января 2000 г. по январь 2019 г.Также был проведен поиск в списках литературы подходящих исследований и других соответствующих систематических обзорах.

Методы обзора Наблюдательные исследования, показывающие предотвратимый вред пациенту при оказании медицинской помощи. Основными результатами были распространенность, серьезность и типы предотвратимого вреда пациенту, представленные в процентах и ​​их 95% доверительные интервалы. Извлечение данных и критическая оценка проводились двумя независимыми экспертами. Был использован метаанализ случайных эффектов, за которым последовала одномерная и многовариантная мета-регрессия.Неоднородность оценивалась количественно с использованием статистики I 2 и оценивалась систематическая ошибка публикации.

Результаты Из 7313 идентифицированных записей в метаанализ было включено 70 исследований с участием 337 025 пациентов. Объединенная распространенность предотвратимого вреда пациенту составила 6% (95% доверительный интервал от 5% до 7%). В совокупности 12% (от 9% до 15%) предотвратимых повреждений пациентов были серьезными или привели к смерти. На инциденты, связанные с лекарствами (25%, 95% доверительный интервал от 16% до 34%) и другими видами лечения (24%, от 21% до 30%), приходится наибольшая доля предотвратимого вреда пациентам.По сравнению с больницами общего профиля (где было получено большинство доказательств) предотвращаемый вред пациенту был более распространен в специализированных медицинских учреждениях (интенсивная терапия или хирургия; коэффициент регрессии b = 0,07, 95% доверительный интервал от 0,04 до 0,10).

Выводы Примерно каждый 20 пациент получает предотвратимый вред при оказании медицинской помощи. Несмотря на то, что международная повестка дня в области безопасности пациентов поощряет акцент на предотвращаемом вреде пациентам, существуют ограниченные методы повышения качества, специально нацеленные на случаи предотвратимого вреда пациенту, а не на общий вред пациенту (предотвратимый и не предотвратимый).Разработка и внедрение научно обоснованных стратегий смягчения последствий, специально направленных на предотвращение вреда пациентам, может привести к значительному повышению качества медицинских услуг, что также может быть более рентабельным.

Введение

Вред, причиненный пациенту во время оказания медицинской помощи, является ведущей причиной заболеваемости и смертности на международном уровне.12 Всемирная организация здравоохранения определяет причинение вреда пациенту как «инцидент, который приводит к причинению вреда пациенту, например, нарушению структуры или функции тела и / или или любой вредный эффект, возникающий в результате или связанный с планами или действиями, предпринятыми во время оказания медицинской помощи, а не с основным заболеванием или травмой, и может быть физическим, социальным или психологическим (например, болезнь, травма, страдание, инвалидность и смерть).”3 Сообщается, что бремя здоровья и пациенты, которым причинен вред, причиняемый им в результате оказания медицинской помощи, сопоставимы с хроническими заболеваниями, такими как рассеянный склероз и рак шейки матки в развитых странах, а также с туберкулезом и малярией в развивающихся странах.45 Несчастные случаи с пациентами также являются серьезным финансовым фактором. бремя для систем здравоохранения во всем мире. По оценкам, 10-15% расходов на здравоохранение расходуются на прямые последствия причинения вреда пациенту, связанного со здоровьем.67

Раннее выявление и предотвращение причинения вреда пациенту в сфере здравоохранения является приоритетом международной политики.8 В принципе, идеальной целью было бы нулевой вред. Однако эта цель неосуществима, поскольку в клинической практике невозможно избежать некоторых вредов. Например, некоторые побочные реакции на лекарства, которые возникают при отсутствии каких-либо ошибок в процессе выписывания рецептов и без возможности обнаружения, с меньшей вероятностью можно будет предотвратить. В последние годы признание того, что часть вреда пациенту нельзя предотвратить, повысило внимание к понятию предотвратимого вреда пациенту.9 Большинство исследований классифицируют вред пациента как предотвратимый, если он возникает в результате идентифицируемой изменяемой причины, и его повторение в будущем. можно избежать путем разумной адаптации к процессу или соблюдения руководящих принципов, хотя универсального консенсуса не достигнуто.10 Основные источники предотвратимого вреда пациенту могут включать в себя действия медицинских работников (ошибки бездействия или совершения), сбои системы здравоохранения или сочетание ошибок, допущенных отдельными лицами, сбоев системы и характеристик пациента. вред потенциально может привести к более ощутимым клиническим преимуществам и лучшему воплощению результатов исследований по безопасности пациентов в клиническую практику. Стратегии повышения безопасности пациентов, основанные на лучшем понимании природы предотвратимого вреда пациенту, имеют большие перспективы эффективности (потому что они более конкретны) и реализации (потому что клиницисты могут легко признать их ценность).10

Существует несколько систематических обзоров общего вреда пациенту в различных медицинских учреждениях, но ни один из них не сосредоточен на предотвращаемом вреде пациенту. 1151617 Мы провели систематический обзор и метаанализ, чтобы оценить распространенность предотвратимого вреда пациенту в различных медицинских учреждениях, включая больниц, различных специальностей и в первичном звене. Мы также изучили серьезность и наиболее часто встречающиеся типы предотвратимых повреждений пациента.

Методы

Этот систематический обзор был проведен и опубликован в соответствии с Контрольным списком отчетности для метаанализов наблюдательных исследований (MOOSE).18 Заполненный контрольный список MOOSE доступен в электронной таблице 1.

Критерии отбора

Мы включили количественные обсервационные исследования, такие как когортные (проспективные или ретроспективные) и перекрестные исследования в любой географической зоне в любом медицинском учреждении (первичном, вторичном и третичном). care) публикуется с января 2000 г. Мы выбрали эту дату начала, потому что она совпадает с периодом, когда объем опубликованных исследований по безопасности пациентов начал увеличиваться после публикации исторического отчета To Err is Human: Building a Safer Health System в 1999 году.1519

Первичным результатом была распространенность предотвратимого вреда пациенту. Ущерб пациенту (который является синонимом неблагоприятных событий в здравоохранении) определяется как непредвиденные, непредвиденные несчастные случаи (например, травмы пациента, осложнения при уходе или смерть), которые являются прямым результатом оказанной помощи, а не основным заболеванием пациента. Вред пациенту можно предотвратить, во-первых, если он возник в результате идентифицируемой и изменяемой причины, а во-вторых, когда предотвращение повторения вреда пациенту в будущем возможно при разумной адаптации к процессу и соблюдении руководящих принципов.10

Вторичными исходами были тяжесть и типы предотвратимых повреждений пациента. В соответствии с форматом отчетности подходящих исследований, тяжесть предотвратимого вреда пациенту была разделена на легкую, среднюю и тяжелую. Ключевыми типами предотвратимого вреда были инфекции, связанные с наркотиками, диагностические, медицинские процедуры и инфекции, приобретенные в результате оказания медицинской помощи (определения представлены в электронной таблице 1).

Мы исключили следующее: исследования, сообщающие данные о вреде, но не о предотвратимом вреде пациенту; исследования с упором исключительно на конкретный тип вреда (только вред, связанный с наркотиками) или только конкретный уровень серьезности вреда (инциденты, которые привели только к повторной госпитализации или продлению срока пребывания), поскольку такие оценки будут отличаться от оценок, основанных на любых тип или любой уровень серьезности предотвратимого вреда пациенту; и исследования были сосредоточены на конкретных группах пациентов (например, пациентов с определенным заболеванием), поскольку такие оценки могут отличаться от оценок в общей популяции.

Поисковые запросы

С января 2000 г. по 27 января 2019 г. мы провели поиск в пяти электронных библиографических базах данных: Medline, Cinahl, Embase, Pubmed и PsycINFO. Мы дополнили эти поиски просмотром серых литературных источников, включая три базы данных (WHOLIS, Google Scholar, SIGLE), соответствующие отчеты и тезисы конференций. Мы также проверили существующие систематические обзоры и проверили списки литературы подходящих исследований. Стратегия поиска доступна в eTable 3.

Выбор и извлечение исследований

Мы экспортировали результаты поиска в сноску X8 и удалили дубликаты.Скрининг мы прошли в два этапа. Первоначально названия и отрывки исследований проверялись на соответствие критериям отбора. После этого были извлечены полные тексты исследований, первоначально оцененных как релевантные для обзора, и были проверены на соответствие нашим критериям включения или исключения. Мы разработали электронную таблицу для извлечения данных после пилотного тестирования для извлечения описательных данных о ключевых характеристиках исследования (например, количество и возраст участников, дизайн исследования, сбор данных, оценка предотвратимости) и количественных результатах (распространенность, типы и серьезность предотвратимых вред пациенту).Два независимых исследователя (KK и MP) провели скрининг и извлечение данных, разногласия разрешились путем обсуждения в более широкой группе (AA, DA, RH, RK). Надежность между экспертами была превосходной (каппа = 0,88 и 0,90).

Риск оценки систематической ошибки

Мы оценили риск систематической ошибки в исследованиях, используя адаптированную форму шкалы Ньюкасла-Оттавы для перекрестных и когортных исследований.20 Это позволило оценить репрезентативность выборки, размер выборки, частоту ответов, определение воздействия, контроля смешивающих переменных, оценки предотвратимости и соответствующего статистического анализа, который дал оценку от 0 (самая низкая оценка) до 9 (самая высокая оценка).Более высокий балл указывает на меньший риск систематической ошибки. Для нашего анализа исследования с оценкой 7 или выше считались низким риском, тогда как исследования с оценкой ниже 7 считались высоким риском.

Анализы

Нашим основным результатом была распространенность предотвратимого вреда пациенту, выраженная как доля пациентов с хотя бы одним предотвратимым вредным инцидентом для пациента и стратифицированная в соответствии с различными медицинскими услугами. Мы также рассчитали и сообщили о медиане распространенности предотвратимого вреда пациенту и межквартильных диапазонах во всех медицинских учреждениях.Нашими вторичными результатами были степень тяжести и типы предотвратимого вреда пациенту, выраженные как доли от общего числа предотвратимых вредных инцидентов для пациента. Мы объединили все данные в Stata 15 с помощью команды metaprop.21 Чтобы улучшить смысл и интерпретацию наших результатов в отношении распространенности, серьезности и общих типов предотвратимого вреда пациентам, мы также представляем данные о распространенности, серьезности и общие типы общего вреда (предотвратимые и непредотвратимые) с использованием одного и того же пула исследований во всех анализах.

Мы провели одномерную и многомерную мета-регрессию, чтобы проверить влияние модераторов уровня исследования на распространенность предотвратимого вреда пациенту с помощью команды metareg22. влияние на распространенность предотвратимого вреда пациенту (медицинское учреждение, население, план исследования, метод оценки вреда, оценка предотвратимости, размер выборки, риск систематической ошибки, регион ВОЗ).Модераторы были отобраны и закодированы в соответствии с процедурами консенсуса, и каждое значение модератора было основано как минимум на восьми исследованиях.23 Ковариаты, отвечающие нашему критерию значимости (P <0,10), были введены в многомерную мета-регрессионную модель. Порог P <0,10 был консервативным, чтобы избежать преждевременного дисконтирования потенциально важных независимых переменных. Поскольку часто ожидалось, что пропорции будут небольшими, мы использовали преобразование двойной арксинуса Фримена-Тьюки для стабилизации дисперсии, а затем выполнили метаанализ случайных эффектов, реализовав метод Дер-Симоняна-Лэрда.2425

Модели случайных эффектов использовались во всех анализах, потому что они более консервативны и имеют лучшие свойства при наличии неоднородности. 2627 Неоднородность была количественно оценена с использованием статистики I 2 . Обычно значения I 2 , равные 25%, 50% и 75%, указывают на низкую, среднюю и высокую неоднородность соответственно 28. Мы проверили симметрию воронкообразных графиков и использовали тест Эггера для проверки систематической ошибки публикации.29 были построены с использованием команды metafunnel 30, а тест Эггера был рассчитан с помощью команды метабиас.31

Участие пациентов и общественности

Два партнера-пациента, которые были членами нашей консультативной группы по исследованию, принимали участие в разработке вопросов нашего исследования и в выборе критериев оценки результатов этого исследования. Эти два пациента также предоставили критическую обратную связь по протоколу систематического обзора и дали советы по интерпретации и распространению результатов.

Результаты

В результате поиска было найдено 7313 ссылок. После того как мы удалили дубликаты и просмотрели заголовки и аннотации, 6522 статьи были исключены.Из оставшихся 307 исследований 241 были исключены после просмотра всей статьи. Всего в обзор было включено 66 исследований, в которых сообщалось о 70 независимых выборках. 173233343536373839404142434445464748495051525354555657585960616263646566676869707172737475767778798081828384858586878889909192939495969798 Процесс выбора показан на рисунке 1.

