Полномочия в сфере земельных отношений органов местного самоуправления: Полномочия органов местного самоуправления в сфере регулирования земельных отношений — Студопедия

Содержание

Полномочия органов местного самоуправления в сфере регулирования земельных отношений — Студопедия

Студопедия Категории Авто Автоматизация Архитектура Астрономия Аудит Биология Бухгалтерия Военное дело Генетика География Геология Государство Дом Журналистика и СМИ Изобретательство Иностранные языки Информатика Искусство История Компьютеры Кулинария Культура Лексикология Литература Логика Маркетинг Математика Машиностроение Медицина Менеджмент Металлы и Сварка Механика Музыка Население Образование Охрана безопасности жизни Охрана Труда Педагогика Политика Право Программирование Производство Промышленность Психология Радио Регилия Связь Социология Спорт Стандартизация Строительство Технологии Торговля Туризм Физика Физиология Философия Финансы Химия Хозяйство Черчение Экология Эконометрика Экономика Электроника Юриспунденкция Предметы Авиадвигателестроения Административное право Административное право Беларусии Алгебра Архитектура Безопасность жизнедеятельности Введение в профессию «психолог» Введение в экономику культуры Высшая математика Геология Геоморфология Гидрология и гидрометрии Гидросистемы и гидромашины История Украины Культурология Культурология Логика Маркетинг Машиностроение Медицинская психология Менеджмент Металлы и сварка Методы и средства измерений
электрических величин Мировая экономика Начертательная геометрия Основы экономической теории Охрана труда Пожарная тактика Процессы и структуры мышления Профессиональная психология Психология Психология менеджмента Современные фундаментальные и
прикладные исследования
в приборостроении Социальная психология Социально-философская проблематика Социология Статистика Теоретические основы информатики Теория автоматического регулирования Теория вероятности Транспортное право Туроператор Уголовное право Уголовный процесс Управление современным производством Физика Физические явления Философия Холодильные установки Экология Экономика История экономики Основы экономики Экономика предприятия Экономическая история Экономическая теория Экономический анализ

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛНОМОЧИЙ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Работа добавлена на сайт samzan.
ru: 2016-03-05

Диплом

Полномочия органов государственной власти Челябинской области в сфере земельных отношений


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………….………………………..

ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛНОМОЧИЙ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ……………………………………………………………..

1.1 Понятие, признаки и виды полномочий органов государственной власти в сфере земельных отношений………………..

1.2 Исторический аспект земельных отношений…………………

1.3 Правовое регулирование полномочий органов государственной власти в области земельных отношений……………..

ГЛАВА 2 ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ ОРГАНАМИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ ПОЛНОМОЧИЙ В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ………………………………………….…

2. 1 Управление и распоряжение земельными участками в Челябинской области………………………………………………………

2.2 Разработка и реализация региональных программ использования и охраны земель, находящихся в границах Челябинской области……………………………………………………………………..

2.3 Совершенствование государственного регулирования земельных отношений в Челябинской области ………………………………………

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………..

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ…………………………

3

7

7

17

22

30

30

34

46

53

58


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования определяется научной и практической значимостью совершенствования публичноправового механизма наделения и реализации полномочий органов государственной власти  субъектов Российской Федерации в сфере земельных отношений.

В условиях отсутствия законодательного единообразия, наличия пробелов в нем правоприменитель зачастую вырабатывает небесспорные решения для выхода из сложившейся ситуации.

Земельные отношения в России на протяжении всей ее истории являлись важнейшим элементом жизни общества, основой социально экономического развития и стабильности, приоритетным направлением политики государства. Необходимо отметить, что и в дореволюционной России, и при советском режиме, и на современном этапе развития нашего государства эта проблема всегда оставалась одной из наиболее сложных и острых в отношениях между личностью, обществом и государством. Общая тенденция свидетельствует о том, что на любом историческом этапе земельные преобразования, реформы всегда проходили в сложной социальной обстановке, вызывали раскол в обществе и серьезное сопротивление их проведению со стороны определенных социальных и политических сил и далеко не всегда приводили к положительным результатам

Исторический опыт свидетельствует о необходимости четкого и осторожного подхода к правовому регулированию земельных отношений, исключая непоследовательность и спешку в принятии законодательных актов, которые могут привести к крайне негативным последствиям.

В условиях проведения правовой реформы актуальным является исследование полномочий органов государственной власти Челябинской области в области земельных отношений. В п.2 ст.10 ЗК РФ содержится неисчерпывающий перечень их полномочий, в связи с чем необходимо использовать многочисленные нормативные правовые акты. Это приводит к тому, что органы органов государственной власти Челябинской области нередко выходят за рамки дозволенного и принимают муниципальные правовые акты, противоречащие действующему федеральному законодательству.

Основными нормативными правовыми актами, определяющими полномочия органов государственной власти Челябинской области в области земельных отношений, включая и полномочия в сфере регулирования этих отношений, являются Земельный, Градостроительный кодексы РФ.

Роль органов государственной власти Челябинской области в осуществлении народовластия, правовые, экономические и финансовые основы органов государственной власти Челябинской области и государственные гарантии его осуществления, общие принципы организации органов государственной власти Челябинской области в Российской Федерации устанавливает Федеральный закон от 6 октября 2003 г.

131ФЗ «Об общих принципах организации органов государственной власти Челябинской области в Российской Федерации».

Настоящий Федеральный закон, за исключением положений, для которых главой 12 установлены иные сроки и порядок вступления в силу, вступает в силу с 1 января 2009 г. Со дня официального опубликования данного Федерального закона до 1 января 2009 г. устанавливается переходный период.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие при реализации полномочий в области земельных отношений органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

Предмет исследования нормы права, регламентирующие процесс деятельности органов государственной власти Челябинской области по регулированию и управлению земельными отношениями, материалы судебной и арбитражной практики, научные статьи, монографическая литература посвященная полномочия полномочиям органов государственной власти Челябинской области в сфере земельных отношений.

Целью работы является исследование полномочий органов государственной власти Челябинской области в сфере земельных отношений, выявить недостатки в существующем законодательстве и разработать предложения по его совершенствованию.

Достижение поставленной цели возможно осуществить через решение следующих промежуточных задач исследования:

  1.  Исследовать правовые аспекты  регулирование земельных отношений в России;
  2.         Изучить исторический аспект земельных отношений;

         3. Рассмотреть отношения, регулируемые земельным законодательством;

         4.      Проанализировать правовое регулирование земельных отношений на территории Челябинской области;

5. Охарактеризовать систему государственных органов управления Российской Федерации в области земельных отношений;

6. Дать анализ полномочий органов государственной власти в Челябинской области в области земельных отношений.

Степень разработанности темы. В исследованиях О.А. Бакиновской, С.А. Боголюбова, Ю.Г. Жарикова, Е.А. Галиновской, И.П. Манкевича, Е.Л. Мининой, В.В. Устюковой представлены виды и основания возникновения, ограничения и прекращения прав на землю, способы их защиты и основы использования земель сельскохозяйственного назначения .

Исследованию организационноправового, управленческого и экономического механизмов в области регулирования земельных отношений посвящены работы Е.С. Болтанова, В.П. Васильева, А.А. Варламова, Б.В. Ерофеева, С.Г. Капканщикова, О.В. Касьяновой .

Изучением состава земель, правил отнесения земель к категориям, перевода земель из одной категории в другую занимались Ю.М.Алпатов, В.А. Ершов, О.М. Оглоблина, М.Ю. Тихомиров, Л.В. Тихомирова .

Отдельные аспекты проблем регулирования земельных отношений, управления земельными ресурсами, создания земельного кадастра и экономической оценки земли рассмотрены в работах А. П. Асташкина, В.Р. Беленького, В.В. Докучаева, А.М. Емельянова, М.О. Лоцмера, Э.А. Сагайдака, А.М. Югая .

Анализируя степень изученности темы данного исследования в научной литературе, необходимо отметить, что несмотря на наличие значительного количества работ, посвященных управлению земельными отношениями следует признать, что предмет нашей работы разработан явно недостаточно. Свидетельство этому значительный, неослабевающий поток различных материалов вскрывающих все новые и новые недоработки отечественного законодателя, что позволяет утверждать о практически безграничном поле научного поиска.

Практическая значимость исследования заключается в том, что содержащиеся в выпускной работе выводы и предложения могут быть учтены в процессе дальнейшей работы по совершенствованию деятельности в области управления земельными отношениями, как в Челябинской  области, так и в других субъектах Российской Федерации.

Методологическую основу исследования составляют ряд эмпирических и теоретических методов, в состав которых входят: исторический метод; метод материалистической диалектики, формальноюридический метод, метод сравнительноправового исследования, метод толкования, метод стpyктypного aнaлиза, логический и системный методы.

Выпускная квалификационная работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и литературы и приложений.


ГЛАВА 1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛНОМОЧИЙ ОРГАНОВ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

1.1 Понятие, признаки и виды полномочий органов государственной власти в сфере земельных отношений

Полномочия органов государственной власти Челябинской области в области земельных отношений представляют собой определяемую федеральными законами и законами субъектов РФ, уставом муниципального образования и договорами совокупность прав и обязанностей этих органов по осуществлению деятельности, направленной на использование и охрану земель в Российской Федерации как основы жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории.

Земельные отношения сложная многоаспектная проблема, включающая большой круг вопросов, требующих безотлагательных решений: формы собственности и хозяйствования, рынок и цена земли, рента, залог, налог на землю, землеустройство, государственное регулирование, управление земельными ресурсами .

Управление земельными ресурсами включает планирование их использования, зонирование земель, природносельскохозяйственное районирование, землеустройство, мониторинг земель и государственный земельный кадастр. Планирование развития территорий и их хозяйственного использования базируется на решениях органов исполнительной власти. Долгосрочная перспектива их развития определяется на основе социальноэкономических программ, землеустроительной, градостроительной и иной документации.

Государство должно обеспечить использование и охрану земель сельскохозяйственного назначения в соответствии с их природносельскохозяйственным районированием.

Земельные отношения должны регулироваться на основе достоверных, открытых и своевременных сведений о природном, хозяйственном и правовом положении земель Российской Федерации, местоположении и размерах земельных участков, их количественных характеристиках, правовом режиме, стоимостной оценке и иных необходимых сведений, то есть исходя изданных земельного кадастра, являющихся основой для организации использования земли всеми участниками земельных отношений.

Регулирование правовых, организационных, экономических, технологических и других мероприятий по использованию и охране земельных ресурсов, сохранению и повышению плодородия почв, недопущению необоснованного изъятия наиболее ценных земель из сельскохозяйственного и лесохозяйственного оборота.

Государственное управление в области использования и охраны земель осуществляют как представительные, так и исполнительные органы власти. Представительные органы государственной власти это Президент Российской Федерации, Совет Федерации и Государственная Дума Российской Федерации, а также соответствующие органы субъектов Российской Федерации.

Государственное регулирование земельных отношений должно осуществляться на основе научно обоснованных концепций и прогнозов экономического развития страны и ее регионов, отраслей производства, использования ресурсов, в том числе и земельных, на основе действующей законодательной и нормативной базы и механизмов регулирования.

К основными методам государственного управления земельными ресурсами относятся землеустройство, государственный земельный кадастр, мониторинг земель и государственный контроль за использованием и охраной земель.

Землеустройство представляет собой систему мероприятий, направленных на регулирование земельных отношений, организацию использования земель, учет и оценку земельных ресурсов, составление территориальных и внутрихозяйственных планов .

Задачами землеустройства являются организация рационального использования земель во всех отраслях народного хозяйства, создании благоприятной окружающей экологической среды, поддержание устойчивых ландшафтов и охрана земель .

Основные направления землеустроительной деятельности включают:

разработку федеральных и региональных программ использования и охраны земельных ресурсов и схем землеустройства с учетом экономических, градостроительных, экологических и иных особенностей территории;

межевание с установлением (восстановлением) на местности границ административнотерриториальных образований, границ земельных участков субъектов земельных отношений по единой государственной системе и их техническое оформление;

составление проектов землеустройства и упорядочение существующих землевладений и землепользований с устранением неудобств в расположении земель;

определение границ земельных участков, установление их границ и отвод в натуре (на местности), оформление планов (чертежей) границ, подготовку документов для удостоверения прав на земельные участки;

разработку разного рода рабочих проектов, в том числе по рекультивации нарушенных земель, защите почв от водной и ветровой эрозии, селей, оползней, подтопления, заболачивания, иссушения, уплотнения, засоления, загрязнения отходами производства, химическими и радиоактивными веществами, по улучшению сельскохозяйственных угодий, освоению новых земель, сохранению и повышению плодородия почв;

обоснование размещения и установления границ особо охраняемых территорий;

закрепление и изменение на местности городской черты, поселковой черты и черты сельских поселений;

проведение топографогеодезических, картографических, почвенных, агрохимических, геоботанических, историкокультурных и других обследований, а также изыскательских работ;

разработку землеустроительной документации, связанной с ресурсной оценкой, использованием и охраной земель, сохранением и развитием традиционных видов хозяйственной деятельности малочисленных народов и этнических групп;

составление карт и атласов о состоянии и использовании земельных ресурсов;

проведение инвентаризации всех земель и систематическое выявление неиспользуемых, используемых нерационально и не по целевому назначению земель.

Землеустройство проводится государственными

Полномочия органов местного самоуправления в сфере земельных отношений

АВТОРЕФЕРАТ ДИССЕРТАЦИИ

по праву и юриспруденции на тему «Полномочия органов местного самоуправления в сфере земельных отношений»

На правах рукописи

003163-764

Михалычева Юлия Сергеевна

ПОЛНОМОЧИЯ ОРГАНОВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В СФЕРЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Специальность: 12.00.02 — конституционное право; муниципальное право

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

3 1 ЯНВ 2000

/

Москва-2007 /' > / _

003163764

Диссертация выполнена и рекомендована к защите на кафедре государственного управления, правового обеспечения государственной и муниципальной службы Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации

Научный руководитель доктор психологических наук, профессор

Герасимов Вячеслав Михайлович

Научный консультант доктор юридических наук

Голубев Сергей Александрович

Официальные оппоненты доктор юридических наук, профессор

Елисеев Борис Петрович, кандидат юридических наук Эпштейн Семион

Ведущая организация Всероссийская государственная налоговая

академия Министерства финансов Российской Федерации

Защита состоится 24 января 2008 года в 12 00 часов на заседании диссертационного Совета Д 502 006 001 по юридическим наукам Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации по адресу 119606, Москва, проспект Вернадского, 84, ауд 3370

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации

Автореферат разослан 10 декабря 2007 года

Ученый секретарь диссертационного Совета —" Е Ю Киреева

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется научной и практической значимостью совершенствования публично-правового механизма наделения и реализации полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений.

Увеличение объема полномочий местного самоуправления в ходе административной, муниципальной и земельной реформ поставило на повестку дня ряд новых теоретических и практических вопросов, связанных с полномочиями органов местного самоуправления в сфере земельных отношений. Вступившие в силу в последнее время нормативные правовые акты, в том числе Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЭ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», изменения и дополнения к ряду федеральных законов, судебная и арбитражная практика не устранили всех проблем и противоречий, имеющихся в области регулирования полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений.

В условиях отсутствия законодательного единообразия, наличия пробелов в нем на муниципальном уровне правоприменитель зачастую вырабатывает небесспорные решения для выхода из сложившейся ситуации. Правовые коллизии оказывают негативное, ограничительное влияние на правовое регулирование земельных отношений на муниципальном уровне.

Реальные проблемы правотворческого, правореализационного и теоретического характера, возникшие на местном уровне управления в связи с реформированием системы местного самоуправления, разграничением государственной собственности на землю, формированием новых границ муниципальных образований, обуславливают потребность совершенствования конституционно-правового регулирования полномочий в сфере земельных отношений на федеральном, региональном и муниципальном уровнях.

Реализация присущих органам местного самоуправления полномочий в данной сфере требует сбалансированного, целенаправленного функционирования субъектов самоуправления на основе познания и использования присущих данной системе объективных закономерностей в интересах ее совершенствования, реализации конституционных целей.

Конституция Российской Федерации, закрепляя местное самоуправление как важнейший принцип основ конституционного строя, признает его в качестве самостоятельной формы осуществления населением принадлежа-

щей ему власти в муниципальных образованиях. Ратифицированная Россией Европейская хартия местного самоуправления содержит положение о том, что предоставляемые органам местного самоуправления полномочия должны быть, как правило, полными и исключительными (ч. 4 ст. 4).

Эти и другие вопросы предопределяют актуальность и значимость диссертационного исследования.

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования. Теория и практика установления полномочий местного самоуправления, правового регулирования земельных отношений относятся к числу разработанных тем в отечественной и зарубежной правовой науке. С принятием новых правовых норм, регулирующих систему полномочий органов местного самоуправления, в том числе в сфере земельных отношений, возросло число научных исследований по данной проблематике.

Так, различные аспекты правового обеспечения функционирования реформы местного самоуправления рассматриваются в работах С.А.Авакьяна, А О Александрова, И.НБарцица, Б С Крылова, Д.Н.Козака, Е.В. Першина, Н Л Нешина, А 3 Рудена, А.А.Сергеева, Л.Б Соболева, С.Ю.Фабричного и др. Проблемы разграничения предметов ведения и полномочий органов местного самоуправления исследуются в трудах В.М.Герасимова, Б.П.Елисеева, А Н.Королева, Б.С.Крылова, Д Н.Козака, Т В.Нечаевой, М В Столярова, Ю КТолстого, Т.Я.Хабриевой, С.Эпштейна и др.

Совершенствование земельного законодательства, правовое обеспечение земельной реформы рассматриваются в трудах С.А.Боголюбова, Г.Е.Быстрова, Т.В.Крамкова, О.Б.Лепко, А.Л.Оверчук, ПН.Павлова, Б А.Суханова, Н.А.Сыроедова и др. Вопросы публичной собственности на землю представлены в трудах Г.А.Аксененок, Г.Н.Андреевой, А В.Венедиктова, Н.Д.Казанцева, А.М.Турубинер и др. Соотношения земельного права с другими отраслями права анализируются в исследованиях С.С.Алексеева, С.А Боголюбова, М.И.Брагинского, В.В.Витрянского, Л А.Грось, Ю.Г.Жарикова, О С.Иоффе, И А Иконицкой, В.П Камышанского, ОККрассова, ДИМейера, ЕА.Суханова, ОНСадикова, НАСыроедова, В.В.Чубарова, В. В.Устиновой, В А.Хохлова, С.А.Хохлова, Г.Ф.Шершеневича, Л.В.Щенниковой и др.

Вместе с тем, несмотря на достаточно широкий круг публикаций по проблемам организации местного самоуправления, правового регулирования земельных отношений, ряд вопросов, связанных с конституционно-правовым обеспечением полномочий органов местного самоуправления в сфере регу-

лирования земельных отношений, до настоящего времени не получил должного рассмотрения и не отвечает современным потребностям развития теории и практики.

Практически нет специальных исследований, рассматривающих в единстве проблемы муниципальной и земельной реформы. Более того, если в научном плане наличие множества различных подходов, концепций служит уяснению различных сторон правового регулирования полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений, то для практики необходимо единообразное понимание всех новелл. Требуется выработка унифицированных рекомендаций по устранению возникших и недопущению новых правовых коллизий.

Объектом исследования являются общественные отношения, связанные с осуществлением полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений.

Предметом исследования выступают конституционно-правовые акты, регулирующие осуществление властных полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений, закрепленных в системе нормативных правовых актов.

Целью диссертационного исследования является теоретико-правовое обоснование и формулирование основных направлений совершенствования правового механизма установления и регулирования полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений; внесение предложений по согласованию норм конституционного и муниципального права с нормами земельного, водного, лесного и других отраслей законодательства.

Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач:

- обобщить теоретико-методологические и правовые подходы к установлению полномочий местного самоуправления, уточнить содержание понятий «полномочия органов местного самоуправления», «полномочия органов местного самоуправления в сфере земельных отношений»;

- формализовать и классифицировать полномочия органов местного самоуправления в сфере земельных отношений;

- представить конституционно-правовые основы, перечень и содержание полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений, закрепленных в различных отраслях российского законодательства,

- определить объем и структуру полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений, охарактеризовать полномочия органов мест-

ного самоуправления применительно к правовому режиму земель и типам муниципальных образований,

-сформулировать предложения по совершенствованию законодательства, закрепляющего полномочия местного самоуправления в сфере земельных отношений.

Теоретико-методологической основой диссертационного исследования явились современные методы научного познания и теоретического описания правовых норм и отношений Использованы научные разработки в области теории права и государства, конституционного и муниципального права, отраслевых юридических наук Диссертант руководствовался следующими методами системным, структурным, историко-правовым, сравнительно-правовым, нормативно-правовым, а также формально-юридическим, логическим, институционально-функциональным анализом и другими

Правовую основу диссертации составили Конституция Российской Федерации и учредительные акты ряда зарубежных стран, ратифицированные Россией международные правовые акты, федеральные нормативные правовые акты, нормативные правовые акты отдельных субъектов Российской Федерации, правовые акты органов местного самоуправления, судебная практика, решения органов конституционного правосудия, экспертные оценки ведущих юристов, а также заключения экспертов по законопроектам, относящиеся к исследуемой области

Научная новизна диссертации заключается в обосновании комплексного публично-правового института полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений, включающего в себя совокупность правовых норм различных отраслей права. Уточнено содержание и дана характеристика правовой категории «полномочия органов местного самоуправления в сфере земельных отношений».

Установлено, что перечень, содержание полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений не полностью соответствует конституционным нормам и общепризнанным принципам и нормам международного права. Полномочия местного самоуправления не являются полными и исключительными.

Выявлено, #что в Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» не формализованы виды, объем и структура полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений В статутном законе отсутствует значительная часть предметов ведения местного самоуправления, установленных в отраслевом

законодательстве. Недостаточно полно отражены полномочия населения Отраслевое многообразие регулирования полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений без согласования применяемых правовых средств, в ряде случаев, приводит к юридическим коллизиям. Разнообразие в подходах к толкованию взаимоотношений норм муниципального, земельного, градостроительного, гражданского и др. отраслей права, отсутствие эффективного механизма согласования применяемых правовых средств отрицательно сказывается на правоприменительной практике

Диссертантом разработаны рекомендации по совершенствованию процессов нормативно-правового наделения полномочиями органов местного самоуправления в сфере земельных правоотношений. К таковым относятся унификация и стандартизация полномочий муниципальных органов, устранение противоречивости и непоследовательности федерального законодательства, законодательства субъектов Федерации, а также несоответствия в ряде случаев регионального законодательства федеральному

На защиту выносятся следующие основные выводы и положения:

1 В нормативно-правовых актах Российской Федерации отсутствует единый подход к выделению перечня и видов, определению субъекта и содержания, а также правил группировки полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений, что отрицательно сказывается в целом на правотворчестве, правоприменении и реализации отдельных полномочий. В связи с чем необходимо установить универсальный принцип определения круга полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений и сформировать стандарты, систематизировать виды и уточнить содержание полномочий органов местного самоуправления в данной области

2 Степень реализации полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений находится в прямой зависимости от четкости, полноты и непротиворечивости норм, регулирующих полномочия органов государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления

3 Расширение полномочий органов местного самоуправления по вопросам земельных отношений (что следует из Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации 26 апреля 2007 г.) должно осуществляться с соответствующим финансово-экономическим обоснованием и соблюдением принципа соразмерности полномочий органов местного самоуправления материально-финансовым

ресурсам для недопущения дисбаланса между доходами и расходами органов местного самоуправления.