Рис. 1

Схема включения исследований в обзор

Описательные характеристики

Этот обзор основан на объединенной выборке из 337 025 пациентов, 28 150 из которых испытали вредные инциденты и 15 419 испытали предотвратимые вредные инциденты.В объединенной выборке было выявлено 47 148 опасных инцидентов, 25 977 (55%) из которых можно было предотвратить. Размеры выборки широко варьировались в исследованиях (в среднем 1440 пациентов, диапазон 128–96 047). Тридцать три исследования (47%) были проведены в США, 27 (39%) в Европе и 10 (14%) в других странах. Наиболее распространенный дизайн исследования был ретроспективным или кросс-секционным (n = 50; 71%), за которым следовали проспективные (20; 29%). В пятидесяти трех исследованиях (76%) изучались медицинские карты пациентов для выявления вреда, тогда как в 17 исследованиях (24%) наблюдали за пациентами с течением времени или были основаны на самоотчетах (например, интервью с пациентами).Во всех включенных исследованиях оценивается предотвратимость причинения вреда пациенту путем использования процедур консенсуса между двумя или более подготовленными рецензентами (врачами или группами врачей и медсестер). В пятидесяти исследованиях (71%) использовалась стандартизированная шкала Лайкерта для облегчения согласованных решений по предотвращению причинения вреда пациенту среди составителей обзора (вредные инциденты, получившие оценку четыре из шести и более, считались предотвратимыми) .99 Остальные 20 исследований (29) %) использовали неявно согласованные критерии для достижения консенсуса в отношении предотвратимости причинения вреда пациенту среди рецензентов.Большинство исследований было проведено в больницах общего профиля с участием пациентов различных специальностей (45 исследований; 64%). Двенадцать исследований (17%) были проведены по специальностям расширенной помощи (интенсивная терапия 6 исследований; хирургия 6 исследований), шесть исследований (8%) в отделениях неотложной помощи, четыре в акушерстве (6%) и три в первичной медико-санитарной помощи (4%). . За исключением шести исследований (9%), которые были основаны на детях и подростках, и пяти исследований на пожилых людях (7%), остальные 59 исследований (84%) были в основном основаны на взрослых. Более подробная информация об описательных характеристиках включенных исследований доступна в электронной таблице 2.

Во всех 70 исследованиях представлены данные о распространенности предотвратимого вреда для пациента и общего вреда для пациента. В одной трети исследований (20 исследований, 29%) приводятся данные о серьезности предотвратимого вреда пациенту. Сорок три исследования (60%) сообщили о пропорциях по крайней мере двух из следующих шести типов предотвратимого вреда пациенту: лекарственное лечение, немедикаментозное терапевтическое управление, диагностика, инвазивные медицинские процедуры, хирургические процедуры и инфекции, приобретенные во время оказания медицинской помощи.

Риск результатов смещения

Результаты исследований в Ньюкасле Оттава варьировались от трех до девяти (максимум 9, более высокий балл указывает на более низкий риск смещения).Двадцать девять исследований (41%) набрали восемь или более баллов и считались подверженными низкому риску систематической ошибки (см. Полную оценку в электронной таблице 3).

Метаанализ распространенности предотвратимого вреда пациенту, стратифицированного по медицинским условиям

Таблица 1 показывает, что объединенная распространенность предотвратимого вреда пациенту составила 6% (95% доверительный интервал от 5% до 7%, I 2 = 99%). ), а медиана распространенности составила 5% (межквартильный размах 3–9%). Для сравнения, объединенная распространенность общего вреда (предотвратимого и непредотвратимого) составила 12% (95% доверительный интервал от 9% до 14%, I 2 = 99%; таблица 1), а медиана составила 10% (межквартильный размах). 7-15%).Наибольшая совокупная оценка распространенности предотвратимого вреда для пациентов была получена в отделениях интенсивной терапии (18%, 95% доверительный интервал от 12% до 26%, I 2 = 96%) и хирургии (10%, от 7% до 13%, I ). 2 = 97%), а самый низкий — в акушерстве (2%, от 0% до 4%, I 2 = 95%). На рис. 2 представлен график распространенности предотвратимого вреда пациентам в различных медицинских учреждениях.

Таблица 1

Пропорции типов предотвратимого вреда пациенту и общего вреда пациенту

Рис. 2

Лесной график объединенной распространенности предотвратимого вреда пациенту в различных медицинских учреждениях

Мета-анализ тяжести и типов предотвратимого вреда пациенту

Таблица 1 показаны совокупные пропорции тяжести и типов предотвратимого вреда пациенту.Суммарная доля легкого вреда составила 49% (95% доверительный интервал от 43% до 56%, I 2 = 97%), средний вред составил 36% (от 31% до 42%, I 2 = 96%), тяжелые травмы составили 12% (от 9% до 15%, I 2 = 94%).

Инциденты управления лекарствами (25%, 95% доверительный интервал от 16% до 34%, I 2 = 98%) и другие инциденты терапевтического управления (24%, от 21% до 30%, I 2 = 98% ), на долю которых приходилась самая высокая доля предотвратимого вреда пациенту, за которым следуют инциденты, связанные с хирургическими процедурами (23%, от 9% до 38%, I 2 = 98%), медицинские инфекции (16%, от 11% до 22%, I 2 = 98%) и диагностики (16%, от 11% до 21%, I 2 = 98%).

Мета-регрессии, исследующие дисперсию в распространенности предотвратимого вреда пациенту

В таблице 2 показаны результаты одномерного и многомерного анализов. Однофакторный анализ показал, что распространенность предотвратимого вреда пациенту была выше в исследованиях, посвященных продвинутым специальностям, таким как хирургия и интенсивная терапия (b = 0,08, 95% доверительный интервал от 0,05 до 0,11), в исследованиях с относительно небольшими размерами выборки (b = 0,03). 0,01-0,06), а также в исследованиях детей и пожилых людей (b = 0.03, от -0,01 до 0,05). Таким образом, эти три переменные (условия оказания медицинской помощи, группа населения и размер выборки) подходили для включения в многомерный регрессионный анализ. Все остальные переменные (дизайн исследования, метод оценки вреда, оценка предотвратимости, риск систематической ошибки и регион ВОЗ) не подходили для включения в многомерный анализ, поскольку ни одна из них не влияла на распространенность предотвратимого вреда пациенту в неизменяемых анализах (P> 0,10. ).

Таблица 2

Одномерные и многомерные предикторы распространенности предотвратимого вреда пациенту (n = 70)

Общая многомерная модель была статистически значимой (χ 2 (4) = 33.98, P <0,001) и снизил статистику I 2 с 79% до 31%. Только условия оказания медицинской помощи (b = 0,07, 95% доверительный интервал от 0,04 до 0,10) оставались значимым предиктором распространенности предотвратимого вреда пациенту в многофакторном анализе, предполагающем, что распространенность предотвратимого вреда пациенту выше в передовых медицинских специальностях (хирургия и первичная медицинская помощь). уход) по сравнению с исследованиями в больницах общего профиля. Группа населения и размер выборки не были существенно связаны с распространенностью предотвратимого вреда пациенту после учета условий оказания медицинской помощи в многофакторном анализе.

Ошибка небольшого исследования

На рисунке 3 показаны некоторые свидетельства систематической ошибки публикации, на что указывает визуальный осмотр графиков воронки и тест Эггера для небольших эффектов исследования для первичного результата (коэффициент систематической ошибки для основного анализа 1,20, 95% доверительный интервал От 0,24 до 2,15, P = 0,02).

Рис. 3

Воронкообразный график исследований, включенных в анализ с псевдо 95% доверительными интервалами (se = стандартная ошибка)

Обсуждение

Понимание и уменьшение предотвратимого вреда для пациентов является серьезной проблемой общественного здравоохранения во всем мире.Мы провели систематический обзор и метаанализ, чтобы понять распространенность, серьезность и распространенные типы предотвратимого вреда пациентам в различных медицинских учреждениях. Мы объединили данные 70 исследований и обнаружили, что предотвратимый вред пациенту происходит у 6% пациентов в различных медицинских учреждениях. Учитывая совокупную распространенность 12% общего вреда, мы заключаем, что половину вреда пациенту можно предотвратить. Доля серьезного предотвратимого вреда пациенту, повлекшего за собой длительную, стойкую инвалидность или смерть, составила 12%.Наиболее распространенные типы предотвратимого вреда пациенту были связаны с лекарствами, другими терапевтическими методами лечения, а также с инвазивными медицинскими и хирургическими процедурами. Наиболее обширные доказательства предотвратимого вреда пациенту поступают из больниц (45 исследований), но меньше данных доступно по конкретным медицинским специальностям. Предотвратимый вред пациенту был более распространен у пациентов, лечившихся в хирургических отделениях и отделениях интенсивной терапии, по сравнению с пациентами, лечившимися в больницах общего профиля. Ни один из других вариантов методов, которые мы изучили в исследованиях, не повлиял на совокупную распространенность предотвратимого вреда пациенту (группа населения, план исследования, метод оценки вреда, оценка предотвратимости, размер выборки, риск систематической ошибки или регион ВОЗ).

Сильные стороны и ограничения исследования

Несмотря на уникальную направленность на предотвращаемый вред пациенту и несколько сильных сторон метода, этот обзор также имеет ограничения. Во-первых, распространенность предотвратимого вреда пациенту значительно различалась в разных исследованиях, и это изменение было лишь частично объяснено в мета-регрессионных анализах. Другие важные факторы, вероятно, объясняют необъяснимую неоднородность. Например, вариации в сроках, используемых для выявления вреда, могут быть важны при интерпретации различий в оценках распространенности 1 наряду с вариациями в реализации программ обеспечения качества и качеством документации, используемой для выявления предотвратимого вреда пациенту.Например, программы обеспечения качества, возможно, были реализованы параллельно с некоторыми из рассмотренных исследований, которые могли бы объяснить некоторую долю неоднородности, которую мы наблюдали в этом метаанализе.

Во-вторых, критическим критерием приемлемости для обеспечения выполнимости этого обзора было то, что данные о предотвратимом вреде для пациентов были доступны в опубликованных отчетах об исследованиях. Исследования, в которых не сообщались данные о предотвратимом вреде для пациентов, были исключены из анализа.Однако в большинстве исследований основное внимание уделялось общему ущербу для пациента, предотвращаемый вред пациенту сообщался как вторичный результат, и только одна треть исследований давала анализ тяжести и типов предотвратимого вреда пациенту.100

В-третьих, рейтинги предотвратимости, вероятно, будут развиваться. со временем, особенно после новых технологических достижений в здравоохранении. Следовательно, некоторые вредные воздействия на пациента, которые сейчас считаются неизлечимыми, могут быть предотвращены в будущем.10 Тем не менее, исследования, которые мы рассмотрели, неизменно показывают, что около 50% вреда пациенту можно было предотвратить, и мы не наблюдали каких-либо других закономерностей за последние 19 лет. .

В-четвертых, более чем в половине рассмотренных исследований использовались ретроспективные обзоры историй болезни для изучения распространенности, характера и тяжести предотвратимого вреда пациенту. Хотя на сегодняшний день обзоры историй болезни являются наиболее широко используемым методом оценки вреда, причиненного пациенту, пациенты и медицинские работники неоднократно выражали озабоченность по поводу того, что данные, содержащиеся в истории болезни, не отражают весь спектр вреда, который они испытывают во время обращения за медицинской помощью.101102 С другой стороны, самостоятельное сообщение пациентами о вреде (пациентами или медицинскими работниками) основывается на воспоминаниях и имеет свои ограничения.Сочетание методов (таких как проспективные обзоры историй болезни с опросами пациентов и поставщиков медицинских услуг) 103 с параллельным привлечением пациентов в качестве партнеров к выявлению медицинских ошибок и уменьшению предотвратимого вреда пациенту является многообещающим подходом к повышению безопасности пациентов104105

Сравнение с другими исследованиями.

Наш главный вывод состоит в том, что предотвратимое повреждение пациента является широко распространенной международной проблемой здравоохранения, которая причиняет ненужные страдания пациентам и может привести к нескольким предотвратимым смертельным исходам.Поскольку этот обзор специально разработан для понимания закономерностей предотвратимого вреда пациентам, сравнения с существующими обзорами, сфокусированными на общем вреде, проблематичны. наиболее приемлемая форма причинения вреда пациенту) имеет решающее значение с точки зрения разработки эффективных стратегий безопасности пациентов.

Имеются также данные о том, что предотвратимый вред пациентам не только вызывает озабоченность в отношении общественного здравоохранения, но и влечет за собой значительные альтернативные издержки.Избыточная продолжительность пребывания в больнице, связанная с врачебными ошибками, оценивается в 2,4 миллиона дней в больнице, что составляет 9,3 миллиарда долларов (7,3 миллиарда фунтов стерлингов; 8,2 миллиарда евро) дополнительных расходов в США7. в английских больницах приводит к 934 превосходным койко-дням на 100000 населения, что эквивалентно более чем 3500 оплачиваемым медицинским сестрам ежегодно.109 Таким образом, срочно необходимы инвестиции в разработку и оценку стратегий смягчения последствий предотвратимого вреда пациентам, и наши выводы решительно подкреплены нашими результатами. .