На практике данная проблема решается не в полном объеме Согласно п 10 ст 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г № 137-ФЭ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органами местного самоуправления. Но распоряжение участками возможно только при соблюдении условий формирования земельных участков, что требует значительных финансовых затрат на их подготовку В результате в ряде регионов предоставление неразграниченных земельных участков фактически не ведется по причинам отсутствия достаточных бюджетных средств

4 Полноценной реализации полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений препятствует:

- непоследовательность регулирования вопросов взимания земельного налога Так, налоговой базой по земельному налогу является кадастровая стоимость земельного участка, которая устанавливается субъектом Российской Федерации. В то же время органы местного самоуправления вправе в пределах, установленных ст 394 Налогового кодекса Российской Федерации, определить налоговую ставку земельного налога Таким образом, органы местного самоуправления оказались лишенными механизма регулирования налоговых поступлений в полной мере,

- непоследовательность регулирования вопросов переоформления права собственности или аренды на землю из права постоянного (бессрочного) пользования Принятие соответствующих решений о переоформлении прав относится к полномочиям органов местного самоуправления (если земельные участки относятся к неразграниченным землям или являются муниципальной собственностью). При этом определение цены выкупа или права аренды в указанных случаях устанавливается федеральным и региональным законодательством (ст 2, ст. 3 и ст 36 Земельного кодекса Российской Федерации)

Теоретическая и практическая значимость исследования. Диссертационное исследование направленно на укрепление правовых основ функционирования местного самоуправления, продвижение муниципальной и земельной реформ Автором обоснованы направления совершенствования конституционно-правового обеспечения закрепления полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений, приведение в соответствие нормативно-правовой базы полномочий органов местного самоуправ-

ления во взаимоувязке с земельным, бюджетным, налоговым, градостроительным и др кодексами, федеральным и региональным законодательством

Результаты диссертационной работы могут быть использованы в процессе совершенствования правового регулирования земельных отношений на муниципальном уровне, устранения пробелов, коллизий и противоречий различных отраслей законодательства, в первую очередь, конституционного, муниципального и земельного права.

Положения и выводы диссертационного исследования выступают теоретической базой дальнейших научных разработок, предназначены для использования в преподавательской и исследовательской работе в области конституционного и муниципального права, раскрытия проблем реализации земельных отношений на местном уровне в Российской Федерации, составления учебных программ по юриспруденции, учебных, учебно-методических пособий, чтении спецкурсов

Апробация результатов исследования. Выводы и положения диссертационного исследования докладывались на теоретических семинарах, получили практическую апробацию в ходе участия в научных и научно-практических конференциях, семинарах В том числе «Задачи муниципальных органов власти в создании Государственного кадастра объектов недвижимости» (г. Тверь 2005 г ), «Роль права в обеспечении национальных интересов» (г Москва 2005 г ), «Проблемы земельной реформы на муниципальном уровне», (г. Руза 2005 г ), «Организация, технология и опыт ведения кадастровых работ» (г. Москва 2006 г ), «Кубань 2007» (г Сочи 2007 г.), «Земля и бизнес» (г Москва 2007 г ) и другие

Результаты диссертационного исследования обсуждены и одобрены на заседаниях предметно-методической комиссии кафедры государственного управления, правового обеспечения государственной и муниципальной службы Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Основные положения, результаты и выводы, содержащиеся в диссертации, нашли отражение в ряде научных публикаций Материалы диссертационного исследования, выводы и предложения использовались автором в профессиональной деятельности в качестве практикующего юриста

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования, соответствует логике работы. Диссертация состоит из введения, трех глав,

заключения, списка использованных нормативно-правовых актов, специальной литературы, приложения.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Во введении обоснованы актуальность диссертационного исследования, раскрыты степень научной разработанности, объект, предмет, цель, задачи, теоретико-методологическая и правовая основа диссертации, научная новизна, положения, выносимые на защиту, теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе - «Теоретико-методологические и правовые подходы к установлению полномочий местного самоуправления в сфере земельных отношений» - проанализирован отечественный и зарубежный опыт формулирования круга полномочий местного самоуправления

Отмечено, что полномочия (англ procuracy, нем vollmacht; фр procuration) занимают одно из центральных мест в правовой теории и практике местного самоуправления По своей сути муниципальные полномочия - это основополагающие идеи, лежащие в основе организации и функционирования местного самоуправления, обусловленные природой данного института.

Истоки определения содержания «полномочий местного самоуправления» уходят своими корнями в далекое прошлое. Еще в Древнем Риме в 45 году до н.э. законом о местном самоуправлении были определены основные функции (полномочия) местных органов, отличные от функций территориальных органов, создаваемых центром. Значительно позже возникли различные теории местного самоуправления, в рамках которых существуют особые подходы к объему и содержанию полномочий.

В современной юридической науке термин «полномочия», как правило, используется для обозначения официально предоставленной субъекту совокупности прав и обязанностей в определенной сфере деятельности, в определенных целях, на определенный срок, в отношении принятия правовых актов, а также осуществления иных властно-распорядительных действий

Среди отечественных и зарубежных ученых существуют различные точки зрения относительно содержания понятия «полномочия органов местного самоуправления», прежде всего, как совокупности прав и обязанностей субъекта полномочий При разнообразии подходов всех их объединяет мнение, что посредством полномочий происходит правовое регулирование

и

общественных отношений, что само существование местного самоуправления немыслимо без наделения его властными полномочиями. При этом, защита и усиление независимости местных властей Европейской хартией местного самоуправления рассматривается как необходимое, предварительное условие устойчивого развития

В сфере земельных отношений любое государство осуществляет свои традиционные функции по установлению основ государственной политики в области регулирования земельных отношений, установлению ограничений прав правообладателей земельных участков, установлению ограничений оборотоспособности земельных участков Определенные полномочия в данной сфере закреплены и за органами местного самоуправления

Современные подходы к определению полномочий органов местного самоуправления в сфере земельных отношений ориентируют на реализацию принципов народовластия, справедливости, самостоятельности, соразмерности, эффективности, публичности, открытости, целевого использования земли, в том числе планирования в сфере землепользования, регистрации земель, управления, администрирования, информации, государственных и частных прав на землю, вопросов арендной платы, налогообложения и другие

Проведенный анализ показал, что полномочия местного самоуправления в сфере земельных отношений, прежде всего, выступают в форме правомочий (т е. предусмотренных законом возможностей участника правоотношений (субъекта полномочий) осуществлять определенные действия или требовать известных действий от другого участника этого правоотношения)

В объективном смысле полномочия есть совокупность правовых норм, закрепляющих, регулирующих и охраняющих права конкретных субъектов муниципального права В субъективном смысле полномочия -это право конкретного субъекта муниципального права осуществлять определенную публичную деятельность в сфере земельных отношений (правотворческую, организационно-распорядительную, правоприменительную и др ), требовать действий от других участников правоотношений, владеть, пользоваться и распоряжаться землей

Результаты исследования показали, что для англосаксонской системы права характерна значительная автономия органов местного самоуправления от государства, широкий круг собственных полномочий Континентальной системы права присущи прямое государственное управление, осуществляв-

мое по принципу «пирамиды» - вертикального подчинения нижестоящих звеньев вышестоящим, доминирование государственных полномочий.

Англосаксонский тип функционирования местного самоуправления (Англия, США, Канада, Австралия, Новая Зеландия и др) характеризует принцип, в соответствии с которым муниципальные органы могут делать лишь то, что им прямо разрешил закон. Муниципалитеты рассматриваются как автономные образования, осуществляющие власть, возложенную на них Отношения между центральной властью и муниципалитетами определяются принципом mtel vires (действовать в пределах своих полномочий), т е муниципалитеты могут совершать лишь те действия, которые лишь прямо прописаны законом В противном случае акты местного самоуправления считаются совершенными с превышением полномочий (mtel vires) и могут быть признаны судом не имеющими силы Дополнительные полномочия устанавливаются местными и частными парламентскими статутами

Для континентального типа правового регулирования функционирования местного самоуправления характерно слияние органов местного самоуправления с системой ор

развивающиеся отношения - Парламент Австралии

Научная статья № 10 2010–11

Д-р Линдон Мегаррити
Секция политики и государственного управления
31 января 2011 г.

Содержание


Краткое содержание

  • В этом документе представлен широкий исторический обзор местного самоуправления Австралии и его отношений с Содружеством наций с некоторым обсуждением современных проблем.Он показывает, как Содружество стало играть важную политическую роль в местных органах власти и как эти отношения развивались с течением времени. В документе, однако, не делается попыток дать подробный отчет о конкретных технических аспектах опыта местных органов власти, таких как финансовое управление. Сильная тема в этом документе - давнее желание местных органов власти большей автономии и финансирования, чтобы соответствовать их все более тяжелой административной и социальной роли.
  • В каждом штате, а также в Северной территории (NT) есть система местного самоуправления, созданная законодательством штата / территории: штаты и Северная территория могут реструктурировать свою систему местного управления в любое время.Каждый орган местного самоуправления предоставляет услуги конкретному, географически определенному сообществу, охватывая широкий спектр гражданских обязанностей, от инфраструктуры до социальных служб. Его обязанности продолжают расти в соответствии с местным спросом.
  • Местные органы власти были созданы с девятнадцатого века. Рост активности местных органов власти с 1945 года побудил местные власти добиваться увеличения субсидий от правительства Содружества.
  • Содружество на финансирование проектов местных органов власти, таких как строительство дорог, стало наиболее заметным в последнее время, особенно после беспрецедентного интереса премьер-министра Гофа Уитлама к политике местного правительства в период с 1972 по 1975 год.
  • Поскольку местное самоуправление не упоминается в Конституции Австралии, правительство Содружества, как правило, было вынуждено предоставлять субсидии местным органам власти косвенно, то есть через штаты.Попытка правительства Уитлама закрепить прямую финансовую связь между Содружеством и местными органами власти в рамках Конституции Австралии потерпела неудачу, когда была доведена до сведения людей посредством референдума. Последующее предложение правительства Хоука на референдуме о признании конституции местных органов власти также провалилось. И правительства Уитлама, и правительства Хоука не смогли убедить электорат в том, что федеральная система требует реформы.
  • В последние десятилетия Содружество обеих партий оказывало поддержку местным органам власти.Неординарным шагом стала программа правительства Говарда «Дороги к восстановлению», которая предоставила местным органам власти прямое финансирование на строительство и содержание местных дорог.
  • Вместе с лейбористами Коалиционное правительство осудило объединение местных советов в Квинсленде в 2007 году.
  • Правительство Радда создало Совет местных органов власти Австралии, который стал форумом для решения вопросов Содружества и местных органов власти. Он также продолжил программу «Дороги к выздоровлению» и финансировал проекты местных органов власти как средство преодоления глобального финансового кризиса в 2008–2009 годах.
  • Последующее правительство Гилларда подтвердило неизменную приверженность ALP обеспечению конституционного признания местного самоуправления.
  • В последнем разделе документа кратко обсуждаются варианты конституционного признания. Эти варианты включают признание местного самоуправления частью федеральной системы, гарантированную структурную защиту местного правительства или укрепление финансовых договоренностей между Содружеством и местными органами власти.
  • Подняты два заключительных момента. Во-первых, подчеркивается, что гражданское участие и местная самобытность являются важными частями местного самоуправления, и, таким образом, отношения Содружества и местного самоуправления могут оказаться более значимыми и продуктивными, если они включают балансирование требований регионального развития с признанием законности местные приоритеты. Во-вторых, Содружество, штаты и органы местного самоуправления должны поддерживать диалог, чтобы обеспечить достижение любых реформ федеральной системы на основе консенсуса.
  • К документу прилагаются Приложения, которые (А) предоставляют статистические данные по референдумам Содружества 1974 и 1988 гг. По вопросам местного самоуправления; (B) перечисляет наиболее важные законы штата, касающиеся местного самоуправления; и (C) предоставить подробную информацию о парламентской резолюции Содружества от 2006 года, в которой официально признано местное правительство.

Введение

В этом документе представлен широкий исторический обзор местного самоуправления Австралии и его взаимоотношений с Содружеством наций, с некоторыми обсуждениями современных проблем.[1] Это показывает, как Содружество стало играть важную политическую роль в местных органах власти и как эти отношения развивались с течением времени. Кроме того, в статье обычному читателю предлагается краткое введение в местное самоуправление и характер его связей с местным сообществом, штатами и Содружеством. В документе, однако, не делается попыток дать подробный отчет о конкретных технических аспектах опыта местных органов власти, таких как финансовое управление. Сильная тема в этом документе - давнее желание местных органов власти большей автономии и финансирования, чтобы соответствовать их все более тяжелой административной и социальной роли.

Местные органы власти играют важную роль в жизни граждан шести австралийских штатов и Северной территории. Органы местного самоуправления существуют для предоставления услуг и удобств местным сообществам, а также несут ответственность за регулирование и предоставление услуг в отношении земли и собственности в своем районе. Наиболее распространенные виды местных органов власти включают городские советы в столичных и региональных городских «хабах», а также советы графств, которые обслуживают многие сельские районы. Названия местных советов варьируются от штата к штату.Общим для всех местных советов в Австралии является то, что они являются создателями законодательства штата / территории, в котором оговариваются действия, которые штат или территория требует от местного правительства, а также функции, которые оно может выполнять по своему усмотрению. . На практике местные советы обладают значительной автономией, но они могут быть распущены, приостановлены или объединены с другими советами, если правительство их штата / территории сочтет такие меры целесообразными. Правительство штата / территории также может отменять решения совета.[2]

Каждый совет нанимает или нанимает персонал для оказания услуг местного самоуправления. Деятельность персонала и характер местного совета определяются решениями избранных членов совета, которых обычно возглавляет мэр. Их роль состоит в том, чтобы представлять свое сообщество на собраниях советов, комитетах и ​​на различных мероприятиях, а также доводить до общественности решения местных советов. Члены совета также разрабатывают политику совета и принимают решения, относящиеся к этой политике. Мэры, как правило, получают более высокое вознаграждение, чем другие члены совета, что отражает их большую загруженность.[3] Несмотря на общее мнение о том, что советы должны представлять свои сообщества и служить им, женщины по-прежнему недопредставлены в качестве избранных советников (примерно 27 процентов от всех избранных членов советов в начале 2010 года) [4].

Регулирование - важный аспект деятельности местного самоуправления. Органы местного самоуправления выполняют регулирующие задачи, которые правительству штата было бы сложно выполнять из-за их локального и разнообразного характера. Эти задачи могут включать в себя инспекцию здания, утверждение планирования и застройки, содержание собак и кошек, парковку, а также проверку пищевых продуктов и здоровья.Еще одним приоритетом местных органов власти является общее здоровье и благополучие местного сообщества, что находит свое отражение в таких мероприятиях, как дренаж, иммунизация, общественные туалеты, кулеры для воды, вывоз мусора, а также очистка и обслуживание местных улиц, пешеходных дорожек и дорог. Местные органы власти также предоставляют общественные услуги (например, библиотеки и детские сады) и места для отдыха (например, скверы, парки и спортивные площадки). В зависимости от благосостояния и средств совета нередки попытки поощрения туризма или проведение «специальных мероприятий» для получения местных коммерческих выгод или общественной гордости.

Таким образом, местное самоуправление - это средство обеспечения эффективного повседневного функционирования местных сообществ и предоставления им основных услуг и удобств, которые австралийские сообщества ожидают найти в пригородах, городах и сельских районах. Он также может стать катализатором формирования местной идентичности и социальной сплоченности в зависимости от приоритетов и возможностей каждого совета.

Как финансируется местное самоуправление? Во-первых, «плательщики налогов», люди, владеющие недвижимостью, взимают ежегодные ставки муниципальными советами.Другие источники местных доходов включают плату за парковку и штрафы, плату за коммунальные услуги и лицензионные сборы. Поскольку доходы местных органов власти ограничены населением и подлежат ограничениям штатов в отношении того, сколько местные власти могут взимать, субсидии штата и Содружества также важны. Субсидии особенно важны для сельских округов, которые, как правило, имеют большую площадь, но малочисленны. Возможности сельских советов по оказанию всех необходимых им услуг могут быть сильно ограничены, особенно потому, что они подвержены неизбежным колебаниям в сумме грантов и (иногда) сборов за предоставляемые государством услуги (например, Государственные службы по чрезвычайным ситуациям).[5] Напряженность между ожиданиями сообщества и способностью местных органов власти лучше всего оценить, кратко проследив историю местного самоуправления.

Колониальная эпоха до 1940-х годов

Местное самоуправление в Австралии развивалось медленно. Аделаида может похвастаться учреждением первого выборного муниципального совета (1840 г.), за которым следуют Сидней и Мельбурн (оба 1842 г.). После того как британское правительство предоставило самоуправление нескольким колониям в 1850-х годах, создание выборных местных советов росло быстрее.Рост числа местных властей был в значительной степени достигнут за счет активной поддержки шести колониальных правительств. В разное время испытывающие нехватку денежных средств центральные власти передавали различные обязанности местным сообществам: дренаж, водоснабжение, общественный транспорт, дороги, газ и другие объекты местной инфраструктуры. В конце концов, некоторые из этих услуг были возвращены под контроль центрального правительства, когда стало ясно, что расходы и администрирование слишком велики для местных властей.

К концу XIX века выборное местное правительство стало неотъемлемой частью австралийской колониальной жизни. Сектор в основном был связан с потребностями местной инфраструктуры, особенно дорог; центральное правительство, как правило, брало на себя общественные задачи, выходящие за рамки местных границ, такие как образование. [6]

Роль местного правительства почти не упоминалась во время конституционных конвенций 1890-х годов, которые привели к созданию Федерации. Большинство отцов-основателей, включая сэра Сэмюэля Гриффита, рассматривали местное самоуправление как сугубо внутреннюю ответственность отдельных штатов, не имеющую отношения к обсуждениям на федеральном уровне. Один будущий премьер-министр, Альфред Дикин, предварительно предположил на Австралазийском федеральном съезде (1897 г.), что некоторые отдельные «населенные пункты» могут финансироваться непосредственно Содружеством, но другой будущий премьер-министр, Эдмунд Бартон, выразил мнение многих других колониальных политиков по этому поводу. предложение:

Доходы и финансовое положение различных колоний будут настолько ограничены и затруднены, что они станут муниципалитетами, а не самоуправляющимися общинами.[7]

Ответ Бартона отражал консенсус в отношении того, что Федерация была соглашением между будущими государствами о создании нации на взаимосогласованных принципах. Идея местного самоуправления как «третьего уровня» австралийского управления еще не получила широкого распространения.

Тем не менее, значительное меньшинство первых федеральных парламентариев, избранных в 1901 году, работали в местных органах власти (29,7% по одной оценке) [8]. Тот факт, что в федеральный парламент было избрано так много бывших местных советников, говорит о том, что популярность местного самоуправления к моменту создания Федерации была достаточно высокой.Хотя это и не было широко известно, роль местных органов власти во многих общинах была сильной. Помимо вывоза мусора, содержания дорог и других услуг, связанных с недвижимостью, многие советы с первых лет существования местного самоуправления были вовлечены в скромное «формирование места», то есть в попытках установить связь между людьми и их местностью. . Такие мероприятия по формированию места в период с 1850 по 1950 год обычно включали предоставление общественных помещений, таких как холлы, муниципальные бани, парки и сады.[9]

Годы расширения: с 1945 по 2000

Однако только после Второй мировой войны местным советам все чаще приходилось тщательно уравновешивать свои традиционные «услуги, связанные с собственностью», с вопросами общественного благосостояния и качества жизни. Ожидания сообщества после войны возросли:

  • занятость женщин в военное время привела к требованию уделять больше внимания советам заботы о детях посредством создания яслей и центров по уходу за младенцами;
  • послевоенный «бэби-бум» и увеличение количества пригородов побудили муниципальные советы вкладывать средства в ориентированные на молодежь объекты отдыха, такие как бассейны; и
  • можно предположить, что растущий послевоенный акцент штатов и Содружества на формальном образовании и обучении просочился на местный уровень через массовое развитие бесплатных муниципальных библиотек по всей Австралии в период с 1940-х по 1970-е годы.[10]

Важно отметить, что тенденция к большему участию в услугах «качества жизни» не была единообразной: она зависела от финансовых обстоятельств и приоритетов каждого совета, а также от наличия государственных субсидий. Вероятно, не случайно, что амбициозные инициативы местных советов с 1970-х годов, такие как художественные галереи, центры представлений, молодежные программы и службы социального обеспечения, осуществлялись в то время, когда Содружество оказывало больше поддержки сектору местного самоуправления, чем в других странах. предыдущие десятилетия.[11]

С 2000 г.

В последнее время в секторе местного самоуправления было выражено большое недовольство его текущим статусом в Федерации. Как отмечает бывший президент Австралийской ассоциации местного самоуправления (ALGA) Пол Белл: «В конечном итоге над каждым советом нависает знание того, что правительство штата может одним росчерком законодательного пера покончить с любым советом, который пожелает. ... »[12] Правительства штатов за последние два десятилетия вынудили многочисленные советы объединиться во имя экономической эффективности, не обращая внимания на другие аспекты местного управления, такие как социальная сплоченность и гражданское участие на местном уровне. Привязанность, которую многие жители имеют к своим местам, можно было увидеть в сильных региональных протестах перед объединениями советов в Квинсленде в 2008 году, в результате которых количество советов сократилось со 157 до 73 при минимальных консультациях [13].

Отдельным советам также напоминают об отсутствии у них автономии в конечном итоге со стороны правительств штатов, которые иногда берут на себя ответственность за рассмотрение спорных предложений по строительству и развитию земель, минуя процессы утверждения совета и консультаций с общественностью.[14] Местные органы власти также критиковали штаты за недофинансирование областей, ожидаемых сообществом, но которые местное правительство не может полностью финансировать самостоятельно. По словам библиотекаря и академика Алана Банди, ключевым примером являются библиотеки:

Если бы правительства штатов и территорий в течение последних 25 лет поддерживали финансирование публичных библиотек по сравнению с финансированием местных органов власти и в процентах от своих годовых расходов, инвестиции в систему публичных библиотек Австралии в 2009/2010 гг. , Вероятно, теперь вдвое превышают текущие общее финансирование 800 миллионов долларов в год.[15]

Вследствие многочисленных проблем, с которыми сталкивается их сектор, многие представители местных органов власти стали рассматривать правительство Содружества как потенциального союзника как в финансировании, так и в оказании им помощи в получении большей автономии и статуса в качестве третьего уровня правительства. Чтобы понять, как эта точка зрения стала символом общественных дебатов о будущем развитии местных органов власти, стоит изучить эволюцию взаимоотношений Содружества и местных органов власти.

В течение двадцатого века политики Содружества часто считали местное самоуправление полезным политическим учебным полигоном и средством развития базы поддержки и профиля.Бен Чифли (Совет графства Аберкромби), сэр Джон Гортон (Совет графства Керанг) и сенатор Маргарет Рейнольдс (городской совет Таунсвилла) - среди многих бывших федеральных членов, работавших в местных органах власти. [16] Однако, несмотря на личное влияние, которое местное правительство оказало на карьеру федеральных политиков, участие Содружества в вопросах местного самоуправления было относительно незначительным до конца двадцатого века.