Последствия для политики

Наши результаты представляют собой полезную повестку дня приоритетных областей для смягчения предотвратимого вреда для пациентов. При изучении природы предотвратимого вреда пациенту, инциденты, связанные с наркотиками, и терапевтические инциденты составляют большинство. Этот вывод перекликается с рекомендациями международных инициатив в области политики безопасности пациентов за последнее десятилетие, включая недавнюю третью глобальную проблему безопасности пациентов ВОЗ «лекарства без вреда». конкретные виды предотвратимого вреда пациенту.Поскольку это исследование устанавливает масштабы предотвратимого вреда пациентам в медицинских учреждениях, необходимость более глубокого понимания системных и культурных обстоятельств, при которых происходит предотвратимый вред пациенту, выделена в качестве приоритетной области. Несколько исследований пытались объяснить вред, причиняемый пациентам, со ссылкой на их социотехнический контекст. Например, Винсент и его коллеги предполагают, что вред пациенту происходит из-за сопутствующих факторов (которые включают «активные» и «скрытые» сбои) в системе здравоохранения.111 Эти сбои соответствуют характеристикам системы, таким как выполняемые задачи, задействованные люди, технологии и инструменты, а также организационные ценности и структуры, в которых работает система.112 Однако исследования, включенные в наш обзор, не дает подробного понимания того, каким образом такие факторы могли способствовать выявленным случаям предотвратимого вреда. Ретроспективное изучение причинения вреда пациенту часто не учитывает бесчисленное множество способов, которыми сопутствующие факторы могут сочетаться, чтобы произвести — или предотвратить — предотвратимый случай причинения вреда пациенту.113 Подходы с использованием смешанных методов, которые связывают возникновение причинения вреда пациенту с наличием определенных сопутствующих факторов и вовлекают пациентов в качестве партнеров в установление этих связей, имеют прекрасные перспективы для достижения глубокого понимания возможных путей причинения вреда пациенту. понимание природы предотвратимого вреда пациенту и его детерминант может предложить полезные, основанные на фактах направления для разработки эффективных стратегий смягчения последствий. Комбинация мер индивидуального уровня (например, образовательные мероприятия для практикующих врачей), мер системного уровня (например, ориентированное на человека проектирование задач здравоохранения и рабочей среды) и мер организационного уровня (например, внедрение процессов мониторинга и улучшения качества) вероятно, будут многообещающей стратегией для уменьшения предотвратимого вреда для пациентов, 119120, но масштабируемые оценки этих вмешательств необходимы для поддержки более широкого внедрения.Кроме того, вмешательства зависят от наличия организационного контекста, поддерживающего их реализацию.121122

Еще один важный вывод заключается в том, что предотвращаемый вред пациенту, по-видимому, является серьезной проблемой в передовых медицинских специальностях, включая отделения интенсивной терапии и хирургические отделения. Пациенты, получавшие лечение по этим специальностям, с большей вероятностью испытали предотвратимый вред, чем пациенты, проходящие лечение в больницах общего профиля. Хирургический ущерб составляет значительную часть от общего госпитального вреда, 15123, но наши оценки выше, чем предполагалось.Причины, лежащие в основе этих цифр, требуют дальнейшего изучения, поскольку существующие стандарты безопасности могут «не спасти» многих пациентов с высоким риском, получающих лечение по специальностям продвинутого уровня.124 Более того, врачи этих специальностей часто подвергаются рабочему давлению и, как ожидается, внесут изменения в жизнь. быстро принимать решения, которые могут негативно повлиять на их личное благополучие, что является хорошо известным фактором риска предотвратимых медицинских инцидентов.125 С другой стороны, отделения хирургии и интенсивной терапии имеют дело с пациентами с высоким риском, которым выполняются сложные медицинские процедуры.Следовательно, вред пациенту может быть более заметным в этих условиях из-за его непосредственного, серьезного или совокупного воздействия на здоровье пациентов или из-за того, что в этих условиях внедрены более совершенные системы наблюдения для выявления вреда, причиненного пациенту. Кроме того, из дизайнов исследований не всегда ясно, что некоторая часть предотвратимого вреда пациенту не возникла при переходе от общей стационарной помощи к специализированной помощи расширенного профиля.108

Еще одним важным вкладом нашего синтеза является то, что он подчеркивает ключевые пробелы в литература о предотвратимом вреде пациенту.Только два исследования проводились в сфере первичной медико-санитарной помощи, где более 80% медицинских услуг предоставляется на международном уровне, 8126, а в психиатрии не было обнаружено никаких доказательств. Определенные виды предотвратимого вреда, которые, как правило, имеют место в первичной медико-санитарной помощи и психиатрии, могут остаться незамеченными или не затронутыми программами повышения качества и безопасности. Например, мы обнаружили, что диагностический вред является распространенным предотвратимым типом вреда, но наше понимание его природы нуждается в улучшении. Вероятное объяснение состоит в том, что диагностический вред прямо или косвенно связан с предоставлением услуг в системе первичной медико-санитарной помощи, где исследования предотвратимого вреда для пациентов немногочисленны.127128 Получение более точных оценок типов и источников предотвратимого диагностического вреда, возникающего в первичной медико-санитарной помощи или при переходе от первичной медико-санитарной помощи к стационарной, могло бы заложить основу для внедрения эффективных вмешательств по устранению диагностического вреда. Системные вмешательства, более активное участие пациентов в принятии решений для постановки диагноза, использование электронных инструментов и эмоционально-когнитивные вмешательства для повышения уверенности практикующих врачей или уверенности в постановке диагноза являются потенциально плодотворными областями вмешательства для снижения диагностического вреда, но не подвергались систематической оценке и не внедрялись в упражняться.104127128129130

Менее горстки исследований, посвященных детям и пожилым людям, группам, которые все чаще рассматриваются как уязвимые для низкокачественного или небезопасного ухода. Кроме того, только часть включенных исследований была проведена в развивающихся странах, так как многие исследования из развивающихся стран не предоставили данных о предотвращении вреда, что сделало их непригодными. Таким образом, несмотря на доказательства, свидетельствующие о том, что распространенность общего вреда выше в развивающихся странах по сравнению с развитыми странами, мы не обнаружили такой разницы в отношении предотвратимого вреда пациенту.

Проведение исследования для понимания распространенности, характера и воздействия предотвратимого вреда пациенту в первичной медико-санитарной помощи и психиатрии среди уязвимых групп пациентов (например, маленьких детей, пожилых людей или маргинализированных групп общества, таких как тюремное здравоохранение) и в развивающихся странах имеет потенциал для продвижения политических рекомендаций и практических мер по уменьшению предотвратимого вреда для пациентов.

Заключение

Наши результаты подтверждают, что предотвратимое нанесение вреда пациенту является серьезной проблемой во всех медицинских учреждениях.Приоритетными областями являются смягчение основных источников предотвратимого вреда пациентам (например, инцидентов с наркотиками) и уделение большего внимания передовым медицинским специальностям. Не менее важно собрать доказательства по таким специальностям, как первичная медико-санитарная помощь и психиатрия, уязвимые группы пациентов и развивающиеся страны. Улучшение стандартов оценки и отчетности в отношении предотвратимости в будущих исследованиях имеет решающее значение для снижения вреда для пациентов в медицинских учреждениях.

Что уже известно по этой теме
  • Лучшее понимание природы предотвратимого вреда пациенту может повлиять на международную политику и практику в области здравоохранения

  • Распространенность общего вреда для пациента была установлена ​​с помощью систематических обзоров но распространенности предотвратимого вреда пациенту уделялось меньше внимания

Что добавляет это исследование
  • Метаанализ, который количественно определяет распространенность, характер и серьезность предотвратимого вреда пациенту в различных медицинских учреждениях

  • Как минимум один из 20 пациентов пострадал от предотвратимого вреда пациенту в медицинских учреждениях

  • Примерно 12% предотвратимого вреда пациенту вызывает необратимую инвалидность или смерть пациента и в основном связано с инцидентами, связанными с наркотиками, терапевтическим лечением и инвазивными клиническими процедурами

Вред общественному здоровью в действия против covid-19 нельзя игнорировать

  1. Итаи Бавли, приглашенный научный сотрудник1 2,
  2. Брент Саттон, сессионный лектор3,
  3. Сандро Галеа, декан4
  1. 1 Гарвардский факультет истории науки, Кембридж , Массачусетс, США
  2. 2 Центр прикладной этики Мориса Янга, Школа народонаселения и общественного здравоохранения, Университет Британской Колумбии, Ванкувер, Британская Колумбия, Канада
  3. 3 Департамент политологии Британского университета Колумбия Ванкувер, Британская Колумбия, Канада
  4. 4 Бостонский университет, Бостон, Массачусетс, США
  1. Для корреспонденции: I Bavli itaibavli {at} fas.harvard.edu

Вредные последствия выбора общественного здравоохранения должны быть подробно рассмотрены и прозрачно сообщены, чтобы ограничить их ущерб, говорят Итаи Бавли и его коллеги

Пандемия SARS-CoV-2 стала беспрецедентной проблемой для правительств. Вопросы, касающиеся наиболее эффективных вмешательств по сокращению распространения вируса — например, большего количества тестов, требований к ношению лицевых масок, а также более строгих и более длительных запретов — широко обсуждаются в популярной и научной прессе, основанной главным образом на моделях, направленных на прогнозирование польза для здоровья от предлагаемых вмешательств.Центральным во всех этих исследованиях является признание того, что бездействие или отложенные действия подвергнут без необходимости риску серьезной болезни или смерти миллионы людей.

Однако меры по ограничению распространения коронавируса также имеют негативные последствия для здоровья, которые еще предстоит рассматривать на систематической основе. Несмотря на растущее количество данных о непреднамеренных неблагоприятных последствиях вмешательств в области общественного здравоохранения, таких как социальное дистанцирование и меры изоляции, мало признаков того, что политические решения основываются на серьезной оценке и взвешивании их вреда для здоровья.Вместо этого большая часть дискуссии стала политизированной, особенно в США, где провокационные заявления президента Трампа вызвали споры по партийным линиям о необходимости политики по контролю над covid-19. Эта политизация, часто подпитываемая дезинформацией, отвлекла от столь необходимой беспристрастной дискуссии о вреде и пользе потенциальных мер общественного здравоохранения против covid-19.

Сопутствующий ущерб

Вредные последствия вмешательств в области общественного здравоохранения могут быть прямыми или косвенными — например, психологический ущерб, ущерб справедливости, групповой и социальный ущерб, ущерб возможностям и неравенство в преимуществах вмешательства.12 Эти вмешательства могут усилить неблагоприятные исходы, которые они стремятся предотвратить, или повлиять на другие исходы для здоровья.234 Лица, определяющие политику, действуя для защиты общественного здоровья, должны взвесить возможные побочные эффекты при принятии решения, реализации и оценке конкретных вмешательств в области общественного здравоохранения.1

Усилия государственной политики, которые были предприняты для борьбы с пандемией covid-19, были захвачены политическим водоворотом именно потому, что эти усилия в их первой итерации не учитывали потенциальные негативные последствия.Хотя политика, направленная на массовое социальное дистанцирование, могла замедлить распространение вируса, она также вызвала беспрецедентный уровень безработицы, который вызвал оправданное сопротивление со стороны некоторых секторов. Если бы эти политические усилия с самого начала явно учитывали эти последствия — а социальное дистанцирование долгое время было элементом планирования серьезной пандемии — это позволило бы избежать некоторой политической реакции, что привело к более единообразному и более эффективному осуществлению этой политики.

Мы предлагаем три области вреда, которые должны стать частью всех усилий по оценке, оценке и реагированию на вредные последствия стратегий сдерживания SARS-CoV-2.

Чрезмерная смертность и неравенство в результате экономического ущерба

Основное предположение любого вмешательства в области общественного здравоохранения состоит в том, что оно позволит большему количеству людей жить дольше и здоровее. Применение клятвы врачей «сначала не навреди» общественному здоровью означает, что положительные результаты вмешательств в области общественного здравоохранения должны перевешивать любые отрицательные последствия. Таким образом, задача общественного здравоохранения состоит не только в том, чтобы учесть количество жизней, которые могут быть спасены политическими усилиями по ограничению распространения вируса, но, что более важно, учесть общее количество жизней, спасенных и потерянных в результате эпидемии, и ответные меры на нее. .

Свидетельства о влиянии роста безработицы во время экономического спада на здоровье населения в целом противоречивы.5 Исследования в странах с высоким уровнем доходов, основанные на совокупных данных, показывают, что уровень смертности имеет тенденцию к снижению по мере увеличения уровня безработицы, хотя исследования на индивидуальном уровне часто показывают обратное6. Считается, что снижение смертности связано с меньшим количеством сердечно-сосудистых событий и дорожно-транспортных происшествий7.

Однако исследования, проведенные в странах с низким и средним уровнем доходов, выявили более высокие показатели смертности во время экономического спада.89 Кроме того, это исследование основано на популяциях и не учитывает гетерогенность популяций. Последствия экономического спада для здоровья, вероятно, будут более остро ощущаться среди и без того социально-экономически уязвимых групп населения, что позволяет предположить, что экономические потрясения увеличат разрыв в состоянии здоровья.10

Экономический шок, вызванный усилиями по сдерживанию SARS-CoV-2, больше, чем шок, вызванный финансовый кризис 2007-09 гг. Поэтому крайне важно, чтобы модели, направленные на понимание влияния политики в отношении COVID-19 на здоровье, также учитывали количество жизней, потерянных в результате экономических последствий реагирования на пандемию, чтобы не отображать ложный выбор между экономикой и здоровьем.

Результаты прошлых экономических рецессий показывают, что ущерб, причиненный остановкой экономики, зависит от уровня экономического развития страны, при этом ожидается, что больше смертей произойдет в странах со средним и низким доходом. Поэтому правительствам следует использовать модели для измерения избыточной смертности, которые зависят от экономических условий конкретной страны. Это может привести к тому, что более бедные страны будут рассматривать более целенаправленные меры, позволяющие избежать полной остановки экономики в целом. Серьезность экономического шока, вызванного мерами по сдерживанию распространения вируса, убедительно свидетельствует о необходимости переоценки ожидаемого уровня смертности во всех странах.