Местное самоуправление не упоминается в Конституции Австралии.Однако, поскольку местное самоуправление является законодательным созданием штатов, раздел 96 конституции можно было толковать свободно как разрешающий Содружеству косвенно финансировать аспекты местного самоуправления через органы власти штата:

96. В течение десяти лет после создания Содружества, а затем до тех пор, пока Парламент не примет иное решение, Парламент может предоставлять финансовую помощь любому штату на таких условиях, которые Парламент считает целесообразными.[17]

Первое крупное косвенное вмешательство Содружества в дела местного самоуправления произошло в 1920-х годах, когда правительство Содружества начало оказывать правительствам штатов финансовую помощь в строительстве дорог. Поскольку некоторые советы обладают инженерным опытом, местные органы власти в межвоенные годы «часто выступали в качестве агента государства при строительстве и содержании основных дорог» [18]. За исключением дорог, косвенное влияние Содружества оставалось небольшим в течение нескольких десятилетий.[19]

Послевоенное планирование: 1940-е годы

Содружество впервые начало серьезно рассматривать вопрос о расширении своих отношений с местными органами власти в эпоху послевоенного планирования (примерно с 1942 по 1949 годы). В 1943 году первый министр послевоенного восстановления Бен Чифли выразил желание включить участие местных органов власти в послевоенные планы Содружества:

Я с готовностью ценю то, что ... [местные] власти могут сделать, потому что я все еще имею честь быть советником графства. Я недавно выступал на конференции графств по этому поводу и подчеркнул большую роль, которую местные власти могут сыграть в [послевоенном] восстановлении; но я указал, что им придется отказаться от многих своих узких идей и объединиться в региональные советы ... так, чтобы их деятельность могла быть распространена на более широкую область. [20]

Во время конференции премьер-министров в октябре 1944 года Содружество и Штаты согласились, что региональное планирование необходимо для наилучшего использования физических, экономических и социальных ресурсов в послевоенную эпоху.Как сообщил географ из Сиднейского университета Дж. Макдональд Холмс, впоследствии штаты разработали планы, которые теоретически разделили каждый штат «на регионы, имеющие экономическое и социальное единство и общность интересов» [21]. Около 100 из этих «регионов» были предварительно созданы штатами по всей Австралии. Впоследствии в Новом Южном Уэльсе, Виктории и Тасмании были созданы комитеты регионального развития для различных «регионов». Помимо членов, назначенных государством, в эти комитеты входили представители местных органов власти.Некоторая работа по региональному планированию была начата региональными комитетами и Департаментом послевоенного восстановления Содружества. [22]

Идеал правительства Чифли о кооперативном региональном планировании с участием трех уровней правительства был отменен после победы правительства Мензиса на федеральных выборах 1949 года [23]. Примечательно, однако, что после того, как во время Второй мировой войны государства переняли право налогообложения доходов, правительство Содружества стало доминирующим политическим игроком в Федерации.[24] Растущая финансовая заинтересованность Содружества в том, что было традиционными заботами государства в 1960-х и 1970-х годах - такими как образование и дела коренных народов - неизбежно привело к возобновлению вопросов о надлежащих отношениях между Содружеством, государственными и местными органами управления.

Эпоха Уитлама

Во время правления ALP с 1972 по 1975 год премьер-министр Гоф Уитлам стремился использовать доминирующее финансовое положение Содружества для достижения некоторых своих национальных целей через каналы местных органов власти.В годы, предшествовавшие его избранию на пост премьер-министра, Уитлам утверждал, что местным органам власти следует играть более важную роль в австралийской федеральной системе: «Есть несколько аспектов нашей окружающей среды или нашего развития, нашей культуры или нашего благосостояния, которые можно адекватно решить. без участия местного самоуправления »[25]. Он также выразил желание радикальных реформ управления в Австралии:

Границы штатов, установленные в Уайтхолле [Великобритания] в середине прошлого века, и границы местных органов власти, установленные в столицах штатов в начале этого века, имеют мало отношения к сегодняшним потребностям.В идеале на нашем континенте не должно быть так мало правительств штатов и так много единиц местного самоуправления. [26]

В эпоху Уитлама количество грантов Содружества местным органам власти резко увеличилось, как позже вспоминал Уитлам:

Выплаты федерального правительства местным органам власти или для местных органов власти увеличились с 7 500 000 долларов в 1972–73 до 165 372 000 долларов в 1975–76 ... Новые программы местного самоуправления, которые правительство финансировало через штаты, включали центры для пожилых людей... Незаполненная канализация, объекты для отдыха, национальное имение, городской транспорт и туризм. [27]

Большая часть средств, выделенных местным органам власти в эпоху Уитлама, распределялась между местными властями через штаты. Несмотря на отсутствие конституционных полномочий непосредственно вмешиваться в деятельность местных органов власти, это не мешало федеральному правительству ALP выделять «целевые гранты» непосредственно местным органам власти. Ключевым примером прямого «целевого гранта» является Региональная схема развития занятости (программа создания рабочих мест, предназначенная для решения проблемы безработицы на местном уровне).[28]

Правительство Уитлама хотело гарантировать, что отношения Содружества и местных органов власти, которые оно развивает, были конституционно недвусмысленными. Соответственно, он представил избирателям предложение на референдум 1974 года, в котором просили разрешения изменить конституцию, чтобы позволить Содружеству «занимать деньги и предоставлять финансовую помощь местным органам власти» [29].

Предложение о референдуме было отклонено австралийской общественностью. Общее количество голосов «ДА» составило 46,85%, и только в Новом Южном Уэльсе большинство проголосовало «за» (см. Приложение A).[30] Для этого был ряд причин. С практической точки зрения предложение местного правительства было лишь одним из четырех вопросов референдума, поставленных избирателям на всеобщих выборах в мае 1974 года; учитывая тенденцию австралийских избирателей отвергать реформы конституции, местным властям, возможно, было бесполезно отвлекаться на другие вопросы [31]. Отсутствие поддержки со стороны обеих партий также способствовало этому. [32] Оппозиция Либеральной партии страны представила предложение о референдуме как средство принижения роли штатов в пользу усиления централизма Содружества, что в конечном итоге не отвечало интересам местного самоуправления.Лидер оппозиции Билли Снедден заявил:

Как только этот централизм будет достигнут, мы обнаружим, что предоставление денег будет сопровождаться целым рядом условий, которые лишат местное правительство свободы действий, и некий бюрократ в Канберре будет решать, каким образом местное правительство должно вести свои дела. [33]

Министр городского и регионального развития Том Урен возразил аргументам Снеддена, заявив, что все, что правительство Содружества пыталось сделать в своей реформе финансирования местных органов власти, заключалось в создании «кооперативного федерализма», который в идеале будет построен на понятие «3 равных уровня власти»:

Местное самоуправление - порождение Штатов.Мы все это признаем. Но очевидно, что Штаты понизили позицию местного самоуправления [34].

И все же позиция правительства Уитлама в отношении местного самоуправления была неоднозначной. Правительство, похоже, меньше заботило укрепление местных органов власти, чем изучение различных форм «регионализма». Возвращаясь к эпохе Чифли, правительство Уитлама создало 68 условных регионов по всей стране, через которые распределялись субсидии местных органов власти. Каждый регион состоял из нескольких существующих местных органов власти, хотя конституционный юрист Джеффри Савер отметил, что региональная организация была «немногим больше, чем почтовое отделение для пересылки заявок от местных органов власти-членов», и успешные кандидаты получали средства Содружества через штаты.[35] Правительство Уитлама также реализовало конкурирующее видение регионализма: Австралийский план помощи (AAP). AAP предоставила финансирование на региональном уровне для местных программ социального обеспечения, таких как предоставление жилья для женщин и детей в чрезвычайных ситуациях [36]. Энтузиазм Уитлама по поводу регионализма «в целом» начал затмевать его приверженность местным органам власти.

Однако референдум 1974 года, возможно, также потерпел неудачу, потому что неотложной необходимости реформирования федеральной системы просто не было.Уитлэм наблюдал за огромным расширением финансового участия Содружества в органах местного самоуправления без внесения поправок в конституцию. Более того, правительства штатов Виктория и Южная Австралия в 1970-х привлекали к себе беспрецедентное внимание как новаторы политики в областях социальных реформ, что ставило под сомнение необходимость реформирования федеральной системы, чтобы произошли преобразующие изменения [37].

Годы Фрейзера и Хоука: 1975–1991

После поражения правительства Уитлама в декабре 1975 года «региональный» фокус политики Содружества на местном уровне власти вскоре был демонтирован.Новое правительство Либеральной партии вновь подчеркнуло ответственность штатов за местное самоуправление, но годы Уитлама оказали необратимое влияние. Финансирование Содружества оставалось принятой и ожидаемой частью бюджетов местных органов власти, распределяемой через Комиссию по грантам местных органов власти, учрежденную штатами [38]. Годы Уитлама также повысили престиж местного самоуправления, что заставило «третий уровень» правительства надеяться на большую автономию и финансовую безопасность в рамках федеральной системы.

Будущее местного самоуправления оставалось актуальным вопросом при правительствах Фрейзера (1975–83) и Хоука (1983–91) на форумах с участием представителей Содружества, штатов и местных органов власти, в основном на заседаниях Конституционного съезда Австралии (1973–1991). 85) и Консультативного совета по межправительственным отношениям (ACIR) (1976–86). И ACC, и ACIR настаивали на признании местного самоуправления в конституциях каждого штата. Вероятно, под влиянием ACC и ACIR, каждый штат впоследствии предпринял законодательные шаги для признания местного самоуправления в своих конституциях (см. Приложение B).В 1979 году Виктория и Западная Австралия стали первыми штатами, предоставившими конституционное признание местного самоуправления, за ними последовали Южная Австралия (1980), Новый Южный Уэльс (1986), Тасмания (1988) и Квинсленд (1989). Однако конституционное признание местного самоуправления штатами никак не повлияло на расширение автономии и власти третьего уровня власти [39]. Как отмечает главный исполнительный директор местного правительства Стивен Чаппл: «Хотя в конституциях штатов теперь есть положения, поддерживающие« систему »местного самоуправления, эти положения не гарантируют надлежащее финансирование местного самоуправления.’[40]

Референдум 1988 г. о конституционном признании местного самоуправления

Вероятно, надеясь провести историческую реформу в течение двухсотлетия Австралии в 1988 году, правительство Хоука провело референдум, предложив конституционное признание местного самоуправления Содружеством. В случае успеха в Конституцию Австралии был бы добавлен новый раздел (119A). Это признало бы существующую реальность местных органов власти в Австралии как государственных образований, но не предоставило бы им никаких особых полномочий или автономии.Однако формулировка текста подразумевала, что от штатов по закону требуется поддерживать систему местного самоуправления:

[Предлагаемый раздел 119A] Каждый штат должен обеспечить создание и продолжение системы местного самоуправления, при этом органы местного самоуправления избираются в соответствии с законами штата и наделены полномочиями управлять и издавать подзаконные акты для своих соответствующих районы в соответствии с законами государства. [41]

Как и на референдуме 1974 года, двухпартийной поддержки не хватало, и Либерально-национальная коалиция вновь подняла вопрос о приверженности правительства НПА к централизации.По сути, символическое предложение о референдуме было изображено членами коалиции, такими как Гарри Нель (Каупер), как начало захвата власти Содружеством:

Каким бы безобидным ни казался этот вопрос на первый взгляд, было бы абсолютно наивно полагать, что любое распространение власти на Канберру всегда будет использоваться для благих целей, а не для сомнительных идеологических целей [42].

Референдум 1988 г. провалился, и только 33,61% избирателей проголосовали «ЗА» (более подробную информацию см. В Приложении A).Предположительно, как и в 1974 году, избиратели не были убеждены в необходимости изменения Конституции, и этот вопрос оставался спорным из-за отсутствия поддержки со стороны обеих партий [43]. В конце концов, предлагаемое изменение было фактически просто конституционным признанием status quo .