Отрицательные последствия для здоровья

Ограничительные меры в отношении социальной мобильности и экономики связаны с неблагоприятными последствиями для здоровья как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Кратковременные последствия для здоровья возникают во время или вскоре после того, как будут приняты меры. Например, в обзоре доказательств психологического вреда карантина Брукс и его коллеги11 показывают, что такие меры усиливают гнев, замешательство и симптомы посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Закрытие школ, из-за которого родители (или родственники) должны оставаться дома, также может привести к неблагоприятным последствиям для здоровья — например, если нехватка персонала из-за того, что медицинские работники остаются дома, чтобы присматривать за своими детьми, снижает качество ухода.12

Изоляция также может нанести долгосрочный вред здоровью, например, из-за несвоевременного лечения и обследований. Например, задержки в диагностике и лечении различных типов рака могут привести к прогрессированию рака и повлиять на выживаемость пациентов. По оценкам, трехмесячная задержка до операции в Великобритании приводит к более чем 4700 смертельным случаям в год.13 В США задержки со скринингом и лечением, по оценкам, вызывают 250 000 дополнительных предотвратимых смертей онкологических больных каждый год14. снижение числа госпитализаций по поводу острых коронарных синдромов и неотложных коронарных процедур наблюдается с начала пандемии в США15 и Европе.16 В Англии еженедельное количество госпитализаций по поводу коронарных синдромов упало на 40% в период с середины февраля до конца марта 2020 года. Страх заражения вирусом не позволял многим пациентам посещать больницы, что подвергало их повышенному риску долгосрочных осложнений. инфаркта миокарда.17

Включение различных неблагоприятных последствий социальной изоляции и экономических ограничений может помочь взвесить этот вред наряду с непосредственным вредом вируса. Известны некоторые немедленные эффекты, которые уже устраняются.Например, предоставление телефонных и видео консультаций тем, кто испытывает психологический вред из-за физического дистанцирования, может уменьшить их дистресс18. Долгосрочные последствия изоляции труднее предсказать, хотя они могут быть более серьезными, чем краткосрочные. Моделирование должно позволить лицам, принимающим решения, определить этот потенциальный вред и сбалансировать его с пользой до принятия решений в области общественного здравоохранения.

Воздействие на уязвимые группы населения.

Изоляция и меры социальной изоляции затрагивают одни группы населения больше, чем другие, и их последствия выходят далеко за рамки смертности.Обездоленные сообщества с низкими доходами и люди с проблемами психического здоровья и наркомании с большей вероятностью пострадают от мер социального дистанцирования19. Это имеет значение, потому что именно эти группы наиболее уязвимы для вируса. Исследование Центров по контролю и профилактике заболеваний США20 показало, что 33% пациентов, госпитализированных с COVID-19, были чернокожими — непропорционально большое количество в популяции. Такая чрезмерная представленность афроамериканцев объясняется такими структурными факторами, как неравенство в состоянии здоровья, более ограниченный доступ к медицинским услугам и скученные условия жизни.21

Модели для выявления и защиты уязвимых групп населения с повышенным риском смерти от COVID-19 ценны, но не менее важны для выявления и оказания помощи группам, наиболее уязвимыми для мер изоляции. Например, низкооплачиваемые работники, выживание которых зависит от их ежедневного дохода, подвергаются наибольшему риску проблем со здоровьем в результате экономического застоя. Эта проблема еще более серьезна в странах с низким уровнем доходов. Сообщения из Индии, например, показывают, что мартовская изоляция грозила голодом для рабочих-мигрантов, которые были вынуждены вернуться в свои дома и оставить работу, а также распространить вирус в свои родные деревни.22

Социальное дистанцирование также может негативно повлиять на людей с зависимыми расстройствами. В Северной Америке, которая находится в разгаре опиоидной эпидемии, ограниченный доступ к клиникам для лечения расстройств, связанных с употреблением опиоидов, например, из-за мер физического дистанцирования может непреднамеренно усугубить утечку наркотиков и передозировки опиоидов19. всплеск смертности от передозировки после начала карантина23.

Приказы оставаться дома или изолироваться также могут повысить уровень жестокого обращения с детьми и домашнего насилия.Отчеты из Хубэй (Китай), Франции, Аргентины, Сингапура и нескольких городов США показывают существенный рост домашнего насилия во время карантина24

Влияние мер изоляции на здоровье различных групп населения будет зависеть от уровня экономического развития страны. , комплексность государственных систем социальной защиты и ранее существовавшие проблемы со здоровьем и неравенство среди населения. Для некоторых сообществ, таких как группы с низким доходом и тех, кто борется с зависимыми расстройствами, непредвиденные последствия мер изоляции серьезны, и их не следует упускать из виду.Таким образом, моделирование должно определять наиболее уязвимые группы населения в данной стране (и механизмы причинения вреда) и оценивать потенциальный вред при принятии решения о соответствующем вмешательстве в области общественного здравоохранения. Публичный отчет об ожидаемом вреде должен быть включен в структуру принятия решений. Если вред превышает пользу, следует рассмотреть другие меры вмешательства или разработать стратегии для уменьшения их воздействия (таблица 1).

Таблица 1

Рекомендации по комплексным вмешательствам для минимизации вреда от covid-19

Взгляд в будущее: призыв к совместным действиям

Пандемия коронавируса еще далека от завершения.Многие страны уже не в силах справиться с последствиями ответных мер на пандемию, а также пытаются справиться с дополнительными волнами опасного уровня инфицирования. Правительствам придется принимать трудные решения, полагаясь на неопределенные и изменяющиеся данные о наиболее эффективных подходах к сдерживанию пандемии. Хотя свидетельств о неблагоприятных последствиях мер по контролю за covid-19 продолжает расти, 1325262728 остается мало таких голосов в обществе и в обсуждениях, связанных с принятием решений, которые, кажется, передают доминирующий рассказ о смягчении пандемии любой ценой.Возможно, это отражение проблемы момента, но мы должны принять более тонкий подход к пониманию плюсов и минусов различных подходов.

Цель «нулевого заражения» нереалистична и не жизнеспособна для большинства стран. Вместо этого общественному здравоохранению необходимо увеличить свои инвестиции в оценку вреда вариантов политики с разных точек зрения, а также подробно рассмотреть и прозрачно сообщить о вредных последствиях общественного выбора при принятии решения и оценке стратегий общественного здравоохранения по борьбе с SARS-CoV-2.Эпидемиологи, экономисты в области здравоохранения, социологи, психологи, историки, специалисты по этике и другие должны вносить свой вклад в эти усилия и помогать правительствам в принятии информированных решений, улучшая и защищая здоровье всех сообществ.

Ключевые сообщения

  • Политика общественного здравоохранения по борьбе с SARS-CoV-2 в основном основывается на моделях, предназначенных для прогнозирования их преимуществ

  • Эти модели часто игнорируют потенциальный вред, который возникает в результате этих политик

  • Краткие и долгосрочные Необходимо оценить срочные неблагоприятные последствия для здоровья мер физического дистанцирования, включая ненужные смерти, и выявить уязвимые группы населения

  • Экономические последствия нельзя отделить от последствий для здоровья, и вмешательства, разработанные для борьбы с covid-19, должны учитывать непредвиденные последствия

Благодарности

Мы благодарим Питера Бермана за его ценные комментарии и предложения.

Сноски

  • Авторы и источники: стипендия IB находится на пересечении пагубных последствий вмешательств общественного здравоохранения и этических норм. BS занимается сравнительной политической экономией, уделяя особое внимание международным финансовым учреждениям и рынкам. До 2011 года он был старшим партнером в фирме по управлению инвестициями. SG работает над социальными причинами здоровья и наукой о здоровье населения. Все авторы участвовали в этапах разработки, исследования, написания и составления отчетов для этой статьи.IB является гарантом.

  • Конкурирующие интересы: мы прочитали и поняли политику BMJ в отношении конкурирующих интересов, и у нас нет соответствующих интересов, которые можно было бы декларировать.

  • Провенанс и экспертная оценка: Не введен в эксплуатацию; внешняя экспертная оценка.

Эта статья предоставляется бесплатно для использования в соответствии с условиями веб-сайта BMJ на время пандемии covid-19 или до тех пор, пока BMJ не примет иное решение. Вы можете использовать, загружать и распечатывать статью в любых законных некоммерческих целях (включая анализ текста и данных) при условии сохранения всех уведомлений об авторских правах и торговых марок.

https://bmj.com/coronavirus/usage

Последствия COVID-19 и физического дистанцирования для психического здоровья: необходимость профилактики и раннего вмешательства | Инфекционные болезни | JAMA Internal Medicine

С тех пор, как в декабре 2019 года был диагностирован первый случай нового коронавирусного заболевания 2019 года (COVID-19), он прокатился по всему миру и побудил к глобальным действиям. Это привело к беспрецедентным усилиям по внедрению практики физического дистанцирования (называемого в большинстве случаев «социальным дистанцированием») в странах по всему миру, что привело к изменениям в национальных моделях поведения и прекращению обычной повседневной деятельности.

Хотя эти шаги могут иметь решающее значение для смягчения распространения этого заболевания, они, несомненно, будут иметь последствия для психического здоровья и благополучия как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. Эти последствия настолько важны, что необходимы немедленные усилия по профилактике и прямому вмешательству для устранения воздействия вспышки на психическое здоровье на индивидуальном и популяционном уровне.

Немногочисленная литература о последствиях эпидемий для психического здоровья больше относится к последствиям самого заболевания (например, матери детей с врожденным синдромом Зика), чем к социальному дистанцированию.Однако крупномасштабные бедствия, будь то травматические (например, атаки Всемирного торгового центра или массовые расстрелы), природные (например, ураганы) или экологические (например, разлив нефти Deepwater Horizon), почти всегда сопровождаются усилением депрессии, посттравматическими последствиями. стрессовое расстройство (ПТСР), расстройство, связанное с употреблением психоактивных веществ, широкий спектр других психических и поведенческих расстройств, домашнее насилие и жестокое обращение с детьми. 1 Например, 5% населения, пострадавшего от урагана Айк в 2008 году, соответствовали критериям серьезного депрессивного расстройства в течение месяца после урагана; 1 из 10 взрослых в Нью-Йорке проявил признаки расстройства в течение месяца после терактов 11 сентября. 2 , 3 И почти 25% жителей Нью-Йорка сообщили об увеличении употребления алкоголя после нападений. 4 Сообщества, пострадавшие от разлива нефти Deepwater Horizon, проявили признаки клинически значимой депрессии и беспокойства. 5 Эпидемия атипичной пневмонии также была связана с увеличением посттравматического стрессового расстройства, стресса и психологического стресса у пациентов и врачей. 6 Такие события могут сказаться на психическом здоровье сразу после их возникновения, а затем сохраняться в течение длительного периода времени.

В контексте пандемии COVID-19 представляется вероятным существенное увеличение тревожности и депрессии, употребления психоактивных веществ, одиночества и домашнего насилия; а при закрытых школах существует вполне реальная возможность возникновения эпидемии жестокого обращения с детьми. Эта обеспокоенность настолько серьезна, что Великобритания выпустила руководство по оказанию первой психологической помощи от Mental Health UK. 7 Хотя в литературе нет четкого понимания науки о профилактике на уровне населения, это приводит нас к выводу, что 3 шага, предпринятые сейчас, могут помочь нам проактивно подготовиться к неизбежному увеличению психических расстройств и связанных с ними последствий, которые являются последствиями эта пандемия.

Во-первых, необходимо спланировать неизбежность одиночества и его последствий по мере физической и социальной изоляции населения и разработать способы вмешательства. Использование цифровых технологий может преодолеть социальную дистанцию, даже если приняты меры физического дистанцирования. 8 Обычные структуры, в которых собираются люди, будь то места отправления культа, спортивные залы или студии йоги, могут проводить онлайн-мероприятия по расписанию, аналогичному тому, что было до социального дистанцирования.Некоторые рабочие места создают виртуальное рабочее пространство, где люди могут работать и подключаться через видеосвязь, так что они фактически не одни. Работодатели должны обеспечить, чтобы каждый служащий ежедневно в течение рабочей недели получал доступ через своего руководителя или систему друзей, просто для поддержания социальных контактов.

Многие наблюдатели отмечают, что информационно-пропагандистская деятельность с использованием голоса и / или видео превосходит электронную почту и текстовые сообщения. Следует приложить дополнительные усилия для обеспечения связи с людьми, которые обычно маргинализированы и изолированы, включая пожилых людей, иммигрантов без документов, бездомных и лиц с психическими заболеваниями.Социальные сети также можно использовать, чтобы побудить группы подключиться и направить людей к надежным ресурсам для поддержки психического здоровья. Эти платформы могут также улучшить функции регистрации, чтобы обеспечить регулярный контакт с людьми, а также позволить людям делиться с другими информацией об их благополучии и потребностях в ресурсах. Даже с учетом всех этих мер по-прежнему останутся одинокие и изолированные слои населения. Это говорит о необходимости удаленных подходов для проведения аутрич-работы и скрининга одиночества и связанных с ним состояний психического здоровья, чтобы можно было оказывать социальную поддержку.