Одной из главных особенностей 1990-х годов было усиление известности Австралийской ассоциации местного самоуправления (ALGA) как влиятельного национального представителя интересов местных органов власти.Инициатива 1992 года правительства Китинга (1991–96) привела к тому, что президент ALGA, премьер-министр штата и премьер-министр стали членами нового форума, Совета правительств Австралии (COAG), который собирается несколько раз в год. COAG дал местным органам власти возможность консультироваться с другими уровнями власти по вопросам общенационального значения, таким как национальная политика в области конкуренции, а также обозначать влияние такой политики на местные органы власти и сообщества [44]

Относительно сдержанная, но весьма символическая поддержка Содружеством местных органов власти продолжалась во время Либерального правительства Говарда (1996–2007).Важной инициативой местного самоуправления в годы Ховарда была программа «Дороги к восстановлению», в рамках которой местным органам власти были выделены средства для модернизации, строительства и содержания местных дорог. Начиная с 2000 года, к маю 2005 года было потрачено около 1,2 миллиарда долларов на гранты «Дороги к восстановлению», а впоследствии было выделено еще 1,23 миллиарда долларов на финансовый период с 2005-06 по 2008-09 годы [45]. Эта программа принесла пользу многим сельским и региональным советам, что, возможно, является отражением старого национального идеала, определенного политологом Джудит Бретт:

В представление о том, что значит быть австралийцем, была заложена идея общего доступа к основным услугам, общего минимального уровня жизни, независимо от того, где вы живете.[46]

Риторика, стоящая за схемой «Дороги к восстановлению», включала в себя слегка «Whitlamesque» озабоченность по поводу стимулирования местного «агентства» и скорейших результатов без участия государства:

Правительство Австралии определило, что программа будет работать в рамках простых административных механизмов, чтобы советы могли направить дополнительные ресурсы, предоставленные на дорожные работы, вместо того, чтобы отвлекать ресурсы на управление программой. Принятие решений на местном уровне позволило советам реализовать свои собственные приоритеты в отношении проектов и технических деталей проделанной работы.[47]

Поскольку Либерально-национальная коалиция и лейбористская оппозиция готовились к выборам 2007 года, обе основные партии были едины в своей общей поддержке местного самоуправления как важной части федеральной системы. В конце 2006 года в парламенте Содружества обе партии поддержали успешно проведенное движение, в котором признавалась важная роль сектора местного самоуправления в обеспечении инфраструктуры, планирования и общественных услуг на местном уровне (см. Приложение C).[48] ​​В 2007 году, по мере приближения выборов, правительство Ховарда и оппозиция Радда продемонстрировали свою репутацию сторонников местного правительства, выразив разочарование в связи с неспособностью правительства Квинсленда проконсультироваться с местным сообществом по поводу решения о значительном сокращении числа местных жителей Квинсленда. советы. [49]

Сообщая избирателям о своей политике местных органов власти, ALP стремилась отличить себя от правительства Ховарда тремя основными способами. Во-первых, лидер оппозиции Кевин Радд подтвердил давнюю приверженность своей партии конституционному признанию местного самоуправления и пообещал, что лейбористское правительство будет работать для достижения этой цели.Во-вторых, лейбористы обязались создать Совет местных органов власти Австралии, который будет действовать в качестве форума для местных органов власти и Содружества для обсуждения национальных вопросов. Наконец, оппозиция ALP стремилась позиционировать себя как партию, которая искренне интересуется вопросами местного самоуправления. Сенатор от лейбористов Кейт Ланди говорила о «равноправном партнерстве» с местными органами власти, а не о нисходящих отношениях с третьим уровнем власти, и изобразила интерес Коалиции к местным органам власти как основанный на электоральной политике, а не на настроениях:

Наша поддержка конституционного признания и создания Совета местных органов власти Австралии демонстрирует силу нашей приверженности местному самоуправлению и идее кооперативного федерализма.Правительство Ховарда, напротив, было уличено в хитрости и оппортунистических попытках использовать трудности, с которыми сталкивается местное правительство [50].

После выборов в Содружество новое правительство Радда выполнило свое обещание и учредило Совет местных органов власти Австралии (CALG), первое заседание которого состоялось 18 ноября 2008 г. Представители 565 местных советов и графств, а также других местных органов власти правительственные группы встретились в Канберре с правительством Содружества, чтобы обсудить вопросы местного самоуправления в CALG.В то время как на встрече обсуждалось конституционное признание, повестка дня правительства Радда неизбежно отличалась от того, что оно представляло в оппозиции. В то время как в заявлениях оппозиции Радда о местных органах власти в основном подчеркивался регионализм, в центре внимания CALG оказались будущие потребности в инфраструктуре крупных городов (которые, конечно, в основном разделены на местные советы). Правительство Радда также связывало поддержку местных властей со своим планом преодоления глобального финансового кризиса (GFC) за счет государственных расходов: «готовые» проекты местных советов впоследствии получали деньги.Была также преемственность с эрой Ховарда с продолжающейся поддержкой программы «Дороги к выздоровлению» [51].

24 июня 2010 года Кевин Радд был заменен на посту премьер-министра Джулией Гиллард. Эта смена не привела к кардинально новому направлению в повестке дня местных властей ALP. Когда на выборах Содружества 21 августа 2010 года парламент был подвешен, Гиллард смог сформировать правительство меньшинства при поддержке трех независимых депутатов и зеленого депутата. Два из вышеупомянутых независимых депутатов, Тони Виндзор (Новая Англия) и Роб Окшотт (Лайн), обеспечили формальные условия для своей поддержки, которые включали массовое вливание средств в пригородные районы и обязательство провести референдум по конституционному признанию местного самоуправления. .[52] Такая политика соответствовала общей точке зрения правительства ALP на вопросы местного самоуправления.

«В Австралии, - утверждает политический обозреватель Кеннет Уилтшир, - уже невозможно возложить все функции правительства на только один уровень правительства. Скорее, федерализм больше похож на «мраморный пирог», где функции правительства вращаются вокруг двух или трех уровней »[53]. Если мы примем аргумент Уилтшира о том, что три уровня взаимозависимы, то как тогда можно реформировать федеральную систему, чтобы улучшить статус и положение местного самоуправления и, надеюсь, улучшить работу Австралийской Федерации в целом?

Сторонники реформы местного самоуправления обозначили несколько вариантов конституционного признания, в том числе:

  • Символическое признание в Преамбуле Конституции или ее основной части
  • практическое признание в основной части Конституции, при этом символическое признание сопровождается мерами, направленными на защиту интересов местного самоуправления или
  • финансовое признание местного самоуправления в тексте Конституции.[54]

Символическое признание реформы местного самоуправления в Конституции Австралии имеет политическое преимущество в виде официального признания важности третьего уровня при сохранении без изменений государственных полномочий и законодательства. С другой стороны, такой символический жест сам по себе не снимает напряженности между местными властями и властями штата. С другой стороны, тщательно составленный раздел конституции может придать моральную и потенциально юридическую силу аргументам сторонников местного самоуправления.Академик Сиднейского технологического университета Грэм Сэнсом предложил включить в конституцию раздел, определяющий права и обязанности местного самоуправления в следующем виде:

В каждом штате должна существовать система местного самоуправления, в соответствии с которой избранным местным органам власти будут предоставлены соответствующие полномочия и доступ к достаточным ресурсам для выполнения своих функций справедливо и эффективно [55].

Другая идея, которую обсуждали местные органы власти, - добавить в Конституцию Австралии раздел, проверяющий право штатов принимать решения о структуре местного самоуправления.Защита от произвольного объединения со стороны правительства штата, вероятно, является причиной этого предположения. [56]

Другие предполагают, что финансовые отношения между местным правительством и правительством Содружества должны быть частью любого конституционного признания. Например, некоторая финансовая уверенность может быть обеспечена за счет гарантированного минимального финансирования Содружеством местных органов власти, установленного «в процентах от национального налогообложения» [57]. Президент Австралийской ассоциации местного самоуправления Джефф Лейк предложил более упрощенное конституционное закрепление права правительств Содружества на непосредственное финансирование местных органов власти, тем самым предотвращая возможность юридических оспариваний таких договоренностей:

Это так же просто, как внести поправки в раздел 96 - раздел, который устанавливает, что Содружество наций может предоставлять финансовую помощь штатам на таких условиях, которые сочтет нужными, - и просто добавить слова «и местное правительство».[58]

Опасность, однако, преследования конституционного признания состоит в том, что повторный референдум по этой теме может оказаться дорогостоящим провалом. [59] Писатели, занимающиеся государственной политикой, такие как Скотт Прассер, утверждали, что, если штаты не удастся убедить согласиться с целью большей автономии местных органов власти, любые разговоры о конституционном признании бесполезны:

Реальную власть над местным самоуправлением имеют государства. Настоящая реформа местного самоуправления должна произойти в первую очередь в штатах.[60]

Степень, в которой достижение конституционного признания на самом деле приведет к более сплоченным отношениям между Содружеством и местным государственным сектором, также заслуживает рассмотрения политиками. В обращении Гилларда 2010 Light on the Hill к ALP подчеркивается участие Содружества в региональной Австралии как часть приверженности всеобщему социальному равенству: «качественные услуги, лучшая жизнь и справедливость для всех наших людей и каждого региона.[61] Но для третьего уровня правительства и людей, которым они служат, социальное равенство - не единственный желаемый результат политики. Стремление к конституционному признанию местного самоуправления - ключевая цель ALP - было отмечено голодом на низовом уровне по сохранению местной идентичности и автономии.

Потенциальный соблазн как для Содружества, так и для местных органов власти состоит в том, чтобы рассматривать эти отношения главным образом как средство достижения целей национальной инфраструктуры и регионального развития.Более детальный подход к региональной политике, признающий важность гражданского участия в местных сообществах, а также различных ценностей и приоритетов каждого совета, может привести к более целевым и значимым результатам для местного самоуправления и федеральной системы в целом.

Поддержание диалога между тремя уровнями власти, несомненно, является ключом к подъему положения и авторитета местного самоуправления и обеспечению того, чтобы он дополнял работу властей штата и Содружества.Как утверждает Кеннет Уилтшир, для любой «продолжающейся реформы управления» необходимо «обеспечить, чтобы главной целью было сохранение чувства государственности и согласование основных принципов, прежде чем вовлекаться в дебаты о картах, границах, функциях. , налоги и роли »[62]

1974

Вопрос 4

Предлагаемый закон, озаглавленный «Закон об изменении Конституции, позволяющий Содружеству занимать деньги и предоставлять финансовую помощь органам местного самоуправления».

Вы одобряете предложенный закон?

Изменение Конституции (органы местного самоуправления) 1974 год стремился наделить парламент Содружества правом занимать деньги и предоставлять финансовую помощь напрямую любому органу местного самоуправления.

Результат

Государственный

Кол-во в рулонах

Бюллетени выданы

Для

Против

Неофициальный

%

%

Новый Южный Уэльс

2 834 558

2 702 903

1 350 274 ​​

50.79

1 308 039

49,21

44 590

Виктория

2 161 474

2 070 893

961 664

47.38

1 068 120

52,62

41 109

Квинсленд

1 154 762

1 098 401

473 465

43.68

610 537

56,32

14 399

Южная Австралия

750 308

722 434

298 489

42.52

403 479

57,48

20 466

Западная Австралия

612 016

577 989

229 337

40.67

334 529

59,33

14 123

Тасмания

246 596

237 891

93 495

40.03

140 073

59,97

4 323

Всего по Содружеству

7 759 714

7 410 511

3 406 724

46.85

3 864 777

53,15

139 010

Получено большинство в одном государстве и общее меньшинство в 458 053 ​​голоса.

Не осуществляется

Источник: Парламентская библиотека, Парламентский справочник Содружества Австралии , 31 st edition, 2008, p.403

1988

Вопрос 3

Предлагаемый закон: изменить Конституцию для признания местного самоуправления.

Вы одобряете это предлагаемое изменение?

Конституция признает правительство на уровне Содружества и штата, но не упоминает о местном самоуправлении. Изменение Конституции (местное самоуправление) 1988 год стремился признать такое конституционное признание местного самоуправления.

Результат

Государственный

Кол-во в рулонах

Бюллетени выданы

Для

Против

Неофициальный

%

%

Новый Южный Уэльс

3 564 856

3 297 246

1 033 364

31.70

2 226 529

68,30

37 353

Виктория

2 697 096

2 491 183

882 020

36.06

1 563 957

63,94

45 206

Квинсленд

1 693 247

1 542 293

586 942

38.31

945 333

61,69

10 018

Южная Австралия

937 974

873 511

256 421

29.85

602 499

70,15

14 591

Западная Австралия

926 636

845 209

247 830

29.76

584 863

70,24

12 516

Тасмания

302 324

282 785

76 707

27.50

202 214

72,50

3 864

Австралийская столичная территория

166 131

149 128

58 755

39.78

88 945

60,22

1 428

Северная территория

74 695

56 370

21 449

38.80

33 826

61.20

1 095

Всего по Содружеству

10 362 959

9 537 725

3 163 488

33.61

6 248 166

66,39

126 071

Ни в одном государстве не получено большинства, а общее меньшинство - 3 084 678 голосов.