Здесь особенно важна разработка и внедрение распорядков, особенно для детей, не посещающих школу, обеспечивающих им доступ к регулярной программной работе. Онлайн-заменители повседневных дел, как упоминалось выше, могут быть чрезвычайно полезными, но не все дети имеют доступ к технологиям, обеспечивающим удаленное подключение. Необходимы подходы к обеспечению структуры, непрерывности обучения и социализации, чтобы смягчить эффект краткосрочного и долгосрочного укрытия на месте.

Во-вторых, очень важно, чтобы у нас были механизмы наблюдения, отчетности и вмешательства, особенно когда речь идет о домашнем насилии и жестоком обращении с детьми. Лица, подвергающиеся риску жестокого обращения, могут иметь ограниченные возможности сообщить или обратиться за помощью, когда требования о предоставлении убежища на месте требуют длительного совместного проживания дома и ограничивают поездки за пределы дома. Системам необходимо будет уравновесить потребность в социальном дистанцировании с наличием безопасных мест для людей, подвергающихся риску, а системы социальных услуг должны будут проявлять творческий подход в своих подходах к отслеживанию сообщений о проблемах.

В-третьих, пришло время укрепить нашу систему психического здоровья в рамках подготовки к неизбежным вызовам, вызванным пандемией COVID-19. Поэтапная помощь, практика предоставления наиболее эффективного и наименее ресурсозатратного лечения нуждающимся пациентам, а затем переход к более ресурсозатратному лечению, основанному на потребностях пациентов, является полезным подходом. 9 Для этого потребуется, чтобы системы были хорошо спроектированы и хорошо подготовлены для оказания этой помощи пациентам, от скрининга до множества психических заболеваний, которые неизбежно возникнут в результате этой пандемии.Расширение масштабов лечения в разгар кризиса потребует творческого мышления. Сообщества и организации могли бы рассмотреть возможность обучения нетрадиционных групп оказанию первой психологической помощи, помогая научить непрофессионалов общаться друг с другом и оказывать поддержку. Даже небольшие признаки того, что кому-то небезразлично, могут иметь значение на ранних этапах социальной изоляции. Телемедицинские посещения психиатров, групповые посещения и оказание помощи через технологические платформы будут важными компонентами поэтапной помощи как для экстренного кризисного управления, так и для более повседневного общения и поддержки.Medicare уже расширила охват телемеханических медицинских услуг, включив в него консультирование по психическому здоровью и виртуальные визиты к психологам и социальным работникам. 10 Системы здравоохранения, как в государственном, так и в частном секторе, должны будут разработать механизмы для пополнения запасов и доставки основных лекарственных средств, в том числе психиатрических.

Тем не менее, этот трудный момент времени дает нам возможность углубить наше понимание того, как оказывать первую психологическую помощь и помощь в области психического здоровья, ориентированную на профилактику, на уровне населения и даже на национальном уровне, и выходить из этой пандемии с помощью новых способов решения проблем. так.Всемирная пандемия COVID-19 и усилия по ее сдерживанию представляют собой уникальную угрозу, и мы должны признать пандемию, которая быстро последует за ней, — пандемию психических и поведенческих заболеваний, — и предпринять шаги, необходимые для ее смягчения.

Автор для переписки: Сандро Галеа, доктор медицины, Офис декана, Школа общественного здравоохранения Бостонского университета, 715 Albany St, Talbot 301, Boston, MA 02118 ([email protected]).

Опубликовано онлайн: 10 апреля 2020 г.doi: 10.1001 / jamainternmed.2020.1562

Раскрытие информации о конфликте интересов: Не сообщалось.

2) Трейси М, Норрис FH, Галеа S. Различия в детерминантах посттравматического стрессового расстройства и депрессии после массового травматического события. Подавить тревогу . 2011; 28 (8): 666-675. DOI: 10.1002 / da.20838 PubMedGoogle ScholarCrossref 4.Vlahov D, Галеа С, Ахерн J, Резник H, Килпатрик D.Устойчивый рост потребления сигарет, алкоголя и марихуаны среди жителей Манхэттена после 11 сентября 2001 года. Am J Public Health . 2004; 94 (2): 253-254. DOI: 10.2105 / AJPH.94.2.253 PubMedGoogle ScholarCrossref 5.Grattan LM, Робертс S, Махан WT Младший, Маклафлин ПК, Отвелл WS, Моррис JG Младший Ранние психологические последствия разлива нефти Deepwater Horizon для сообществ Флориды и Алабамы. Специалист по охране здоровья окружающей среды .2011; 119 (6): 838-843. DOI: 10.1289 / ehp.1002915 PubMedGoogle ScholarCrossref 9. Коэн GH, Тамракар С, Лоу S, и другие. Сравнение моделирования лечения и экономической эффективности поэтапного вмешательства по выявлению случаев с обычным лечением посттравматического стрессового расстройства после стихийного бедствия. JAMA Psychiatry . 2017; 74 (12): 1251-1258. DOI: 10.1001 / jamapsychiatry.2017.3037 PubMedGoogle ScholarCrossref

Анализ случаев вреда, связанного с использованием информации о здоровье в Интернете | Медицинские журналы и публикации | JAMA

Контекст Есть опасения по поводу потенциального вреда, связанного с использованием некачественная медицинская информация в Интернете.На сегодняшний день было никаких систематических попыток изучить зарегистрированные случаи такого вреда.

Методы Мы провели систематический обзор рецензируемой литературы, чтобы оценить количество и характеристики зарегистрированных случаев причинения вреда с использованием медицинской информации, полученной в Интернете. Используя усовершенствованный стратегии, мы искали MEDLINE (с 1966 по февраль 2001), CINAHL (с 1982 по март 2001 г.), HealthStar (с 1975 г. по декабрь 2000 г.), PsycINFO (с 1967 г. по март 2001 г.) и EMBASE (с 1980 г. по март 2001 г.).Это было дополнено с поисками списков литературы. Два автора отдельно рецензировали тезисы. для выявления статей, в которых описывается хотя бы 1 случай причинения вреда, связанного с использование медицинской информации, найденной в Интернете. Статьи любого формата и на любом языке, который, по мнению любого исследователя, может иметь отношение к делу. и рассмотрено обоими исследователями.

Результаты В результате поиска было найдено 1512 рефератов. Из этих 186 статей были рассмотрены в полном тексте.Критериям отбора соответствовали 3 статьи. Одна статья описал 2 случая, когда неправильный поиск в Интернете привел к эмоциональному ущербу. Во второй статье описывается отравление собак из-за дезинформации. получено в интернете. В третьей статье описана гепаторенальная недостаточность. у онкологического пациента, получившего дезинформацию об использовании лекарств в интернете.

Выводы Несмотря на популярность публикаций, предупреждающих о потенциальном вреде связанных с использованием информации о здоровье из Интернета, наш поиск обнаружил несколько зарегистрированных случаев причинения вреда.Это может быть связано с низким фактическим риском причинения вреда. связанных с использованием информации, доступной в Интернете, с занижением случаев или предвзятости.

Интернет породил множество публикаций, предупреждающих о потенциальных вред, особенно в отношении ненадлежащего использования Интернета пациентами и семьи. Потенциальные риски могут возникать из-за использования неактуальных или неточных информация 1 , 2 или по недоразумению актуальная и достоверная информация. 3 В этих случаях вред может быть физическим (например, из-за неправильного лечения, побочных эффектов, или невылеченное заболевание), эмоционального (например, из-за ложной надежды или беспокойства по поводу необоснованная диагностическая, прогностическая или терапевтическая информация) или финансовая (например, расходы, связанные с ненужным дополнительным мнением и покупкой несоответствующие услуги или продукты).

Наша цель состояла в том, чтобы провести систематический обзор, чтобы изучить количество и характеристика случаев вреда, связанного с использованием медицинской информации доступно в Интернете.

Использовалась усовершенствованная стратегия, объединяющая 2 набора терминов. Один набор связанных в Интернет и другие, связанные с причинением вреда (онлайн-таблица доступна в формате PDF). Базы данных поиск с этой стратегией включал MEDLINE (с 1966 по февраль 2001), CINAHL (с 1982 по март 2001 г.), HealthStar (с 1975 по декабрь 2000 г.), PsycINFO (с 1967 по март 2001 г.) и EMBASE (с 1980 по март 2001 г.). Обыски были проведены в апреле 2001 г. и были дополнены обзором списки ссылок на соответствующие статьи.

Все ссылки были оценены на соответствие требованиям независимо 2 из авторы (A.G.C., M.V.-K.). Разногласия разрешались консенсусом или третий автор (A.R.J.). Цитата включалась, если в ней описывалось хотя бы Выявлен 1 случай причинения вреда, связанного с использованием медицинской информации в интернете. Были включены все типы публикаций на любом языке. Вред определялся как нежелательные явления или плохие исходы, либо физические или эмоциональные, которые произошли после использования материалов, лекарств, и / или информация, полученная с веб-сайта.Публикации исключались, если они описали вред, связанный с использованием электронной почты, или если они описали случаи умышленного вреда.

Те же авторы, которые участвовали в отборе исследований, извлекли данные, из каждой статьи, по имени первого автора, типу публикации, публикации год и журнал; количество обследованных лиц, возраст, состояние здоровья; тип информации, полученной из Интернета; тип, степень тяжести, продолжительность, управление, и исход вреда; и предполагаемый механизм вреда.Извлеченные данные были сведены в таблицы и описаны качественно. Мета-анализ небольшого количество отчетов о случаях было сочтено несоответствующим.

Поисковая стратегия дала 1512 цитирований проиндексированных журнальных статей. Из них 186 полных статей были извлечены, из которых только 3 статьи соответствовали требованиям. Критерии включения. Из исключенных статей 11 описали умышленное причинение себе вреда. вред (список предоставляется по запросу).

В одной из включенных статей описаны 2 случая эмоционального стресса. после того, как неподходящие стратегии поиска в Интернете привели к нерелевантной информации. 4 Первый случай описал беременную женщину и ее партнер, который после сообщения о наличии у плода пограничной церебральной вентрикуломегалии искали в Интернете информацию о гидроцефалии, это слово они вспомнили после их посещения врача. Информация, которую они нашли, была связана с акведуком. стеноз.Основываясь на нерелевантной информации, которую они нашли в Интернете, семья приняла меры, чтобы педиатр установил послеродовой шунт. нейрохирург. Семье потребовалось несколько сеансов консультирования, чтобы справиться с беспокойство, вызванное их неудачными попытками найти информацию. Секунда Случай описал пациентку, которая обратилась за прерыванием беременности. Она сказали, что у ее плода была воротная складка 7 мм, и впоследствии она выполнил поиск в Интернете по неправильным ключевым словам.Она нашла информацию на кистозную гигрому плода. Полагая, что это был диагноз плода, она искала прерывание беременности. Авторы не включили информацию о результатах для этого случая.

В двух статьях описаны телесные повреждения. В первом отчете авторы описал отравление фенолом у 3 собак. Их владелец использовал ошибочную информацию о применении фенола от сердечного червя. 3 собаки нуждались в интенсивной терапии вмешательство, и все 3 выздоровели. 5

Единственный зарегистрированный случай непреднамеренного физического вреда для людей. 55-летний мужчина с плоскоклеточным раком носовых пазух, обнаруживший информацию в Интернете, который продвигал использование сульфата гидразина для лечения рака. После 4 месяцев самолечения гидразином, полученным от на сайте альтернативной медицины, он сообщил о печеночной недостаточности. Он умер через неделю. Результаты вскрытия предполагают неблагоприятную реакцию со стороны использование сульфата гидразина, который является нерегулируемым альтернативным средством от рака продается в Интернете. 6

Возможности Интернета для нанесения вреда, вероятно, будут равны или превышены благодаря своей способности предоставлять пользователям хорошую и полезную информацию о здоровье относительно недорого и своевременно. Более точные данные как о вреде, так и о преимущества, связанные с использованием Интернета при принятии решений, связанных со здоровьем необходимы, поскольку есть более достоверная информация о доступности такой информации представителями общественности. 7

Нехватка информации о вреде, связанном с Интернетом, вызывает сожаление. но не неожиданно. Уже давно известно, что рецензируемая литература дает сильно заниженную оценку вреда, связанного с вмешательствами, связанными со здоровьем потому что авторы склонны сосредотачиваться на эффективности и действенности, а не о вреде. В этом случае отсутствие информации о вреде, связанном с Интернетом. можно объяснить несколькими причинами.Во-первых, возможно, хотя и маловероятно, что низкий риск причинения вреда, связанный с использованием информации о здоровье из Интернет существует. Поиск информации, связанной со здоровьем, отличается от используй это. Пациенты также могут быть более разборчивыми и опытными в Интернете, чем те, эксперты могут пожелать похвалить их за то, что они сами оценили качество информации, которую они находят, прежде чем действовать в соответствии с этой информацией.

Во-вторых, возможно и правдоподобно, что многие случаи причинения вреда с ненадлежащим использованием медицинской информации в Интернете произошли но остаются незамеченными.Люди пострадали от использования информации, найденной на Интернет может испытывать чувство вины или страха из-за того, что рискнул выйти на улицу. границы отношений с их опекунами.

В-третьих, возможно, что специалисты здравоохранения не думают о роль, которую Интернет может сыграть в отношении произошедших неблагоприятных событий своими пациентами. Они также могут бояться напористых пациентов и не хотят спрашивать об их использовании в Интернете.

В-четвертых, медицинские работники могут знать о вреде, причиненном ненадлежащее использование пациентами информации из Интернета, но может не отправлять эти кейсы для публикации. В-пятых, эти дела могут быть опубликованы но только как вспомогательный элемент других историй, препятствуя попыткам найти их. Наконец, возможно, что было подано больше дел о причинении вреда. публикации, но не были приняты редакцией журнала. Такие случаи отчеты не могут считаться заслуживающими освещения в печати, или же они не могут быть успешными при конкуренции с другими статьями за ограниченное пространство, доступное в большинстве индексируемые журналы.Если последнее было правильным; однако было бы сложно объяснить обилие мнений о потенциальном, а не фактическом вреде связанные с использованием Интернета. Все эти проблемы, очевидно, вероятно, применимо к любому другому источнику медицинской информации.

Однако получение достоверной оценки потенциального вреда, связанного с с Интернетом и его относительная значимость по отношению к другим средствам массовой информации будет задача не из легких. Стратегии, которые могут показаться простыми, например включение вопросов об использовании Интернета (или других источников информации, для этого имеет значение) во время сбора анамнеза, может оказаться трудным в реализации и мониторинге.Сделать общественность более комфортной для раскрытия информации из Интернет в случае причинения вреда может быть таким же трудным, как и получить доступ к специалистам в области здравоохранения. признать свои ошибки. Редакторам журналов может не хватить интереса или стимулы для инвестирования ресурсов в усилия по увеличению количества сообщений о случаях вред, связанный с использованием Интернета. Даже если они не заинтересованы, они могут рассмотреть объявление моратория на большее количество статей о таком вреде.

Интернет сам по себе может оказаться наиболее эффективным источником информации. о вреде, связанном с его использованием, и о наиболее эффективном средстве распространения Это.Надеемся, что систематический обзор информации, доступной в Интернете скоро будет проведено. Недавно DAERI (База данных нежелательных явлений, связанных с Интернет), европейская инициатива, была запущена для продвижения систематических сборник тематических исследований о возможном вреде, причиняемом Интернетом. 8 Мы призываем читателей поддержать этот проект. это такие усилия, которые могут обеспечить единственный действенный и действенный способ определить, является ли проблема вреда, связанного с Интернетом, просто большим Шумиха ни о чем или серьезный вопрос, вызывающий беспокойство.

1.Макклунг Х.Дж., Мюррей Р.Д., Хайтлингер Л.А. Интернет как источник актуальной информации о пациентах. Педиатрия. 1998; 101: E2.Google Scholar2.Libertiny G, Perkins JM, Magee TR, Galland RB. Варикозное расширение вен в Интернете. Eur J Vasc Endovasc Surg. 2000; 20: 386-389.Google Scholar 3. Д’Алессандро Д.М., Кингсли П., Джонсон-Вест Дж. Читаемость учебных материалов для педиатрических пациентов в мире Интернет. Arch Pediatr Adolesc Med. 2001; 155: 807-812.Google Scholar 4. Challis DE, Johnson JM, Kennedy DS. Аномалия плода, Интернет и «информированный» пациент: опасное комбинация. Ультразвуковой акушерский гинекол. 1996; 8: 68.Google Scholar 5. Гигер Т.Л., Корреа С.С., Табоада Дж., Гроутерс А.М., Джонсон А.Дж. Отравление фенолом у трех собак. J Am Anim Hosp Assoc. 2000; 36: 317-321. Google Scholar 6. Хайнер М.И., Цай Н., Комура С.Т., Чиу С.Л. Смертельная гепаторенальная недостаточность, связанная с сульфатом гидразина. Ann Intern Med. 2000; 133: 877-880. Google Scholar 7. Берланд Г.К., Эллиотт М.Н., Моралес Л.С. и другие. Информация о здоровье в Интернете: доступность, качество и удобочитаемость на английском и испанском языках. JAMA. 2001; 285: 2612-21. Google Scholar 8. База данных нежелательных явлений, связанных с Интернетом (DAERI). Доступно по адресу: http://www.med sure.org/daeri. Доступно 28 октября 2001 г. Доступность подтверждена 24 апреля 2001 г.

Когда ваша работа вредит вашему психическому здоровью

Прежде чем обсуждать это со своим руководителем, обязательно подумайте о том, как предлагаемое вами решение будет работать в контексте вашей команды, потому что это то, что ваш работодатель также захочет узнать.Другими словами, покажите, как ваша идея принесет пользу группе в целом.

«Если вы действительно находитесь в состоянии стресса и имеете проблемы с психическим здоровьем, с которыми вы боретесь, очень трудно думать о команде в более широком смысле», — сказал Джон Квелч, декан бизнес-школы Майами Герберт в Корал-Гейблс. Флорида, и соавтор книги «Сострадательное управление психическим здоровьем на современном рабочем месте». Даже в этом случае, добавил он, «вы должны попытаться попасть в голову своего работодателя».

Во время пандемии проблемы с психическим здоровьем были повсеместными.В отчете Центров по контролю и профилактике заболеваний сделан вывод, что в июне 2020 года 40 процентов взрослых в Соединенных Штатах боролись с проблемами психического здоровья или злоупотребления психоактивными веществами.

Это нормально — быть открытым и признаться себе и тем, кому вы доверяете, что вы боретесь прямо сейчас, — сказал Пол Гионфриддо, президент и исполнительный директор Mental Health America. Фактически, он добавил: «Большинство хороших работодателей будут спрашивать:« Чем я могу вам помочь? »»

Вы также можете решить сохранить свои проблемы в тайне и обсудить их со своим терапевтом, и это тоже нормально. .По мнению экспертов, создание здоровых рабочих границ жизненно важно.

«Помните, что вы достойный и ценный человек, независимо от вашей должности, производительности и даже того, как вас могут оценивать другие», — сказал д-р Бернетт-Зейглер. «Когда проявляется чувство неуверенности в себе и непричастности, не упускайте из виду уникальные таланты и идеи, которые вы привносите на рабочее место».

Но скажите, что ваши усилия по улучшению эмоционального состояния на работе не увенчались успехом или рабочая среда стала токсичной.В таком случае, по мнению экспертов, вероятно, лучше начать искать другую работу, особенно если вы стали объектом насмешек, угроз или оскорбительных комментариев со стороны менеджера.

Границы | Во-первых, не навреди (пошло не так): полномасштабный анализ медицинских ошибок, научная литература

Введение

Медицинские ошибки являются основной причиной заболеваемости и смертности пациентов. Недавний анализ смертности в США поставил медицинские ошибки на третье место после болезней сердца и рака, которые заняли первое и второе место соответственно (1).Недавний метаанализ 70 исследований с участием в общей сложности 337 025 пациентов показал, что средний уровень предотвратимого вреда пациенту составил 6%, из которых 12% были тяжелыми или привели к смерти (2). То же исследование также показало, что ошибки, связанные с лекарствами (25%) и другими видами лечения (24%), были крупнейшими источниками предотвратимого вреда для пациентов, и инциденты с большей вероятностью происходили в специализированных специальностях (интенсивная терапия или хирургия) по сравнению с общими. больницы (2).

Помимо причинения вреда и страданий пациента, медицинские ошибки способствуют неблагоприятному психическому и эмоциональному воздействию на родственников пациентов и вовлеченных медицинских работников (3).Более того, медицинские ошибки приводят к значительному экономическому бремени из-за дополнительных расходов на здравоохранение и потери производительности из-за пропущенных рабочих дней (4).

Хотя иногда медицинские ошибки подвергались научному анализу и специально исследовались в отношении наличия неблагоприятных исходов для пациентов или травм, более общее определение не связано с исходами. Систематически исследуя эту область исследований, Гробер и Бонен предложили более широкое определение медицинских ошибок как «бездействие или действие при планировании или исполнении, которое способствует или может способствовать непреднамеренному результату» (5).

Лучшее понимание медицинских ошибок может иметь большое значение, потому что оно может привести к подходам, направленным на их уменьшение. В этом контексте систематический анализ существующей научной литературы в этой области имеет потенциально большое значение. Библиометрический анализ — это универсальный подход, включающий оценку различных параметров, связанных с опубликованной литературой, и его применение может дать количественную информацию, раскрывающую, например, преобладающие темы исследований, характеристики и временные тенденции (глобально или в рамках конкретной научной области), а также эффективные научные исследования, авторы и учреждения (на основе анализа цитирования) (6–9).Применительно к литературе по исследованию медицинских ошибок такие идеи могут иметь большую ценность как для исследователей, так и для неспециалистов для быстрой ориентации и навигации в этой научной области, а также для определения соответствующих тем, тенденций, экспертов и потенциальных кандидатов в соавторы. Таким образом, поскольку существующая научная литература по медицинским ошибкам еще не была оценена с использованием библиометрического подхода в целом, целью этой работы было выявление и библиометрический анализ соответствующей литературы, чтобы получить новое представление об этой важной области медицинских исследований. .

Методы

Источники данных

В январе 2020 года в базу данных Web of Science (WoS) Core Collection (https://webofknowledge.com) был произведен запрос для выявления соответствующих публикаций, касающихся целевой научной области, с использованием следующей стратегии поиска: TOPIC = («medic * ошибка * ») ИЛИ (« ошибка * в системе medic * ») ИЛИ (« ошибка * в системе medic * ») ИЛИ (« ошибка * в системе medic * ») ИЛИ (« здравоохранение * ошибка * ») ИЛИ (« здравоохранение * ошибка * ») ИЛИ (« ошибка * в здравоохранении * ») ИЛИ (« ошибка * в здравоохранении * » ) ИЛИ («предотвратимый вред пациенту * ») ИЛИ («предотвратимый вред * в здравоохранении * »).Эта стратегия поиска выявила статьи, содержащие медицинские / медицинские (или производные от этих слов) в сочетании с ошибкой / ошибкой (или производными от этих слов, включая формы множественного числа, то есть ошибки / ошибки) в заголовках публикаций, рефератах или ключевых словах. Никаких дополнительных фильтров для поиска не использовалось.

Определения и извлечение данных

Релевантные публикации были определены как те, которые удовлетворяют критериям поиска, проиндексированным в WoS на момент поиска. Для этого исследования страны / регионы были определены как географические местоположения, перечисленные WoS, которые были основаны на адресах аффилированных лиц (учреждений) автора.Тип публикации был определен как классификация документов, помеченная WoS для каждой публикации, например, статья, обзор и т. Д. Категории WoS относились к категориям журналов, присвоенным каждому журналу WoS, так что один журнал мог принадлежать к нескольким категориям. .

Полный набор данных был извлечен из WoS с помощью функции «Экспорт записей в файл». Одновременно экспортировалось не более 500 записей в «Полных записях и цитированных ссылках» в формате файлов «с разделителями табуляцией (Mac).«Процедура повторялась до тех пор, пока не был охвачен весь набор данных. Исходные библиографические данные были извлечены с помощью функций WoS «Анализ результатов» и «Создание отчета о цитировании».

Анализ

10 наиболее продуктивных авторов, институтов, стран / регионов, журналов и категорий WoS были определены для наборов данных за все время. Регистрировались количество публикаций ( n ), доля от общего числа публикаций соответствующего периода (%), количество цитирований на публикацию (CPP), индекс H (кроме журналов) и импакт-фактор (только для журналов).

Наборы библиографических данных были загружены в VOSviewer, библиометрическое программное обеспечение, чтобы связать данные цитирования и слова, появляющиеся в заголовках / рефератах за четыре периода времени: за все время, 1990-е годы и ранее, 2000-е годы и с 2010-х годов. Были проанализированы и визуализированы только слова, повторяющиеся в> 1% публикаций в соответствующих наборах данных. Взаимосвязь была проанализирована аналогичным образом с ключевыми словами автора, повторяющимися в> 0,5% публикаций в соответствующих наборах данных. Карты пузырьков были созданы, чтобы проиллюстрировать изменения в литературе.

Результаты

Всего в WoS было проиндексировано 12 415 публикаций, касающихся медицинских ошибок, начиная с 1961 года и постепенно накапливаясь с тех пор, превысив 1000 публикаций в 2003 году и 10 000 в 2017 году (Рисунок 1). Было опубликовано 358 статей в 1990-х годах и ранее, 3705 статей в 2000-х годах и 8352 статьи с 2010-х годов. В целом 70,9% публикаций были оригинальными статьями, а 8,8% — обзорами, в результате чего соотношение составляло 8,1: 1 (Рисунок 2). Удельный вес оригинальных статей увеличился с 55.9% в 1990-х годах и ранее, до 72,4% с 2010-х годов. При этом доля отзывов также увеличилась с 2,2 до 10,3%, а доля писем и редакционных материалов снизилась.

Рисунок 1 . Общее количество публикаций литературы по медицинским ошибкам с течением времени.

Рисунок 2 . Тенденции соотношения разных типов публикаций.

10 самых продуктивных авторов за все время, учреждения, страны / регионы, журналы и категории журналов WoS перечислены в таблице 1.Восемь из 10 ведущих вузов были из США и по одному в Канаде и Великобритании. Соединенные Штаты внесли вклад почти в половину всех публикаций. American Journal of Health-System Pharmacy (импакт-фактор 2,012) был самым продуктивным журналом. Кроме того, доли публикаций журналов «Фармакология, аптека» и «Внутренняя медицина» за десятилетия снизились, тогда как доли журналов «Услуги в области здравоохранения» и «Медсестринское дело» выросли (Рисунок 3).

Таблица 1 . 10 самых продуктивных авторов за все время, учреждения, страны / регионы, журналы и категории журналов.

Рисунок 3 . Динамика доли публикаций в различных категориях журналов Web of Science.

10 наиболее повторяющихся и наиболее цитируемых терминов за все время и каждый период времени перечислены в Таблице 2. Ошибка лечения была одним из наиболее часто упоминаемых типов медицинских ошибок, а термин «нежелательное лекарственное средство» был термином, связанным с самый высокий уровень цитируемости связанных публикаций.Наряду с побочными эффектами лекарств (НЛ), компьютеризированный ввод данных о назначении врача (CPOE) и выгорание (поставщиков медицинских услуг) также относятся к темам, связанным с высоким средним числом цитирований. Пузырьковые карты показаны на рисунке 4, чтобы проиллюстрировать изменения преобладающих терминов в корпусе литературы с течением времени. Между тем, 10 наиболее часто повторяющихся и в среднем наиболее цитируемых ключевых слов авторов перечислены в Таблице 3. Последовательно, ошибки в лечении часто указывались и вместе с CPOE и ADE были связаны с высокими показателями цитирования соответствующих рукописей.Кроме того, цитируются публикации, касающиеся реанимации, отделений интенсивной терапии и детской / педиатрии. В дополнение к этим результатам в таблице 4 перечислены 10 самых цитируемых публикаций, касающихся медицинских ошибок, за все время. Половина из них была опубликована в журнале Американской медицинской ассоциации .

Таблица 2 . 10 терминов с наибольшим количеством появлений ( n ) и цитирований на публикацию (CPP) за все время и разные периоды времени соответственно.

Рисунок 4 . Использование терминов в названиях и рефератах публикаций (A), , 1990-х годов и ранее, (B), , 2000-х годов и (C), , начиная с 2010-х годов. Цвет пузырьков указывает количество цитирований на публикацию (CPP), содержащую термины; размер пузыря указывает количество публикаций, а расстояние между пузырями указывает частоту совпадения терминов.

Таблица 3 .Десять ключевых слов автора с наибольшим появлением ( n ) и цитирований на публикацию (CPP) за все время и разные периоды времени соответственно.

Таблица 4 . Топ-10 самых цитируемых публикаций о медицинских ошибках.

Обсуждение

В этой работе мы выявили и библиометрически проанализировали 12 415 публикаций, касающихся медицинских ошибок.

Проведенный временной анализ количества публикаций (рис. 1) выявил устойчивый рост объема литературы, посвященной медицинским ошибкам, что указывает на то, что эта область исследований представляет все больший научный интерес.Линия тренда количества публикаций, построенная в зависимости от времени (Рисунок 1), показывает, что количество публикаций в этой области увеличивалось линейно с более медленными темпами до 1999 г., экспоненциально увеличивалось в период 2000–2010 гг. И снова стало устойчивым, но более быстрым линейным. с 2010 года. Экспоненциальный рост публикаций в десятилетие после 1999 года, вероятно, будет спровоцирован и во многом будет зависеть от исторического отчета To Err Is Human , опубликованного Институтом медицины в 1999 году (10, 11).Темпы роста литературы о медицинских ошибках (рис. 1) выше, чем в другой недавно проанализированной научной области, считающейся высокой — токсикологии пищевых продуктов (12), и напоминают скорость роста, выявленную в литературе по исследованиям антиоксидантов (13). Отражая три временных периода различной скорости роста объема литературы по медицинским ошибкам (как указано в линии тренда, представленной на рисунке 1), дальнейший анализ был сосредоточен на сравнении характеристик подгрупп литературы, опубликованной в трех соответствующих периодах: (i ) 1990-е годы и ранее; (ii) 2000-х годов и (iii) с 2010-х годов.

Что касается типа публикации (Рисунок 2), мы отметили, что 70,9% от общего числа публикаций были оригинальными исследовательскими статьями, при этом временной анализ за три временных периода показал увеличение доли оригинальных исследовательских статей с 55,9% в 1990-е годы. и ранее, 68,7% в 2000-х годах и 72,4% с 2010-х годов. Несмотря на эту тенденцию, указывающую на увеличение количества оригинальных исследований в области медицинских ошибок, общая доля 70,9% все еще немного ниже, чем доля исходных статей исследования других недавно проанализированных биомедицинских научных областей, таких как нейрофармакология (доля исходных исследовательских статей 72.3%) (14), биотехнологии (73,2%) (7) и этнофармакологии (84,6%) (15). Вероятно, эта более низкая доля оригинальных исследовательских статей объясняется внутренними трудностями, связанными с областью исследования медицинских ошибок (например, трудностями в надежной идентификации медицинских ошибок, различиями и несоответствиями в определениях и используемой терминологии, а также различными усложняющими социальными, юридическими, этическими проблемами. , экономические и поведенческие аспекты) (16–18).

Что касается авторства литературы о медицинских ошибках, изучение списка 10 лучших за все время, представленного в таблице 1, показывает, что самым продуктивным автором на сегодняшний день (182 публикации, почти в 3 раза больше, чем второй автор в списке) был Дэвид В. .Бейтс. Профессор Бейтс также был лидером по индексу H проанализированных публикаций о медицинских ошибках (индекс H = 61) и занял второе место по величине CPP (CPP = 96,1) среди 10 самых продуктивных авторов. Профессор Бейтс внес значительный вклад в области применения информационных технологий для обеспечения безопасности пациентов, оценки результатов и качества медицинской помощи, включая внедрение CPOE (19). Примечательно, что около половины (46,4%) всех публикаций о медицинских ошибках были связаны с Соединенными Штатами (которые также являются родиной профессора Бейтса), где располагались 8 из 10 самых продуктивных учреждений (Таблица 1).Хотя Соединенные Штаты явно являются одной из ведущих стран с точки зрения научной продуктивности во многих различных областях исследований, их доля публикаций (46,4%) в литературе о медицинских ошибках явно выше, чем доли публикаций, связанных с США, в других научных публикациях. области, имеющие медицинское значение, такие как болезнь Альцгеймера (39,4%) (20), бариатрическая хирургия (39,3%) (21) и нейрофармакология (38,0%) (14).

Что касается часто обсуждаемых и часто цитируемых тем в литературе по медицинским ошибкам (таблица 2), преобладающие темы раскрываются по общему использованию / частоте цитирования терминов, связанных с приемом лекарств («ошибка лечения», «предотвращение ошибок лечения», « лекарства »,« серьезная ошибка лечения »,« порядок приема лекарств »,« лекарство »,« нежелательное лекарственное средство »), психические состояния (у медицинских работников или пострадавших пациентов), которые могут быть связаны с врачебными ошибками (« депрессия »,« выгорание ») и медицинские информационные технологии (« CPOE »; термины, связанные с базами данных медицинской литературы:« EMBASE »,« MEDLINE »,« CINAHL »).Высокий процент публикаций, в которых упоминаются лекарства и связанная с ними терминология, соответствует известной высокой доле (25%) ошибок, связанных с лекарствами как источником предотвратимого вреда пациенту (2). Анализ пузырьковых карт (рис. 4) преобладающих терминов в трех анализируемых периодах также указывает на диверсификацию тем исследований (увеличение количества пузырьков) с течением времени. Это наблюдение может быть связано с более высокой долей публикаций, связанных с «ошибкой приема лекарств» в первый анализируемый период времени (53.4%, представление термина в виде самого большого пузыря на графике, изображающем период времени «1990-е годы и ранее»). В то время как в следующие два периода доля публикаций со ссылкой на «ошибку в лечении» снизилась (до 31,7 и 32,8% соответственно), появилось много новых терминов-пузырей, поддерживающих отмеченную диверсификацию тем исследований. Этот сдвиг, связанный с уменьшением доли публикаций, связанных с ошибками в приеме лекарств, также может быть причиной уменьшения доли статей, публикуемых в журналах категории «фармакологическая аптека» (рис. 3).

Анализ ключевых слов публикации, перечисленных авторами (таблица 3), подтверждает распространенность и важность тем, связанных с лекарствами («ошибка приема лекарств», «ошибки приема лекарств», «побочное действие препарата» и т. Д.), Состояниями психического здоровья («выгорание»). ») И цифровые технологии здравоохранения (« CPOE »,« компьютеры »,« базы данных »,« CPOE »). Известная высокая доля врачебных ошибок в специальностях продвинутого уровня (например, в отделении интенсивной терапии) (2) также согласуется с высоким уровнем цитирования и распространенностью таких ключевых слов, как «интенсивная терапия» (CPP = 25.8; ключевое слово указано в 0,8% всех проанализированных публикаций) и «отделение интенсивной терапии» (CPP = 24,7; указано в 0,7% всех проанализированных публикаций). Интересно, что публикации с ключевым словом «дети» также были среди самых цитируемых (CPP = 24,1). Высокая важность (отраженная высоким процентом цитирования) литературы, посвященной врачебным ошибкам у детей, становится очевидной, если принять во внимание, что существует гораздо меньше исследований, изучающих медицинские ошибки и предотвратимый вред у детей, чем у взрослых (2), но показатели предотвратимых ADE и потенциальные ADE у педиатрических стационарных пациентов могут быть в том же диапазоне или даже выше, чем у взрослых (22–24).

Характеристики 10 самых цитируемых публикаций (таблица 4) (22, 25–33) дают дополнительные подтверждения и обоснования, которые могут быть связаны с некоторыми из основных результатов анализа всего набора публикаций о медицинских ошибках: профессор Бейтс, самый продуктивный автор, входил в список авторов половины из 10 наиболее цитируемых публикаций (22, 27, 29, 31, 33), и значительная часть этих 10 публикаций была посвящена темам, определенным как высокоэффективные / преобладающие, в том числе применения медицинских информационных технологий / CPOE (25, 27, 28, 32, 33) и медицинские ошибки, связанные с лекарствами / ADE (22, 27, 28, 31), отделения интенсивной терапии (29), дети (22) или выгорание среди врачей (30).

Ограничения

Стратегия поиска, используемая в этой работе, позволяет идентифицировать четко определенный набор литературы, относящейся к медицинским ошибкам в базе данных WoS. Однако следует отметить, что соответствующие статьи, содержащие только различные термины, имеющие отношение к делу, например, «хирургические ошибки» или «диагностические ошибки», не идентифицируются нашим подходом и поэтому не включаются в этот анализ. Мы не включали словосочетания, отличные от медицинских / медицинских ошибок / ошибок (и их вариаций / комбинаций), в стратегию поиска, чтобы не вносить предвзятость в наше исследование.Например, добавление «хирургических ошибок» к стратегии поиска привело бы к появлению дополнительных релевантных статей, но в то же время привело бы к конкретному обогащению полученного набора литературы статьями, связанными с операциями. Это помешало бы объективной оценке распространенности темы «хирургия» в литературе по медицинским ошибкам. Более того, соответствующие научные статьи из новых журналов, которые еще не индексируются в WoS, также не включены в наш анализ. Объединение данных цитирования, происходящих из разных баз данных, не может быть беспристрастным, потому что каждая база данных собирает количество цитирований по-разному.Web of Science был выбран для объективного тотального анализа литературы по медицинским ошибкам, поскольку он представляет собой наиболее надежную и качественно надежную базу данных научной литературы, которая также используется в качестве основы для наиболее достоверных расчетов импакт-факторов журнала [Journal Citation Reports (JCR)]. Наконец, следует отметить, что, хотя эта работа представляет собой анализ мировой научной литературы, на долю США приходится около половины всех публикаций, а следующие три страны с наибольшим вкладом также являются англоязычными странами первого мира (Англия, Канада, Австралия), результаты анализа во многом зависят от этой подгруппы мирового населения.

Выводы

Анализ литературы, касающейся медицинских ошибок, показывает, что приложения, связанные с цифровыми технологиями здравоохранения (например, CPOE) и ошибками, связанными с лекарствами / лекарствами / ADE, с психическими состояниями (выгорание, депрессия) у медицинских работников, связанными с медицинскими ошибками, для продвинутых специальности (например, интенсивная терапия) и детям / педиатрии представляют собой темы первостепенной важности. Следовательно, особенно большое влияние могут оказать будущие исследования взаимодействия нескольких из этих преобладающих тем (например,g., применение цифровых приложений для мониторинга состояния психического здоровья медицинских работников в педиатрических отделениях интенсивной терапии).

Заявление о доступности данных

Все наборы данных, созданные в этом исследовании, включены в статью / дополнительный материал.

Авторские взносы

AA, AY, MK-P и HW: задумал и разработал исследование. AY: извлек и проанализировал данные. AA и AY: подготовили первоначальный черновик рукописи. AA, AY, EK, FE, ES, MK-P и HW: критически отредактировали рукопись, интерпретировали данные и одобрили окончательную рукопись.Все авторы внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

2. Панагиоти М., Хан К., Кеерс Р.Н., Абузур А., Фиппс Д., Контопантелис Э. и др. Распространенность, серьезность и характер предотвратимого вреда пациенту в различных медицинских учреждениях: систематический обзор и метаанализ. BMJ. (2019) 366: l4185. DOI: 10.1136 / bmj.l4185

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

4. Андел С., Давидов С.Л., Холландер М., Морено Д.А. Экономика качества здравоохранения и врачебные ошибки. J Финансирование здравоохранения. (2012) 39: 39–50.

PubMed Аннотация | Google Scholar

7. Юнг А.В.К., Цветков Н.Т., Гупта В.К., Гупта С.К., Орив Г., Бонн Г.К. и др. Текущие исследования в области биотехнологии: изучение передовых биотехнологий. Curr Res Biotechnol. (2019) 1: 34–40. DOI: 10.1016 / j.crbiot.2019.08.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

8. Гланвилл Дж., Кендрик Т., МакНалли Р., Кэмпбелл Дж., Хоббс ФДР. Результаты исследований по первичной медико-санитарной помощи в Австралии, Канаде, Германии, Нидерландах, Великобритании и США: библиометрический анализ. BMJ. (2011) 342: d1028. DOI: 10.1136 / bmj.d1028

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

9.Барнетт А., Мьюберн И., Шротер С. Работа с 9 до 5, не способ зарабатывать себе на жизнь: наблюдательный анализ рукописей и представленных рецензий с течением времени. BMJ. (2019) 367: l6460. DOI: 10.1136 / bmj.l6460

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

11. Stelfox HT, Palmisani S, Scurlock C, Orav EJ, Bates DW. Отчет «Человек ошибаться» и литература по безопасности пациентов. Qual Saf Heal Care. (2006) 15: 174–8. DOI: 10.1136 / qshc.2006.017947

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

12. Юнг А.В.К., Цветков Н.Т., Йозвик А., Горбанчук О.К., Полгар Т., Печинска М.Д. и др. Пищевая токсикология: количественный анализ научно-исследовательской литературы. Int J Food Sci Nutr. (2019) 71: 13–21. DOI: 10.1080 / 09637486.2019.1620184

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

13. Юнг А.В.К., Цветков Н.Т., Эль-Тавиль О.С., Бунгю С.Г., Абдель-Дайм М.М., Атанасов А.Г.Антиоксиданты: ландшафтный анализ научной литературы. Oxid Med Cell Longev. (2019) 2019: 8278454. DOI: 10.1155 / 2019/8278454

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

15. Юнг А.В.К., Генрих М., Киджоа А., Цветков Н.Т., Атанасов А.Г. Этнофармакологическая литература: анализ научного ландшафта. J Ethnopharmacol. (2020) 250: 112414. DOI: 10.1016 / j.jep.2019.112414

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

17.Чжан С., Келли Э., Ян Х.П., Киз М., Батлс Дж., Боротканикс Р.Дж. и др. Оценка безопасности пациентов в США: проблемы и возможности. Med Care. (2005) 43: 142–7. DOI: 10.1097 / 00005650-200503001-00007

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

18. McIsaac DI, Hamilton GM, Abdulla K, Lavalleé LT, Moloo H, Pysyk C, et al. Валидация новых показателей безопасности пациентов на основе МКБ-10 для выявления внутрибольничных осложнений у хирургических пациентов: исследование диагностической точности. BMJ Qual Saf. (2019) 29: 209–16. DOI: 10.1136 / bmjqs-2018-008852

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

19. Бейтс DW. Дэвид Вестфолл Бейтс, доктор медицины: беседа с редактором о повышении безопасности пациентов, качества медицинской помощи и результатов с помощью информационных технологий. Proc (Bayl Univ Med Cent). (2005) 18: 158–64. DOI: 10.1080 / 08998280.2005.11928056

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

20.Донг Р., Ван Х., Йе Дж., Ван М., Би Й. Тенденции публикаций болезни Альцгеймера во всем мире и в Китае: библиометрический анализ за 30 лет. Front Hum Neurosci. (2019) 13: 259. DOI: 10.3389 / fnhum.2019.00259

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

21. Озсой З., Демир Э. Эволюция публикаций по бариатрической хирургии и глобальная производительность: библиометрический анализ. Obes Surg. (2018) 28: 1117–29. DOI: 10.1007 / s11695-017-2982-1

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

22.Каушал Р., Бейтс Д.В., Ландриган С., МакКенна К.Дж., Клапп М.Д., Федерико Ф., Гольдманн Д.А. Ошибки при приеме лекарств и побочные эффекты лекарственных средств у педиатрических стационаров. J Am Med Assoc. (2001) 285: 2114–20. DOI: 10.1001 / jama.285.16.2114

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

24. Хан А., Фуртак С.Л., Мелвин П., Роджерс Дж. Э., Шустер М.А., Ландриган С.П. Ошибки и побочные эффекты, сообщаемые родителями, у госпитализированных детей. JAMA Pediatr. (2016) 170: e154608.DOI: 10.1001 / jamapediatrics.2015.4608

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

25. Чаудри Б., Ван Дж., Ву С., Маглионе М., Мохика В., Рот Е. и др. Систематический обзор: влияние информационных технологий здравоохранения на качество, эффективность и стоимость медицинской помощи. Ann Intern Med. (2006) 144: 742–52. DOI: 10.7326 / 0003-4819-144-10-200605160-00125

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

27. Bates DW, Leape LL, Cullen DJ, Laird N, Petersen LA, Teich JM, et al.Влияние компьютеризированного ввода приказов врача и командного вмешательства на предотвращение серьезных ошибок при приеме лекарств. J Am Med Assoc. (1998) 280: 1311–6. DOI: 10.1001 / jama.280.15.1311

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

28. Коппель Р., Метлей Дж. П., Коэн А., Абалак Б., Локалио АР, Киммел С. Е. и др. Роль компьютеризированных систем ввода заказов врача в облегчении ошибок при приеме лекарств. J Am Med Assoc. (2005) 293: 1197–203. DOI: 10.1001 / jama.293.10.1197

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

29. Ландриган С.П., Ротшильд Дж. М., Кронин Дж. В., Каушал Р., Бурдик Е., Кац Дж. Т. и др. Влияние сокращения рабочего времени интернов на серьезные врачебные ошибки в отделениях интенсивной терапии. N Engl J Med. (2004) 351: 1838–48. DOI: 10.1056 / NEJMoa041406

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

30. Шанафельт Т.Д., Бун С., Тан Л., Дирбай Л.Н., Сотил В., Сатель Д. и др. Выгорание и удовлетворение балансом между работой и личной жизнью среди американских врачей по сравнению с населением США в целом. Arch Intern Med. (2012) 172: 1377–85. DOI: 10.1001 / archinternmed.2012.3199

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

31. Гурвиц Дж. Х., Филд Т. С., Харролд Л. Р., Ротшильд Дж., Дебеллис К., Сегер А. С. и др. Частота и возможность предотвращения нежелательных лекарств среди пожилых людей в амбулаторных условиях. J Am Med Assoc. (2003) 289: 1107–16. DOI: 10.1001 / jama.289.9.1107

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

32.Эш Дж. С., Берг М., Койера Э. Некоторые непредвиденные последствия информационных технологий в здравоохранении: природа ошибок, связанных с информационной системой ухода за пациентами. J Am Med Informatics Assoc. (2004) 11: 104–12. DOI: 10.1197 / jamia.M1471

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Принципы снижения вреда для медицинских учреждений | Журнал снижения вреда

Опираясь на критическую работу HRI и других специалистов в этой области, мы использовали данные качественных интервью с персоналом и пациентами клиники по борьбе с ВИЧ, чтобы определить набор принципов снижения вреда для использования в медицинских учреждениях.Поскольку большинство людей придерживаются вредного или неоптимального поведения в отношении здоровья, не связанного с употреблением психоактивных веществ, снижение вреда подходит для всех пациентов, а не только для тех, кто употребляет запрещенные вещества. Таким образом, внедрение принципов снижения вреда в медицинских учреждениях может принести пользу широкому кругу пациентов. Таким образом, основным средством, с помощью которого наша работа расширяет характеристики снижения вреда, описанные HRI, является то, что мы описали принципы таким образом, чтобы их применение было расширено за пределы работы с людьми, употребляющими психоактивные вещества, и практического применения этих принципов в медицинских учреждениях. .

Принцип, который мы определили как гуманизм, аналогичен тому, как HRI ссылается на достоинство и сострадание. При принятии решений баланс между здоровым и вредным поведенческим балансом часто нарушается краткосрочными и долгосрочными выгодами и приоритетами. Понимание этих явлений важно не только потому, что это, вероятно, улучшит отношения между провайдером и пациентом, но и потому, что это расширяет возможности провайдеров, которые в противном случае могли бы разочароваться в работе с людьми, которые хронически демонстрируют вредное поведение.Кроме того, это дает возможность пациентам, которые могут чувствовать себя уверенными в том, что медработник потратил время на то, чтобы понять причины их действий.

Прагматизм согласуется с ориентацией HRI на нацеливание вмешательств на конкретные риски и вред. Сообщения об уходе за пациентом должны конкретно указывать на фактический вред, нанесенный пациентам, в отличие от моральных или социальных стандартов. Кроме того, поведение не возникает в вакууме, и поэтому его трудно изменить на индивидуальном уровне. В некоторых случаях «идеальное» здоровое поведение, предложенное врачом, может быть изначально достижимо пациентом, но все же может причинить вред, если поведение не является устойчивым в социальном контексте пациента.Прагматизм — это практический подход к краткосрочным, конкретным проблемам, основанным на опыте и социальном контексте пациента и проверенным в этом контексте. Это важно, потому что поставщики услуг могут предлагать решения, которые нежизнеспособны в мире или мировоззрении пациента и, следовательно, недостижимы или полезны, создавая для пациента непрерывный цикл обвинений и лишений прав и возможностей. Краткосрочные, реалистичные цели, основанные на контексте пациента, могут быстро принести пользу и создать у пациента свободу воли, что, в свою очередь, укрепит позитивные рабочие отношения с поставщиком медицинских услуг.В обзоре литературы Rhodes et al. описали социальные и структурные факторы, которые влияют на риск заражения ВИЧ для людей, употребляющих внутривенные наркотики, которые включают, помимо прочего, неблагоприятное положение в районе, социальный капитал, политику и правоохранительные органы, а также роль социальной стигмы и дискриминации [35]. Хотя мы еще раз отмечаем, что это подробное описание сосредоточено на людях, употребляющих психоактивные вещества, эти факторы, безусловно, имеют значение для здоровья во многих областях медицины. Таким образом, прагматический подход не только нацелен на реальный ущерб, но и учитывает структурное порождение риска.Хотя мы подтверждаем, что пациент должен нести ответственность за свое вредное для здоровья поведение, понимание основных факторов, способствующих риску, имеет решающее значение для успешной работы с пациентами.

Мы также сделали индивидуализм одним из наших принципов. Хотя HRI не определяет это как характеристику снижения вреда, это, безусловно, согласуется с обязательством HRI приспосабливать мероприятия к рискам, связанным с отдельными людьми. Индивидуализм отражает идею о том, что не существует универсального применения протокола или обмена сообщениями для пациентов, но что поставщики услуг должны адаптировать вмешательства и сообщения для каждого человека и максимизировать свои варианты поддерживающих услуг (например,ж., жилье, помощь в трудоустройстве, лечение от наркозависимости).

Автономия подпадает под эгиду универсальности и взаимозависимости прав HRI. Партнерские отношения между пациентом и поставщиком медицинских услуг влияют на результаты в отношении здоровья пациента, поэтому примерами этих отношений являются помощь, ориентированная на пациента, совместное принятие решений и взаимное обучение. Принятие решений в отношении здоровья и здравоохранения — это набор переговоров по уходу, основанный на текущем состоянии и целях пациента. Автономия сродни модели медицинской грамотности, в которой люди имеют «… способность получать, обрабатывать и понимать основную медицинскую информацию и услуги, необходимые для принятия надлежащих медицинских решений» [36].

Инкрементализм, который также упоминается в описании снижения вреда HRI, подчеркивает важность признания того факта, что все люди время от времени испытывают плато или надиры, и что признание этого факта может помочь поставщикам услуг справиться с разочарованием, которое они могут испытать в этих ситуациях. . Поставщикам медицинских услуг важно понимать это и планировать статические или отрицательные траектории здоровья.

Подотчетность без прекращения действия расширяет ссылку HRI на прозрачность, подотчетность и участие.Ранее мы отмечали, что, когда пациенты практикуют вредное для здоровья поведение, поставщики медицинских услуг должны стремиться понять преимущества для человека, которые сопровождают вред. Однако мы также отмечаем, что пациенты несут ответственность за свой выбор здоровья и поведение. Таким образом, практикующие снижение вреда, медработники не «увольняют» пациентов за то, что они не достигли своих индивидуальных целей в отношении здоровья. Хотя люди имеют право принимать ряд вредных и полезных для здоровья решений в отношении своего ухода, поставщики медицинских услуг все же могут помочь им понять, что последствия являются их собственными.Хотя помощь пациентам в понимании влияния их выбора и поведения является ценной, движение назад не наказывается. Хотя это не отражено в наших данных, мы также признаем, что в своем обсуждении подотчетности HRI правильно подчеркивает, что поставщики услуг также должны нести ответственность за свои собственные решения, успехи и неудачи [27]. Необходимы дополнительные исследования, чтобы лучше понять, как подотчетность поставщиков медицинских услуг влияет на результаты лечения пациентов в контексте подходов к оказанию помощи по снижению вреда.

Наши результаты ограничены тем фактом, что они основаны на качественных интервью в одной клинике ВИЧ и еще не тестировались в других медицинских учреждениях.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.