Не осуществляется
Источник: Парламентская библиотека, Парламентский справочник Австралийского Союза , 31 st edition, 2008 г., стр.408

Федеральный парламент официально признал местное правительство в 2006 году. 6 сентября 2006 года тогдашний министр местного самоуправления, территорий и дорог Достопочтенный Дж. Ллойд внес предложение в федеральный парламент:

Тот дом:

(1) признает, что местное самоуправление является частью системы управления Австралии, обслуживая общины через местные советы;

(2) ценит богатое разнообразие советов по всей Австралии, отражающее разнообразие сообществ, которым они служат;

(3) признает роль местного самоуправления в управлении, защите интересов, предоставлении инфраструктуры, предоставлении услуг, планировании, развитии сообществ и регулировании;

(4) признает важность сотрудничества и консультаций с местными органами власти по приоритетам их местных сообществ;

(5) признает значительное финансирование правительства Австралии, которое предоставляется местным органам власти для траты на определенные на местном уровне приоритеты, такие как дороги и другие услуги местного правительства; и

(6) выражает признательность выборным должностным лицам местных органов власти, которые уделяют свое время служению своим сообществам.

Предложение было принято при поддержке обеих партий. Поправка, внесенная лейбористской оппозицией и предлагавшая признание конституции, потерпела поражение по партийной линии.

Источник: Палата представителей, Debates , 6 сентября 2006 г., просмотрено 30 ноября 2010 г. http: //parlinfo/parlInfo/genpdf/chamber/hansardr/2006-09-06/0117/hansard_frag.pdf; fileType = application% 2Fpdf


Из соображений авторского права некоторые связанные элементы доступны только членам парламента.


понятие и виды. формы правления и правительства

Общество во все времена представляло собой сложную структуру, состоящую из совершенно разных типов людей. Изначально такого понятия, как общество, вообще не существовало. Потому что люди не были объединены в одну систему. На сегодняшний день все кардинально изменилось. Общество - это не только основа деятельности на планете, но и главная составляющая любого государства. Последний элемент заслуживает особого внимания.Как и общество в целом, страны появились не сразу. Их созданию предшествовала племенная община. Постепенный рост такого общественного образования вызвал необходимость его расширения, что, собственно, и произошло. Современные мировые государства - это действительно интересные структуры. В конце концов, они функционируют как единый, многогранный и разумный в своем роде механизм или даже как организм. Кроме того, страны неоднородны. Есть много разновидностей. Большое значение в этом случае имеет форма правления.Эта категория характеризует несколько «фокусов управления» каждой страной в отдельности. При этом форм очень много. Это позволяет разделить все состояние по этому критерию, что облегчает процесс их непосредственного изучения.

Понятие государства

Безусловно, форма правления, понятие и виды которой будут представлены далее в статье, во многом характеризует страну с разных сторон. Однако необходимо понимать, что такое последняя категория.Государство с учетом современных достижений ученых в этой области является полностью независимым субъектом, наделенным суверенитетом, а также имеет в своей структуре принудительный механизм. Кроме того, у любой страны есть свои территориальные рамки.

Основные черты государства

Учитывая представление о стране как суверенном механизме, можно выделить его основные черты. На их основе государство можно отличить от других общественно-политических структур. Существует большое количество научных подходов к рассмотрению этой проблемы.Но можно выделить ряд классических черт, характеризующих все без исключения государства. К ним относятся:

1) территория и имущество;

2) государственный аппарат;

3) население;

4) суверенитет.

В этом случае возникает вопрос: как форма государственного устройства, понятие и виды которой будут рассмотрены ниже, соотносится с изложенными принципами? В этом случае все достаточно просто. Знаки - это те показатели, которые указывают на существование государства.Поэтому перед непосредственным изучением формы страны необходимо понять, является ли общественно-политическая структура таковой вообще.

Формы правления и правления

Любую страну можно охарактеризовать с трех позиций, а именно:

- формы правления;

- правящий режим;

- формы правления.

Первые две категории показывают политическую, то есть эффективность регулирующего аппарата, демократизм его деятельности и т. Д.В свою очередь, форма правления - это территориальная организация страны и взаимосвязь между элементами всей структуры. Среди остальных позиций анализа государства территориальное устройство является наиболее устойчивым. Об этом свидетельствует наличие всего двух основных элементов этой категории.

Следует отметить, что многие ученые говорят о существовании тесной взаимосвязи между формой правления и государственным устройством. По их мнению, последняя категория определяет политическое устройство в той или иной стране.Но, как мы понимаем, утверждение о влиянии территории на любые процессы внутри государства очень спорно.

Типы форм правления

Мы уже указывали, что существуют две основные формы территориального устройства страны. Добыча этих видов происходит на основании существования или отсутствия суверенитета отдельных субъектов всей системы. В зависимости от этого различают следующие формы правления:

- простая форма, включающая унитарные государства;

- сложная форма, то есть федеральная.

Следует отметить, что институт госустройства рассматривает только представленные формы. Межгосударственные ассоциации в данном случае к нему не относятся, хотя многие содружества, доминионы и другие подобные структуры во многом схожи с территориальными типами организаций. Кроме того, указанные выше формы представляют собой сложные самостоятельные явления. Для них характерно наличие определенных черт, видов и ряда других особенностей.

Унитарные страны - понятие

Формы национально-государственной системыунитарного типа - простые, единые страны, территориальные элементы которых не обладают какой-либо самостоятельностью.На сегодняшний день таких образований в мире много. Суть в том, что ими легко управлять и они стабильны. Координацию внутренней жизнедеятельности унитарных государств осуществляет единый центр. Большинство стран сегодня имеют такую ​​территориальную форму.

Основные признаки унитарных государств

Существует большое количество признаков, с помощью которых можно различать формы национально-государственного строя указанного типа.

1. Власть в стране сосредоточена в руках единого центра.То есть территориальные единицы не обладают самостоятельностью ни в каких вопросах. В этом атрибуте также ярко проявляется иерархия всех ветвей власти.

2. Законодательная система также одноуровневая. Как правило, все исходит из конституции, которая является основой всех правовых отношений общества унитарного государства.

3. Унитарные страны имеют единое гражданство.

4. Территориальное деление носит именной характер. Это сделано только для облегчения государственного управления.

5. Денежная система, как и гражданство, тоже едина.

Как видим, унитарная форма государственных устройств, концепции и типы которых представлены в статье, представляет собой удобную систему, которая легко настраивается. Принцип единства в данном случае - главное преимущество.

Типы объединенных держав

Унитарная форма государственного устройства не одинакова на всей планете. В зависимости от жесткости властной иерархии и наличия автономий можно выделить разные типы стран одного типа.Например, в зависимости от наличия автономий ученые делят все унитарные состояния на сложные и простые. Для последних характерно то, что в них нет автономных образований. В этом случае есть государства, в которых нет административно-территориального деления. Сложная унитарная форма государственного устройства предполагает наличие автономий, которые, в свою очередь, делятся на два типа.

1. Территориальный . Такая автономия, как правило, складывается исторически.Они являются частью территории государства, имеющего определенную свободу «действий». То есть наравне с органами государственной власти автономия может издавать собственные нормативные акты.

2. Экстерриториальные автономии Это «образование без земли». Он, как правило, состоит из этнической совокупности определенной части населения страны, которая вправе самостоятельно определять свою идентичность, решая важные социальные вопросы.

Существует также разделение унитарных государств на централизованные и децентрализованные.В первом случае - строгое подчинение всех без исключения властей. Но для децентрализованных стран характерна значительная роль местного самоуправления в вопросах населения определенного региона или другой территориальной единицы.

Федеративная форма: концепция

Мы уже отмечали, что существуют сложные типы территориального устройства страны. Итак, сегодня федерация. Эта форма административного государственного устройства представляет собой структуру, состоящую из относительно независимых частей.То есть отдельные субъекты в стране обладают юридическим и фактическим суверенитетом. Конечно, независимость таких структур касается не всех вопросов, но большую часть своей деятельности они регулируют самостоятельно. На сегодняшний день федерации - это не что иное, как унитарные державы. Например, форма государственного устройства России - чисто федеральная.

Признаки территориального распределения

Форма государственного устройства России - федерации. Однако такое территориальное распределение характерно не только для нашей страны.На сегодняшний день федерациями являются Индия, США, Канада и др. Этот факт позволяет выделить основные особенности данного территориального устройства.

1. Субъект государственной власти разделен между всей страной и отдельными ее частями.

2. Государственные органы имеют двухуровневую структуру. Это в интересах всей страны и отдельных ее составляющих, субъектов.

3. Законодательство также существует на двух уровнях. Потому что территориальные единицы - это эндо

Формирование и развитие «электронного правительства».Мировой опыт

В некоторых развитых странах одним из основных элементов формирования современного общества и открытого управления является «электронное правительство». «Электронное правительство» позволяет людям быстро получать ответы на важные социальные вопросы, не взаимодействуя напрямую с государственными чиновниками, снимает всевозможные административные барьеры при получении государственных услуг, а также облегчает доступ к официальной информации.

«Электронное правительство» - это изменение внутренних и внешних связей государственных органов на основе возможностей информационно-коммуникационных технологий (далее ИКТ) с целью автоматизации и оптимизации государственных услуг, повышения вовлеченности общества в вопросы государственного управления и совершенствования внутренних бизнес-процессов.

К основным целям формирования «электронного правительства» относятся:

  • Предоставление государственных услуг с использованием ИКТ;
  • Увеличение степени участия граждан в процессе управления
  • Повышение внутренней эффективности государственной деятельности.

Впервые идея создания «электронного правительства» в Казахстане была озвучена Президентом Н. Назарбаевым в государственной программе «Казахстан-2030» в 1997 году.Внедрение «электронного правительства» в Казахстане направлено на повышение качества и сокращение сроков оказания государственными органами услуг гражданам и организациям, обеспечение доступа к различным общедоступным базам данных, возможность отслеживания деятельности государственных органов, создание эффективных и оптимальный состав государственного аппарата.

Сегодня многие задачи на начальном этапе формирования «электронного правительства» в Казахстане, которые были обозначены государством в соответствующем законодательстве, государственных программах в области развития ИКТ страны, успешно реализованы.

Принятая Государственная программа формирования «электронного правительства» в Республике Казахстан на 2005–2007 годы реализована в соответствии с Указом Президента Республики Казахстан от 10 ноября 2004 года № 1471, Программой развития «электронного правительства». »Республики Казахстан на 2008-2010 годы утверждена Постановлением Правительства РК от 30 ноября 2007 года № 1155-1, а Государственная программа« Информационный Казахстан-2020 »утверждена Указом Президента РК. Республики Казахстан от 8 января 2013 года № 414, все они способствовали постепенному формированию и развитию «электронного правительства» и внедрению государственных услуг в электронной форме.Также в настоящее время разрабатывается проект Государственной программы «Цифровой Казахстан-2020», которая, в свою очередь, станет ключевым стратегическим инструментом для совершенствования ИКТ в Казахстане.

Кроме того, Законами Республики Казахстан «Об электронном документе и электронной цифровой подписи» от 7 января 2003 года, «Об общении» от 5 июля 2004 года, «Об информатизации» от 24 ноября 2015 года определены основные задачи и правовая основа для развития «электронного правительства», а также развития архитектуры «электронного правительства» в целом.

Говоря о мировом опыте формирования «электронного правительства», впервые идея создания «электронного правительства» и электронной демократии была предложена учеными Соединенных Штатов Америки (далее США) и Великобритании, подразумевая использование новых ИКТ для защиты и продвижения основополагающих демократических ценностей, и прежде всего для участия граждан в принятии решений властями и государственным управлением.

Следует выделить три основные модели формирования «электронного правительства» в опыте различных регионов и стран мира: Америки, Европы и Азии.Американская модель показывает специфическое формирование «электронного правительства» в США; европейская модель включает развитие «электронного правительства» в большинстве стран Западной, Центральной и Восточной Европы; Азиатская модель более успешно используется в Сингапуре и Южной Корее.

Основная цель американской модели «электронного правительства» - упрощение, доступность и низкие затраты во взаимодействии граждан и юридических лиц с органами государственной власти.

В свою очередь европейская модель подходит для таких наднациональных институтов, как Европейский парламент, Европейская комиссия и Европейский суд, рекомендации которых необходимы для развития и регулирования деятельности «электронного правительства» для всех стран Европейского Союза.

Самобытный стиль управления азиатской модели, основанный на азиатском типе корпоративной культуры и многоуровневой системе управления, организованной по принципу иерархической пирамиды.Таким образом, правительство Южной Кореи при формировании «электронного правительства» делает акцент на удовлетворении потребностей потребителей и внедрении ИКТ в первую очередь в секторах культуры и образования / 1 /.

В глобальном рейтинге ООН (далее ООН) в 2016 году 1 место по развитию «электронного правительства» заняла Великобритания, 2 место - Австралия, 3 место - Южная Корея (лидер предыдущих лет). США на 12-м месте в мировом рейтинге, Россия на 35-м месте, Китай на 63-м месте, Узбекистан и Кыргызстан на 80-м и 97-м местах соответственно.Казахстан находится на 33 строчке впереди всех стран СНГ.

Кроме того, согласно отчету ООН, среди азиатских стран по развитию «электронного правительства» Казахстан стал 7-м местом в 2016 году.

Выше Южная Корея, Сингапур, Япония, Израиль, Бахрейн и Объединенные Арабские Эмираты. / 2/
Опыт ведущих стран в развитии «электронного правительства» представлен следующим образом.

Соединенное Королевство.Наиболее активный период британского правительства в области автоматизации длился 2000-е годы.
В 2000-е годы была начата новая концептуальная работа. Премьер-министр Тони Блэр добился увеличения бюджетных расходов на создание необходимой инфраструктуры «электронного правительства», принятие вспомогательного регулирования и ускорил процесс развития ИКТ в стране. Для координации всей работы создана специальная комиссия при Кабинете Министров. Комиссия при Кабинете министров сначала одобрила законы, регулирующие внедрение электронной коммерции и использование цифровых подписей.

Также в Великобритании принята программа внедрения «электронного правительства», основанная на положениях «Белой книги по модернизации правительства», «Электронные граждане, электронный бизнес и электронное правительство. Стратегическая концепция государственных услуг в век информации» ". Основной целью программы был анализ и конкретизация перехода к «электронному правительству». Программа решила следующие проблемы:

- Структура и состав государственных услуг, предоставляемых гражданам и неправительственным организациям;
- Расширение спектра предоставляемых услуг;
- Обеспечить полный охват населения государственными услугами;
- Улучшить использование информации;
- Определить конкретные меры по внедрению всех необходимых изменений.

Кроме того, в 2011 году британское правительство одобрило новую стратегию в области ИКТ, которая призвана снизить затраты и повысить эффективность систем ИКТ в стране.

Стратегия позволила решить ряд проблем в сфере ИКТ с помощью таких мер, как:

- Централизация контроля над ИКТ;
- Устранение лишних ресурсов;
- Создание равных возможностей для программного обеспечения с открытым исходным кодом;
- Обязательное использование открытых стандартов;
- Создание национального реестра ИКТ-систем;
- Создание национального «магазина приложений»;
- Сохранение должностей ключевых менеджеров на весь период реализации крупных проектов, содействие регулярной отчетности министров и высших должностных лиц о реализации проектов и программ в области ИКТ.

Также с целью создания «электронного правительства» в Великобритании была разработана программа «Цифровая Британия».

Эксперты разработали программу, согласно которой необходим переход «от власти в Интернете» к «власти из Интернета». В 2011 году британское правительство вместо разработки сайта, объединяющего множество государственных сайтов в единую систему, решило пересмотреть существующие государственные услуги в электронной форме, чтобы они отвечали интересам граждан.

Для мотивации населения к переходу на более удобный способ был создан единый портал GOV.UK, на данный момент его посещают 24 ведомства и более 330 госструктур, также на портале публикуются различные материалы по 47 темам. : Культура, окружающая среда и многое другое. Портал GOV.UK - это единая точка доступа к государственным услугам, оказываемым в электронном виде с использованием ИКТ. В отличие от существовавшего ранее онлайн-доступа в Великобритании, GOV.Портал Великобритании разработан не по крупным жизненным событиям, а по большим группам услуг (например, здравоохранение, образование, занятость и т. Д.) И целевым группам населения (родители, инвалиды, молодежь и т. Д.). / 3 /

Основным принципом «электронного правительства» Великобритании является доступность информации и разнообразие транзакционных услуг для всех граждан: тех, кто может получать онлайн-услуги сегодня, и в то же время тех, у кого такой возможности нет. 17% населения Британии - люди, которые по разным причинам не пользуются Интернетом.В основном это пожилые люди, представители низших слоев общества, инвалиды и представители групп риска.

Кроме того, отличительной особенностью GOV.UK является то, что портал основан на продуктах с открытым кодом, использует HTML5 и размещен на облачном хостинге. Такой подход, по мнению британских лидеров, представляет собой прогрессивный подход к созданию онлайн-платформы в 21 веке. Кроме того, исходный код GOV.UK размещен на сайте GitHub, где его может скачать любой, а также любая компания может разместить свои услуги в одном дата-центре с gov.Великобритания.

Корея. В 1995 году вступил в силу рамочный закон, разработанный правительством Южной Кореи «О содействии информатизации», одобренный Национальным собранием Кореи, который стал основой для политики информатизации и электронного управления. На основании этого закона был создан «Комитет информатизации» с функцией национального интегратора и регулятора, а также «Фонд содействия информатизации» с функцией привлечения государственных и частных инвестиций для финансирования этих программ, которые выступают в качестве основных ответственный орган за информатизацию и «электронное правительство».

Кроме того, этот закон также заложил основу для реализации инициатив «электронного правительства», таких как должность директора по информационным технологиям (CIO) системы.

В 1997 г. была инициирована система оценки информационных проектов, правительство провело аудит собственной Стратегии информатизации и перешло ко второму этапу внедрения в управление передовых ИКТ, в 1999 г. разработал план внедрения комплексной «электронной» стратегии. правительство".

Также в 2001 году Корея приняла и утвердила первый закон об «электронном правительстве», «Переход правительства к применению цифровых технологий государственного управления».

Кроме того, в мае 2003 года была утверждена «Дорожная карта» «Видение и направление развития« электронного правительства », которая позже стала известна как« Дорожная карта для «электронного правительства» ». Он был основан на видении реализации концепции «лучшего открытого мира» электронного правительства.

Дорожная карта разделена на четыре раздела, 10 повесток дня, 31 задачу и подробные планы по реализации 45 подзадач, а также описывает конкретные показатели эффективности для реализации видения.Это связано с тем, что у Карты была цель построить «лучший открытый мир» электронного правительства »следующим образом:

1) увеличить процент онлайн-сервиса для ЖКХ до 85%;
2) войти в топ-10 мировых рейтингов конкурентоспособности и государственной поддержки бизнеса;
3) уменьшить количество физических визитов граждан в государственные органы для получения государственных услуг до 3 посещений в год;
4) повысить эффективность программ «электронного правительства» до 60%.

Кроме того, Республика Корея имеет следующие этапы развития «электронного правительства»:

1) Правительство 1.0 ориентировано на себя (внутренняя автоматизация обработки данных), взаимодействие с гражданами осуществляется в одностороннем и автономном порядке;
В середине 80-х годов прошлого века правительство приняло стратегическое решение о внедрении ИКТ в сфере государственного управления. В период с 1987 по 2000 год они осуществили переход рабочего процесса на цифровые технологии и сформировали инфраструктуру «электронного правительства».На данном этапе автоматизирована деятельность крупных агентств (таможня, налоговая администрация, Патентное ведомство). В инфраструктуре «электронного правительства», портала «Электронные закупки» запущена услуга информирования граждан с помощью смартфонов;
2) Правительство 2.0 ориентировано на граждан, сотрудничество с которыми осуществляется онлайн и в интерактивном режиме.
В период с 2001 по 2007 год спектр государственных услуг, предоставляемых в электронном виде, расширился за счет полного перехода всех процессов на цифровые технологии.По окончании фазы увеличился спектр государственных услуг, предоставляемых в электронном виде для граждан и бизнеса, повысилась эффективность и прозрачность управления за счет административной реформы, обеспечена интеграция «электронного правительства» с другими информационными системами;
3) Правительство 3.0 нацелено на конкретного человека, обеспечивает открытый доступ к данным, необходимым для взаимодействия с государством и оказания качественных государственных услуг в электронном виде / 4 /.

Госуслуги в электронном виде доступны через мобильные устройства.В период с 2008 по 2012 годы интеграция «электронного правительства» осуществлялась с другими информационными системами для обеспечения бесперебойного оказания государственных услуг гражданам.

Также с 2013 года Республика Корея реализует стратегию «умного правительства» - электронного правительства 4.0. / 4 /

Новая стратегия ориентирована на переход к максимальному использованию мобильных устройств, которые в настоящее время доступны для всех жителей Республики Корея.Мобильные телефоны используются для предоставления государственных услуг в электронной форме, информации, предупреждений и оплаты проезда. Кроме того, правительство поставило цель увеличить сбор и обработку больших данных и использовать их не только для нужд государственного управления, но и для обеспечения ими населения.

Подразделения Независимых информационных систем «электронного правительства» Республики Корея объединены в единый центр GIDC, который осуществляет профессиональное управление всеми данными.GIDC Center имеет восемь уровней защиты, оснащен системой анализа для предотвращения взлома, системой обнаружения вторжений, системой защиты в чрезвычайных ситуациях.

Еще одним интересным элементом «электронного правительства» Республики Корея является система управления рабочим процессом On-Nara (по-корейски «вся страна»). Система On-Nara установлена ​​на всех официальных компьютерах и обеспечивает единую систему документооборота подготовки, согласования и отправки документов.Через систему On-Nara принимаются электронные обращения граждан и готовится ответ на них. Система учитывает действия пользователя и хранит все версии документов. С On-Nara также интегрирована специализированная система «электронного правительства». В этой системе работает более 362 тысяч сотрудников из 154 управлений центральных и региональных органов власти. / 5 /

Также в настоящее время в Республике Корея ведется активная работа с открытыми и большими данными.Например, проект городского наземного транспорта.

Таким образом, в связи с тем, что «электронное правительство» направлено на предоставление гражданам и бизнесу быстрого и качественного доступа к госуслугам, повышение эффективности работы государственных органов за счет использования современных технологий, необходимо развивать ИКТ как фактор обеспечения надлежащего управления и предоставления населению качественных государственных услуг.

Как показывает международный опыт, существуют различные модели разработки и внедрения «электронного правительства».На сегодняшний день не существует единого шаблона, отвечающего всем условиям и решениям формирования «электронного правительства». Это связано с тем, что каждая страна имеет свои особенности, приоритеты и разный уровень ресурсов, необходимых для реализации этой задачи.

В настоящее время можно сказать, что «электронное правительство» в Казахстане активно внедряется и страна является одним из азиатских лидеров в этой сфере. Наша страна демонстрирует значительный прогресс в развитии «электронного правительства» и его внедрении в повседневную жизнь страны и общества.

Для дальнейшего обеспечения эффективного функционирования «электронного правительства» в нашей стране необходимо прежде всего обратить внимание на следующие вопросы:

-улучшить необходимые бизнес-процессы;
-разработать правовую базу;
-повысить уровень подготовки;
-устранение цифрового дисбаланса в стране.

Благодаря решению вышеуказанных проблем и эффективной реализации государственной политики по развитию ИКТ в стране открываются большие возможности для построения собственной эффективной модели «электронного правительства» и достижения высоких результатов в мировом рейтинге развития «электронного правительства».

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *