Гк рф изменение договора: The page cannot be found

Содержание

Изменение и расторжение договоров, заключенных в рамках закупок по 223-ФЗ

Кирилл Чагин
Консультант по социальной политике Института экономики города (Москва)

дата: 17.10.2018


Содержание:
  1. Нормы гражданского законодательства
  2. Нормы положений о закупке
  3. Изменение договора
  4. Расторжение договора

В отличие от федерального законодательства о контрактной системе (контракт 44-ФЗ), федеральное законодательство о корпоративных закупках (223-ФЗ) никак не регулирует вопросы, связанные с изменением и расторжением заключенных договоров. В 223-ФЗ речь идет о том, что заключенные договоры могут изменяться или расторгаться. Например, установлено, что если в договор были внесены изменения, то заказчики должны внести в реестр договоров соответствующую информацию и документы1, а в реестр недобросовестных поставщиков должны включаются сведения о поставщиках (исполнителях, подрядчиках), с которыми договоры по решению суда расторгнуты в связи с существенным нарушением ими договоров

2.

Вместе с тем, в 223-ФЗ указывается, что заказчики в своей закупочной деятельности должны в числе прочего руководствоваться нормами гражданского законодательства, а порядок исполнения договоров должен устанавливаться заказчиками в своих положениях о закупке3.

Нормы гражданского законодательства

Гражданский кодекс РФ содержит подраздел 2 «Общие положения о договоре», в котором приводятся многочисленные нормы общего характера, в том числе касающиеся изменения и расторжения договора. Кратко их рассмотрим.

1) Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке4. Иными словами, в договоре можно предусмотреть изменение цены в ходе исполнения договора. Что касается изменения цены договора на условиях, предусмотренных законом, то здесь, в частности, идет речь о договоре аренды, где изменение размера арендной платы возможно не чаще, чем один раз в год

5, или о договоре финансовой аренды (лизинга), где размер лизингового платежа может изменяться не чаще, чем раз в 3 месяца6.

2) Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено договором7. Если по какой-то причине одна из сторон договора пожелает изменить его или расторгнуть, а другая сторона будет с этим согласна, то в отличие от договоров, заключаемых по 44-ФЗ, сделать это будет очень просто – сторонам достаточно заключить соответствующее соглашение8. А с другой стороны, если в этом есть какая-то необходимость, заказчик может внести в договор условие о невозможности его изменения или расторжения по соглашению сторон.

3) Если на изменении или расторжении договора настаивает только одна из сторон по договору, а другая с этим не согласна, то в этом случае договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных законами или сами договором; при этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора

9. Требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии — в 30-дневный срок10. На практике степень значительности ущерба определяется судами в каждом конкретном случае. Отметим, что на основании приведенной нормы заказчик может определить в договоре какие-то отдельные случаи, когда такое изменение или расторжение договора может произойти по решению суда. Кроме того, расторжение договора возможно судом (или по соглашению сторон) в случае так называемого существенного изменения обстоятельств – настолько существенного, что если бы стороны могли это разумно предвидеть, то договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях
11
.

4) Односторонний отказ от исполнения заключенного договора возможен, но только в установленных законами случаях12. Наиболее актуальными могут быть случаи одностороннего отказа от исполнения договора поставки13 и договора возмездного оказания услуг14. Например, заказчик может отказаться от исполнения договора поставки, если поставщик поставил товар ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для заказчика срок; а также если поставщик неоднократно (то есть более 1 раза) нарушил сроки поставки товаров. А поставщик в свою очередь имеет такое же право, если заказчик неоднократно нарушило срок оплаты товаров или допустило неоднократную невыборку товаров. Что касается договора возмездного оказания услуг, то здесь заказчик вправе отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, а исполнитель – лишь при условии полного возмещения учреждению убытков. Также такие случаи установлены рядом отраслевых федеральных законов – например, если заказчик нарушил сроки оплаты услуг связи и не устранил это нарушение в течение 6 месяцев после получения от оператора связи уведомления о намерении приостановить оказание услуг, оператор имеет право в одностороннем порядке расторгнуть договор о предоставлении услуг связи

15.
Кроме того, отметим, что основанием для одностороннего расторжения договора и требования о возмещении убытков со стороны заказчика может быть и отсутствие у исполнителя договора лицензии на осуществление соответствующей деятельности или членства в саморегулируемой организации, необходимых для исполнения обязательства по договору16.

5) Если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора17.

6) По соглашению сторон обязанность возместить убытки или уплатить неустойку в случае нарушения договора может быть обеспечена внесением одной из сторон в пользу другой стороны определенной денежной суммы (обеспечительный платеж), при этом обеспечительным платежом может быть обеспечено обязательство, которое возникнет в будущем

18. Применительно к договорам по 223-ФЗ здесь речь идет об обеспечении исполнения договора, которое заказчик вправе требовать от поставщика (подрядчика, исполнителя) перед заключением договора.

Нормы положений о закупке

В целом, содержание положений о закупке различных заказчиков, которое касается вопросов изменения и расторжения договоров, характеризуется большим разнообразием19.

В положениях о закупке, которые размещены заказчиками в ЕИС, можно встретить отдельные разделы, посвященные теме изменения и расторжения договоров — например, может присутствовать раздел «Изменение и расторжение договора». Но таких отдельных разделов может и не быть – правила исполнения договоров приводятся разрознено в отдельных разделах о применении тех или иных способов закупки. А бывает и так, что соответствующая информация содержится, так сказать, общим списком в одном разделе положения о закупке, который называется, например, «Заключение, исполнение, изменение и расторжение договора».

Представляется, что более логичной является конструкция, когда правила заключения договора приводятся в положении о закупке в разрезе применения тех или иных способов закупки, а вот правила исполнения и расторжения договора обозначены в положении о закупке в одном отдельном разделе.

Информация об изменении и расторжении договоров в положениях о закупке различных заказчиков может очень сильно отличаться друг от друга как по содержанию, так и по объему. Вообще отметим, что разнообразие здесь чрезвычайно большое. Ниже рассмотрим те нормы, которые могут встречаться на практике.

Изменение договора

Первое, на что необходимо обратить внимание – это то, что допускается изменять в уже заключенном договоре на этапе его исполнения. Напомним для сравнения, что федеральное законодательство о контрактной системе в этом отношении весьма строгое – оно устанавливает закрытый перечень случаев, когда изменение существенных условий контракта возможно по соглашению сторон

20. Что касается правил изменения договоров, устанавливаемых в положениях о закупке конкретных заказчиков, то эти правила могут быть разные.

Например, в положении одного заказчика мы видим, что, хотя здесь содержится норма о том, что в ходе исполнения договора не допускается изменение его существенных условий по сравнению с указанными в протоколе, составленном по результатам проведения закупки, но номенклатура исключений из этого правила настолько широка, что фактически изменять можно очень много условий. Так, в частности, допускается изменять объем продукции, срок исполнения обязательств, цену договора. При изменении объема продукции заказчик по согласованию с исполнителем договора вправе изменить объем закупаемой продукции без изменения цены за единицу продукции — при увеличении/уменьшении объема закупаемой продукции цена договора изменяется соответственно изменяемому объему продукции. При изменении срока исполнения обязательств заказчик по согласованию с исполнителем договора вправе изменить сроки исполнения обязательств по договору, в случае если необходимость изменения сроков вызвана обстоятельствами непреодолимой силы или просрочкой выполнения заказчиком своих обязательств по договору – обратим внимание, что здесь заказчик предусмотрел возможность изменения сроков только в случае своего нарушения срока выполнения обязательств. При изменении цены договора (за исключением случая изменения объема продукции – см. выше) заказчик по согласованию с исполнителем договора вправе уменьшить цену без изменения иных условий договора (обратим внимание, что только уменьшить, а не увеличить), а также изменить цену договора в любую сторону в случае изменения в соответствии с законодательством РФ регулируемых государством или муниципалитетами цен (тарифов).

Также в положении о закупке данного заказчика говорится, что по согласованию заказчика с исполнителем договора допускается поставка (использование) товара, качество, технические и функциональные характеристики (потребительские свойства) которого являются улучшенными по сравнению с таким качеством и такими характеристиками товара, указанными в договоре. Это, конечно, несколько «скользкий» момент, ведь может быть сложно оценить, в какой степени характеристики нового товара действительно являются улучшенными или «под этим соусом» будет «подсовываться» просто более дешевый товар худшего качества – каких-либо процедурных уточнений о принятии такого решения в положении о закупке нет. Наконец, при исполнении договора допускается перемена поставщика (исполнителя, подрядчика) в случае если новый поставщик (исполнитель, подрядчик) является правопреемником поставщика (исполнителя, подрядчика) по такому договору вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения.

В положениях о закупке можно встретить и другие основания для изменения договора в ходе его исполнения. Например, в качестве такого основания для изменения цены договора может быть указан случай инфляционного роста цен в соответствии с показателями прогнозного индекса дефлятора, публикуемого Министерством экономического развития РФ.

Иногда в отношении случая увеличения объема закупаемых товаров, работ услуг заказчики устанавливают в своих положениях о закупке определенные ограничения. Например, один заказчик установил правило, согласно которому он может увеличить данный объем, но не более, чем на 30 % от объема заключенного договора.

Также укажем, что в положениях о закупке, как это ни странно, может вообще не содержаться никаких правил внесения изменений в заключенный договор и его расторжения.

Расторжение договора

В положениях о закупке могут быть достаточно подробно прописаны условия расторжения договора.

Например, в положении о закупке одного заказчика говорится о том, что договор может быть расторгнут как по соглашению сторон, так и заказчиком в одностороннем порядке. Условием первого случая является существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора – фактически это означает, что, если обе стороны готовы расторгнуть договор, сделать это им очень просто. Условие второго случая заключается в возникновении обстоятельств, предусмотренных гражданским законодательством – например, если по договору поставки поставщик поставил товар ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для учреждения срок; а также если поставщик неоднократно (то есть более 1 раза) нарушил сроки поставки товаров (см. выше). Но также для этого возможность одностороннего расторжения договора заказчиком должна быть установлена и в самом договоре. Обратим внимание, что данная норма об одностороннем расторжении договора у этого заказчика полностью соответствует соответствующей норме федерального законодательства о контрактной системе21. В случае расторжения договора в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением поставщиком (исполнителем, подрядчиком) своих обязательств по такому договору заказчик вправе заключить договор с участником закупки, с которым договор мог бы быть заключен при уклонении победителя от заключения договора, с согласия такого участника закупки. Договор заключается с данным участником закупки на условиях, указанных в поданной таким участником заявке на участие в закупке и в закупочной документации, с учетом особенностей, предусмотренных положением о закупке. Если до расторжения договора поставщиком (исполнителем, подрядчиком) частично исполнены обязательства по такому договору, при заключении нового договора количество поставляемого товара, объем выполняемых работ, оказываемых услуг должны быть уменьшены с учетом количества поставленного товара, объема выполненных работ, оказанных услуг по договору, ранее заключенному с победителем процедуры закупки. При этом цена договора должна быть уменьшена пропорционально количеству поставленного товара, объему выполненных работ, оказанных услуг.

Правила расторжения договора могут быть установлены в положении о закупке и еще более детально. Например, в положении о закупке одного заказчика существует отдельный раздел «Расторжение договора», где указывается следующее.

Договор, может быть расторгнут заказчиком в одностороннем внесудебном порядке, если это было предусмотрено документацией об осуществлении закупок и договором, в том числе в следующих случаях:

  1. по договору поставки товаров:
    • поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в установленный заказчиком разумный срок или невыполнения обязательства по замене товара в установленный срок;
    • поставки некомплектных товаров в случае, если поставщик, получивший уведомление заказчика, в установленный заказчиком разумный срок не выполнил требования заказчика о доукомплектовании товаров или не заменил их комплектными товарами;
    • поставки товара, не заявленного заказчиком или не содержащегося в перечне договорных товаров;
    • неоднократного (2 и более) или существенного (более 30 дней) нарушения сроков поставки товаров, указанных в договоре;
  2. по договору на выполнение работ (оказание услуг):
    • если подрядчик не приступает в установленный договором срок к исполнению договора или выполняет работу таким образом, что окончание ее к сроку, предусмотренному договором, становится явно невозможным;
    • если во время выполнения работы нарушены условия исполнения договора, и в назначенный заказчиком для устранения нарушений разумный срок подрядчиком такие нарушения не устранены либо являются существенными и неустранимыми;
    • неоднократного (2 и более) или существенного нарушения сроков выполнения работ, указанных в договоре;
    • претензии к качеству работ;
    • превышение суммы договора;
    • если исполнитель не приступает в установленный договором срок к исполнению договора или оказывает услугу таким образом, что окончание ее к сроку, предусмотренному договором, становится явно невозможным, либо в ходе оказания услуги стало очевидно, что она не будет оказана надлежащим образом в срок, установленный договором;
    • если во время оказания услуги нарушены условия исполнения договора, и в назначенный заказчиком для устранения нарушений разумный срок исполнителем такие нарушения не устранены либо являются существенными и неустранимыми;
    • неоднократного (два и более) или существенного (более 30 дней) нарушения сроков оказания услуг, указанных в договоре.

Кроме того, данный заказчик в своем положении о закупке установил, что он вправе расторгнуть договор в одностороннем внесудебном порядке в случае, если в ходе исполнения договора установлено, что поставщик (подрядчик, исполнитель) не соответствует установленным в документации об осуществлении закупок требованиям к участникам процедур закупок либо представил недостоверные сведения о требованиях к участникам процедур закупок, которые позволили ему стать победителем соответствующей процедуры закупки. Для сравнения отметим, что в аналогичном случае в федеральном законодательстве о контрактной системе такое действие заказчика является не его правом, а его обязанностью22.

Таким образом, заказчики по 223-ФЗ, устанавливая «правила игры» в отношении изменения и расторжения договора в своих положениях о закупке, имеют достаточно большое «поле для маневра». Фактически они должны лишь следовать небольшому числу императивных норм, содержащихся в гражданском законодательстве (см. выше), а в остальном могут устанавливать эти правила в зависимости от собственного удобства и интересов. При этом заказчикам все-таки рекомендуется прописывать эти правила как можно более подробнее – ведь, осуществляя закупки по 223-ФЗ, заказчики в числе прочего должны руководствоваться положениями о закупке23.

1 Ч. 2 ст. 4.1 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»

2 Ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»

3 Ч. 1 и 2 ст. 2 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»

4 Ч. 2 ст. 424 ГК РФ

5 Ч. 3 ст. 614 ГК РФ

6 Ч. 2 ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)»

7 Ч. 1 ст. 450 ГК РФ

8 Ч. 1 ст. 452 ГК РФ

9 Ч. 2 ст. 450 ГК РФ

10 Ч. 2 ст. 452 ГК РФ

11 Ст. 451 ГК РФ

12 Ч. 1 ст. 310 ГК РФ

13 Ст. 523 ГК РФ

14 Ст. 782 ГК РФ

15 Ч. 3 ст. 44 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи»

16 Ч. 3 ст. 450.1 ГК РФ

17 Ч. 5 ст. 453 ГК РФ

18 Ст. 381.1 ГК РФ

19 спользуются сведения из положений о закупке различных заказчиков, размещенные в ЕИС (www.zakupki.gov.ru)

20 См. ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

21 Ч. 9 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

22 Ч. 15 ст. 95 Федерального закона от 05. 04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

23 Ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»

Пандемия как повод изменить кредитный договор

Пандемия коронавируса повлияла на правоприменительную практику по ст. 451 ГК РФ, которая позволяет изменять или расторгать договоры ввиду существенного изменения обстоятельств. Согласно закону, обстоятельства признаются существенными, если стороны никак не могли их предугадать на момент заключения договора и если бы могли, то заключили бы договор на других условиях или не заключили вообще.

За 10 лет с 2010 по 2020 г. в Москве и Московской области было рассмотрено 238 судебных дел, где исследовался вопрос, что считать существенным изменением. Относительно небольшое количество дел для региона свидетельствует, что суды с осторожностью подходят к применению нормы ГК об исключительных случаях, позволяющих изменить или расторгнуть договор.

Самой распространенной категорий дел были споры, проистекающие из договоров подряда и аренды, тогда как практика по кредитным договорам в разы меньше. Иски по таким делам чаще всего были результатом резкого изменения курса рубля в тех случаях, когда договоры были номинированы в валюте. Отказывая в удовлетворении требований, суды говорили, что такие предпринимательские риски, как экономический кризис, изменение валютного курса, если условиями договора прямо не предусмотрено иное, не могут быть признаны исключительными.

В ряде споров суды вставали на сторону истцов. Удовлетворяя исковые требования, суды признавали существенными изменение градостроительного законодательства, изменение классификации имущества, изменение целевой программы, т. е. издание нормативных правовых и ненормативных правовых актов.

Принципиально доковидная практика использования ст. 451 ГК РФ отличается изучением обстоятельств локального характера. Судам не приходилось сталкиваться с исключительными обстоятельствами чрезвычайного характера, возникшими на всей территории страны и напрямую исключающими возможность осуществления основного вида деятельности для нескольких отраслей экономики. Резкое изменение курса рубля в период 2014–2015 гг. носило общероссийский характер, но его последствия для разных секторов экономики были разными.

Если сравнивать процессы 2014–2015 гг., возникшие из споров о расторжении договоров с кредитной ставкой или ценой договора, выраженной в валюте, и споры 2020–2021 гг. о расторжении аналогичных договоров в силу эпидемиологических ограничений, то надо отметить, что суды не признавали резкий рост курса исключительным обстоятельством. Такая позиция базировалась на том, что понятие волатильности курса известно экономической науке и вероятность резкой коррекции прогнозируема.

В ситуации с коронавирусом суды стали признавать пандемию и, в частности, ограничения, введенные из-за нее, исключительным обстоятельством.

Показательным стал спор «Траста» и объединенной киносети «Синема парка» и «Формулы кино». В исках заемщик настаивал на изменении условий кредитных договоров на основании ст. 451 ГК РФ из-за пандемии. Предпосылкой для обращения в суд с заявленными требованиями стал отказ «Траста» изменить условия договора, заключенного еще в 2017 г. , по соглашению сторон. По словам представителя киносети, «Траст» в том числе отказался от плана реструктуризации, предложенного при участии правительства в лице Минфина, потребовав немедленного погашения всей суммы долга по всем кредитам. При этом постановлением правительства сфера деятельности киносети была внесена в перечень наиболее пострадавших от пандемии коронавируса отраслей.

Главным доводом истца было существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, а именно начавшаяся в марте 2020 г. пандемия коронавируса и введенные ограничения.

В марте 2020 г. была приостановлена работа большинства заведений, предполагающих очное присутствие граждан, в том числе кинотеатров, почти во всех регионах страны.

Таким образом, временная невозможность погашения текущих обязательств киносети стала следствием прямого запрета деятельности со стороны госорганов с целью предотвращения распространения заболевания.

При этом киносеть заявляет, что продолжала нести расходы по выплате заработной платы и иных платежей работникам, а также налогов. Суд счел, что требование изменить договор в сложившейся ситуации носит разумный характер, а запрет деятельности является исключительным условием по ст. 451 ГК РФ.

Уже сегодня можно предположить, что судьи, рассматривая похожие дела, будут учитывать правовую позицию, изложенную в решениях Арбитражного суда г. Москвы по данному спору. Несмотря на то что российская судебная система не строится на правиле прецедента, суды в той или иной степени руководствуются общей сложившейся правоприменительной практикой.

При этом очевидно, что не каждый спор об изменении условий договора в связи с введенными в 2020 г. ограничительными мерами будет автоматически решаться в пользу заявителя. Суды в каждом конкретном случае должны будут вникать не только во все аспекты заключения и исполнения договоров, но и в суть экономической деятельности как истца, так и ответчика.

Судебный подход к применению концепции «слабой стороны»

12 мая 2016 г. кассационная инстанция поддержала решения двух нижестоящих судов по делу №А46-6695/2015, удовлетворившие исковые требования арендатора о расторжении договора аренды коммерческих площадей, признав его «слабой стороной» договора.

Примененный судами подход безусловно является новаторским, так как ранее суды отказывали в подобных исковых требованиях на том основании, что договоры аренды заключаются между сторонами, осуществляющими предпринимательскую деятельность на свой риск, и являются равноправными участниками гражданского оборота.

Отметим, что законные инструменты для досрочного расторжения договоров аренды или изменения их условий крайне ограничены. Например, в периоды кризисов 1998 и 2008 годов одним из самых востребованных оснований являлось существенное изменение обстоятельств (статья 451 ГК РФ). Речь идет о таком изменении обстоятельств, при наличии которого (если бы стороны могли это своевременно предвидеть), договор вообще не был бы заключен, или был бы заключен на значительно отличающихся условиях. Однако попытки арендаторов не увенчались успехом. Согласно позиции судов неблагоприятная экономическая ситуация, снижение спроса на реализуемые товары, изменение валютных курсов или ухудшение экономического положения сторон не являются существенными изменениями обстоятельств, поскольку возможность возникновения таких последствий по роду своей деятельности арендатор мог и должен был предвидеть при заключении договора аренды.

Принятие Пленумом ВАС РФ Постановления от 14 марта 2014 г. №16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – «Постановление ВАС») привело к новым обращениям арендаторов в суд с требованиями о расторжении или изменении договоров аренды.

Так, согласно пункту 9 Постановления ВАС в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию контрагента. В тоже время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах, и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом. Согласно пункту 2 статьи 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие, явно обременительные для присоединившейся стороны, условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора. На практике концепция договора присоединения не применялась к коммерческим договорам аренды, заключенным между юридическими лицами.

Таким образом, условием применения пункта 2 статьи 428 ГК РФ (в части изменения условий договора аренды или его расторжения) является одновременное установление двух фактов: наличие несправедливых условий и признание одной из сторон договора слабой стороной.

При этом, согласно разъяснениям пункта 10 Постановления ВАС, суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключать аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. Вместе с тем, оценивая, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, следует иметь в виду, что сторона вправе в обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (если это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.

Например, при рассмотрении дела №А12-1193/2014 суд установил в действиях арендодателя по исключению из условий договора возможности его досрочного расторжения по требованию арендатора (при оставлении такого права за собой) нарушение баланса интересов сторон, что поставило арендатора в невыгодные и кабальные условия, и признал данные действия злоупотреблением правом согласно статье 10 ГК РФ. Суд признал арендатора слабой стороной договора на том основании, что типовые условия договора аренды и дополнительного соглашения к нему были предложены арендодателем, при этом суд не уточнил, что помешало арендатору согласовать иные условия дополнительного соглашения или вовсе не подписывать его.

Однако описанный выше подход не стал трендовым. Решения других судов по делам о расторжении договоров аренды по указанным выше основаниям базируются на ином понимании разъяснений пунктов 9 и 10 Постановления ВАС применительно к коммерческим договорам аренды. Суды указывают, что концепция договора присоединения не может быть применена к арендным правоотношениям сторон, так как договоры аренды заключаются в условиях свободной конкуренции, арендатор вправе сам выбирать как контрагента по сделке, так и условия, на которых договор будет заключен. Суды также подчеркивали, что арендатор не может быть признан слабой стороной договора в связи с тем, что он является профессиональным участником рынка, признаки вынужденного заключения договора аренды отсутствуют, а при подписании договора он не мог не просчитать риски и предвидеть негативные последствия.

Вступившие в силу с 1 июня 2015 г. изменения в пункт 3 статьи 428 ГК РФ закрепили за любыми участниками гражданского оборота право в судебном порядке расторгать или изменять договор, формально не являющийся договором присоединения, условия которого определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий такого договора.

Как было указано ранее, в постановлении суда кассационной инстанции по делу №А46-6695/2015 суд признал арендатора «слабой стороной» договора и расторгнул договор аренды на основании новой редакции пункта 3 статьи 428 ГК РФ.

В частности, при рассмотрении дела суд установил, что при подписании договора аренды арендатор был вынужден согласиться с предложенной арендодателем редакцей, включающей правила для арендаторов помещений в торговом комплексе. Кроме того, суд указал на три спорных условия, которые ставили арендатора в невыгодное положение: запрет на размещение рекламных макетов без разрешения администрации торгового центра; обязанность письменно уведомлять арендодателя о расторжении договора за 3 месяца; обязанность арендатора своими силами и за свой счет осуществлять техническое обслуживание и ремонт всех систем оборудования помещения, находящихся в зоне его ответственности. В своих решениях суд указал, что арендатор при подписании договора аренды был не согласен с указанными выше условиями. Арендодатель отказался заключать договор на иных условиях, а уровень профессионализма арендатора в сфере предпринимательской деятельности был существенно ниже, чем у арендодателя, сославшись на дату их регистрации в качестве индивидуального предпринимателя и юридического лица, соответственно.

Оценив все обстоятельства дела, суд пришел к выводу, что условия договора аренды были определены арендодателем, а наличие явного неравенства переговорных возможностей сторон существенно затруднили арендатору согласование иного содержания отдельных условий спорного договора.

Отметим, что на сегодняшний день указанное решение является единственным в своем роде и указанный подход вряд ли сможет сформировать некий тренд и иметь массовый характер. Дальнейшее формирование судебной практики расставит все точки над “i”, однако нельзя исключать потенциальную возможность использования арендаторами описанного выше подхода в аналогичных спорах с арендодателями. Так или иначе у арендаторов появился привлекательный инструмент для решения арендных споров.

В заключение отметим, что в отсутствие единообразной судебной практики использования пункта 3 статьи 428 ГК РФ в качестве основания расторжения или изменения договоров аренды наиболее предпочтительным вариантом для арендодателя и арендатора является поиск компромиссных решений как при заключении договоров аренды, так и при их исполнении.

Аксаков заявил о рисках для банков из-за пересмотров кредитных договоров ввиду пандемии — Экономика и бизнес

МОСКВА, 22 ноября. /ТАСС/. Глава комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков заявил о существенных рисках для банковской системы в случае, если суды начнут массово пересматривать кредитные договора в сторону заемщиков на основании пандемии. Об этом говорится в сообщении пресс-службы парламентария.

Ранее Арбитражный суд встал на сторону заемщика в деле между банком непрофильных активов «Траст» и сетью кинотеатров «Синема парк». Тогда суд на основании статьи 451 Гражданского кодекса РФ («Изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств») вынес решение по заявлению должника о пересмотре условий уже заключенных кредитных договоров.

«Риски видны, и они понятны. Честно говоря, я не слышал, чтобы суд принимал решение об изменении условий договора самостоятельно. Мы знаем, что были решения ЦБ о снижении резервов, о других регуляторных послаблениях для банков, чтобы они проводили самостоятельно реструктуризацию, и банки очень активно это делают — это просто миллионы случаев реструктуризации для бизнеса разного размера. Благодаря этому мы неплохо прошли пандемический период. Но при этом, понятно, банки несли потери. И здесь всегда нужен баланс — для того, чтобы не навредить. Но все послабления и все решения — они носили временный характер — и реструктуризация носит временный характер, а когда принимаются решения об удлинении сроков, административно — это вызывает вопросы», — сказал Аксаков, выступая на круглом столе, посвященном исследованию фонда «Центр стратегических разработок» (ЦСР).

Депутат также призвал Ассоциацию банков России проанализировать ситуацию и на собственной площадке организовать дискуссию с привлечением всех заинтересованных сторон. «Главный напрашивающийся риск — это то, что банки, если этот прецедент будет массовым, будут закладывать это в процентную ставку по кредитам и, естественно, учитывать во всей своей экономической деятельности. Выиграет ли от этого общество? Сомневаюсь. Поэтому важно сейчас включиться в работу всем для того, чтобы такие прецеденты были выверены», — подчеркнул Аксаков.

Статья 451 ГК РФ 2016-2019. Изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств . ЮрИнспекция

Наличие представителя, действующего по доверенности, не лишает доверителя права совершать какие-либо действия лично, т. е. договор может быть подписан самим доверителем. Что касается расторжения договора, то это возможно со соглашению его сторон либо только в судебном порядке и, в последнем случае, только при наличии законных оснований. Например, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:1) при существенном нарушении договора другой стороной;2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.Статья 451 ГК РФ предусмотрела «Изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств «:1. Существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.2. Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий:1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет;2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота;3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора;4) из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона. 3. При расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора.4. Изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.Кроме того, существуют ситуации, когда договор может быть признан незаключенным или ничтожным (например в силу нарушения закона при его заключении) . Вариантов очень много. Чтобы более подробно ответить на Ваш вопрос, надо знать, о каком конкретно договоре идет речь. Вместе с тем, если Вы полагаете, что можно расторгнуть договор из-за того, что чделал что-то не так представитель, действующий по доверенности, то Вы не правы — если представитель, заключив договор, причинит Вам вред, то договор может быть расторгнут только в том случае, если он действовал по сговору с другой стороной договора. В противном случае Вы с представителя можете взыскать причиненный Вам вред.

2. Изменение и расторжение договора

2. Изменение и расторжение договора

ГК, впервые включивший в качестве самостоятельного подраздела «Общие положения о договоре», выделил в последнем специальную главу, посвященную его изменению и расторжению (гл. 29). В главе прежде всего четко разграничены изменение и расторжение договоров, происшедшие как по соглашению сторон, так и по требованию одной из них. Для обоих этих оснований установлены прямо противоположные презумпции. Имеется в виду, что возможность изменения и расторжения договора по соглашению сторон презюмируется диспозитивной нормой (п. 1 ст. 450 ГК), при этом «иное» может быть установлено самим Кодексом, другими законами либо договором. В отличие от этого одностороннее изменение допускается только в случаях, прямо предусмотренных Кодексом, другими законами или договором (п. 2 ст. 450 ГК).

К соглашению, о котором идет речь, предъявляются определенные требования. Так, оно должно быть совершено непременно в той же форме, что и первоначальный договор. Имеются в виду случаи, когда основной договор заключается в письменной, простой или нотариальной форме. Поскольку соглашение представляет собой обычную или многостороннюю сделку, к нему предъявляются общие требования, предусмотренные в гл. 9 ГК («Сделки»). Подразумеваются требования к его содержанию, к воле и волеизъявлению сторон и др.

Наделение сторон столь широкой возможностью определять судьбу договора составляет одно из прямых выражений договорной свободы: те, кто обладают правом по собственной воле заключать договор, должны быть в принципе столь же свободны в вопросах о его расторжении или изменении отдельных договорных условий.

Особенность одностороннего изменения или расторжения договора состоит в отсутствии согласия контрагента. Имеется в виду, что если бы этот последний не возражал против изменения или расторжения договора, предложенного стороной, речь пошла бы об ином основании: соглашении между контрагентами.

ГК и иные правовые акты широко используют наряду с «изменением» и «расторжением» еще один термин – «отказ (односторонний отказ) от исполнения». В соответствии с действующим Кодексом (п. 3 ст. 450) в случае, если это допускается законом или соглашением сторон, односторонний отказ от исполнения договора полностью или частично приводит к тому, что договор считается соответственно измененным или расторгнутым. Так, в силу п. 2 ст. 610 ГК в договоре аренды, заключенном на неопределенный срок, каждая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, предупредив об этом контрагента в установленный Кодексом срок.

Изменение договора в смысле, который ему придается в гл. 29 ГК, имеет строго определенные границы. В подобных случаях меняются конкретные условия договора, но не его модель. В соответствующие рамки укладывается, в частности, замена в договоре поставки предмета, например вместо угля сланец, или способа исполнения – вместо отгрузки железнодорожным транспортом так называемый «самовывоз» и т. п. Иное дело, когда в договоре купли-продажи, другом возмездном договоре образовывается задолженность стороны по договору и он превращается в заемное обязательство: в силу ст. 818 ГК такая замена долга заемным обязательством принимает форму новации, представляющей собой особый вид прекращения договора, а не его изменения.

Следует отметить, что при всем различии в основаниях и форме изменения и расторжения договора и то и другое в равной мере признаются совершенными с момента заключения соответствующего соглашения при условии, что «иное» не вытекает из этого соглашения или из характера изменения договора. Если же основанием для трансформации служит судебное решение, договор считается измененным или расторгнутым с момента вынесения указанного решения (п. 3 ст. 453 ГК).

Принцип нерасторжимости договора в форме недопустимости одностороннего отказа от исполнения выражен в ст. 310 ГК, которая рассчитана на все обязательства как таковые независимо от того, возникли ли они из договора или иного, недоговорного основания. Указанная статья вначале закрепляет общее положение, которое ранее содержалось в ст. 169 ГК 64: односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускаются, кроме случаев, предусмотренных в законе. Об указанных случаях идет речь в нормах, которые входят в состав различных институтов гражданского права. Так, в самом ГК выделено прежде всего расторжение договора, связанное с прекращением юридических лиц. Имеется в виду предоставление кредитором реорганизованного юридического лица в порядке, предусмотренном ст. 60 ГК, права требовать прекращения или досрочного исполнения обязательств. Аналогичные права, смысл которых состоит в переносе срока исполнения, возникают у кредиторов при уменьшении уставного капитала (фонда) в обществе с ограниченной ответственностью (п. 5 ст. 90 ГК), акционерном обществе (п. 1 ст. 101 ГК) или унитарном предприятии (п. 6 ст. 114 ГК), при продаже или сдаче в аренду предприятия, в состав которого входят их обязательства (п. 2 ст. 562 и п. 2 ст. 567 ГК).

Общая норма относительно недопустимости, как правило, одностороннего отказа от исполнения или изменения договора смягчается в той же ст. 310 ГК применительно к отношениям, «связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности». Судя по редакции соответствующей нормы, в ней подразумевается ситуация, при которой в роли контрагентов выступают предприниматели, а сам договор связан с их предпринимательской деятельностью. «Мягкость», о которой идет речь, выражена в том, что допустимо включение в такой договор условия о возможности одностороннего расторжения и такого же одностороннего изменения. Правда, указанная норма, содержащаяся в той же ст. 310 ГК, исключает наличие соответствующих условий в договоре, если это противоречит прямому указанию закона или существу обязательства. Примером закона, устанавливающего абсолютную неизменность договоров, может служить п. 4 ст. 817 ГК. Имея в виду договор государственного займа, в котором заемщиком выступает Российская Федерация или субъект Федерации, Кодекс устанавливает, что изменение условий выпущенного в обращение займа не допускается (это же правило распространяется на займы, выпускаемые муниципальными образованиями). Что же касается ссылки на существо обязательства, то она имеет значение, в частности, при субконтрагентских отношениях. Например, не может быть признано действительным условие договора аренды, которое допускает неограниченное право арендодателя на одностороннее изменение договора, в том числе и в случаях, когда это задевает интересы субарендатора.

В ГК и других законах выделены и специальные случаи расторжения договора. Например, при выявлении нецелевого использования ссуды, полученной на строительство или приобретение жилья, у банка возникает право досрочно взыскать выделенный жилищный кредит[621]. Государственному заказчику предоставляется право (при наличии соответствующего решения Правительства РФ) отказаться полностью или частично от продукции, произведенной по государственному контракту, при условии полного возмещения понесенных убытков контрагенту – поставщику в соответствии с действующим законодательством[622].

Порядок и последствия изменения и расторжения договора определяются ст. 452 и 453 ГК. В силу первой из них сторона обращается к контрагенту с соответствующим предложением. При согласии этого последнего договор признается прекратившим свое действие или действующим в измененном виде. И только тогда, когда на предложение расторгнуть или изменить договор не последует ответа в срок, указанный в предложении, установленный в законе или в договоре, а при отсутствии в них такого срока – в тридцатидневный срок, либо получен ответ, но отрицательный, сторона, от которой исходило предложение, вправе обратиться с заявлением о расторжении или изменении договора в суд. Таким образом, пропуск соответствующего срока приобретает сходство с последствиями аналогичных ситуаций в случаях обязательного заключения договора[623].

Дела соответствующей категории включены в компетенцию арбитражного суда п. 2 ст. 22 Арбитражного процессуального кодекса (АПК) РФ. Имеется в виду, что к экономическим спорам, разрешаемым арбитражным судом, в частности, отнесены споры «об изменении условий или о расторжении договоров». Материальные основания удовлетворения соответствующих исков указаны прежде всего в ст. 450 ГК. Наряду с отсылкой к случаям возможного расторжения и изменения договора, предусмотренным в Кодексе, в другом законе или договоре, специально выделен один в самой ст. 450 ГК: «существенное нарушение договора другой стороной». При этом установлен объективный признак «существенного нарушения». Имеется в виду нарушение, «которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной части лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора». В этой связи важно подчеркнуть, что решающее значение для применения указанной статьи имеет не размер ущерба как таковой, а его соотношение с тем, чего могла ожидать от исполнения сторона. По этой причине вполне возможно удовлетворение требования о расторжении договора при нарушении, незначительном по размеру ущерба, и равно отказ в удовлетворении такого же требования, несмотря на то что ущерб оказался весьма значительным. Решение суда зависит лишь от того, является ли действительно существенной разница между тем, на что вправе была рассчитывать сторона, заключая договор, и тем, что в действительности она смогла получить.

Примером признания судом существенным нарушения договора может служить дело по иску ЖСК – заказчика к АООТ – подрядчику о расторжении заключенного сторонами договора. Основанием иска послужило превышение сметной стоимости жилого дома и несоблюдение срока исполнения обязательства. Ответчик ссылался на трудности с поставкой строительных материалов и удорожание строительства как следствие инфляции. Суд признал, что в данном случае есть все основания для применения ст. 450 ГК и расторжения по этой причине договора. В постановлении арбитражного суда отмечалось, что продление срока работ и пересмотр сметы более чем на 10 процентов требуют согласия подрядчика, чего в данном случае не было (имелся в виду п. 1 ст. 744 ГК).

Соответствующая норма (ст. 450 ГК) близка к той, которая содержится в Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров (ст. 25). Эта последняя признает существенным и тем самым достаточным для постановки вопроса о расторжении договора нарушение, которое лишает сторону в значительной степени «…того, на что она была вправе рассчитывать на основании договора, за исключением случаев, когда нарушившая договор сторона не предвидела такого результата и разумное лицо, действующее в том же качестве при аналогичных обстоятельствах, не предвидело бы его». Одно из принципиальных отличий Венской конвенции от Кодекса состоит в том, что она увязывает возможность расторжения договора с решением вопроса об упречности поведения контрагента. Имеется в виду, что отмеченное обстоятельство будет учитываться при определении последствий расторжения договора.

Принципы международных коммерческих договоров, сохраняя подход, общий с Венской конвенцией (в определенной части – также с ГК), вместе с тем содержат указание на необходимость принимать во внимание в рассматриваемых случаях также и то, имеет ли принципиальный характер, с точки зрения договора, строгое соблюдение неисполненного обязательства: является ли неисполнение умышленным или совершено по грубой небрежности, дает ли неисполнение потерпевшей стороне основание верить, что она не может полагаться на будущее исполнение другой стороной, понесет ли неисполнившая сторона потери в ходе подготовки или осуществления исполнения, если договор будет прекращен. Все эти ограничения с позиции ст. 450 ГК не имеют такого значения, хотя сам по себе подход указанных международных актов кажется весьма обоснованным.

Необходимость осторожного подхода к вопросу о расторжении договора в условиях рыночного хозяйства, как нам кажется, удачно выражена и в следующем положении комментаторов Принципов: «С одной стороны, исполнение может оказаться настолько просроченным или ненадлежащим, что потерпевшая сторона не сможет использовать для целей, для которых оно предназначалось, либо поведение неисполнившей стороны может быть в других отношениях таковым, что потерпевшей стороне должно быть разрешено прекратить договор. С другой стороны, прекращенная часть вызывает серьезные проблемы для неисполнившей стороны, расходы которой по приготовлению и предоставлению исполнения могут оказаться невозмещенными»[624].

Приведенные положения могут иметь определенное значение для формирования судебной практики применения ст. 450 ГК, предполагая взвешенный подход к расторжению договора.

Требование стороны об изменении или расторжении договора, как уже отмечалось, представляет по своей природе преобразовательный иск. Выносимое в подобных случаях решение является юридическим фактом, который влечет за собой прекращение договора или его изменение. Таким образом, речь идет об одном из способов защиты гражданских прав, прямо предусмотренных в ст. 12 ГК.

В решении суда должен быть дан ответ на все поставленные в исковом заявлении вопросы. В частности, при рассмотрении спора относительно изменения договора в соответствии со ст. 130 АПК РФ в резолютивной части должно содержаться решение по каждому спорному условию договора.

Независимо от того, идет ли речь о расторжении договора или о его изменении, соответствующие последствия наступают лишь на будущее время. По этой причине, если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон, все полученное каждой из них по договору остается у нее. Соответственно ни один из контрагентов не может требовать возвращения того, что было исполнено по обязательству до момента, когда состоялось расторжение или изменение договора (п. 4 ст. 453 ГК). Указанная норма позволяет сделать вывод, что за сторонами сохраняются и такие права, которые возникли у них до указанного в п. 3 ст. 453 ГК момента. Это означает, что после вынесения решения об изменении или расторжении договора покупатель, получивший проданную вещь, возвращать ее продавцу не обязан. За последним сохраняется право требовать от покупателя оплаты соответствующей вещи. Вместе с тем применение п. 4 ст. 453 ГК, на наш взгляд, не исключает действия общих норм, посвященных обязательствам вследствие неосновательного обогащения. В специальной отсылке к этим нормам в ст. 453 ГК нет необходимости, поскольку правила гл. 60 «Обязательства вследствие неосновательного обогащения» носят, на что уже обращалось внимание, общий (генеральный) характер.

Особо предусмотрено (п. 5 ст. 453 ГК), что, если договор был изменен или расторгнут вследствие существенного нарушения его одной из сторон, контрагент вправе требовать возмещения убытков, которые были причинены изменением или расторжением договора. Однако, наряду с этими убытками, сторона сохраняет за собой право требовать возмещения ей убытков, причиненных нарушением договора как таковым. Примером могут служить случаи, когда существенное нарушение договора выразилось в поставке продукции ненадлежащего качества или некомплектной. Речь идет, таким образом, о двух видах убытков, возникновение которых связано с нарушением двух не всегда совпадающих интересов: к сохранению договора, во-первых, и к надлежащему исполнению обязательств контрагентом, во-вторых[625].

Все то, о чем шла речь, не относится к случаям, когда налицо установленное в законе или договоре основание для одностороннего изменения или расторжения договора. При этом не упомянута необходимость обращения в суд. В такого рода ситуациях за стороной признается определенное право, которым она может самостоятельно распорядиться. Для этого сторона не нуждается в решении суда, если иное не предусмотрено в законе или договоре.

Отмеченное различие порождает ряд последствий. Так, не исключена ситуация, при которой с соответствующим иском может выступить вторая сторона. По своей природе такой иск относится к категории уже иных требований – о признании. В данном случае предметом иска будет служить установление факта отсутствия у стороны права на расторжение либо изменение договора. Другой вопрос связан с определением момента, с которого следует считать договор прекращенным либо измененным. При рассматриваемой ситуации им служит уже не момент вынесения решения, а момент, когда сторона довела до сведения контрагента о своем желании расторгнуть или изменить договор.

Наиболее широко предусмотрены в ГК случаи изменения и расторжения договоров (в том числе путем отказа от исполнения) в статьях, посвященных их отдельным типам (видам). Такие случаи, помимо отмеченных уже ранее, могут быть определенным образом сгруппированы.

Из самой специфики договора в ряде случаев вытекает возможность для обеих сторон или одной из них расторгнуть договор, но с принятием на себя определенных обязательств. Так, при продаже по образцам покупатель вправе до получения товара отказаться от исполнения договора розничной купли-продажи при условии, если он возместит продавцу понесенные в связи с совершением действий по исполнению договора необходимые расходы (п. 3 ст. 497 ГК)[626]. Любая из сторон в договоре транспортной экспедиции может отказаться от исполнения, возместив вызванные расторжением договора убытки контрагенту (ст. 806 ГК). Сходная норма действует в отношении сторон в договоре возмездного оказания услуг (ст. 782 ГК). Заказчик, уплатив подрядчику долю цены пропорционально выполненной части работ, вправе расторгнуть договор подряда до сдачи работы с одновременным возмещением причиненных убытков в пределах разницы между ценами за всю работу и за выполненную часть (ст. 717 ГК).

Возможность отказа от исполнения иногда обусловлена особым характером условия о сроке. Имеется в виду договор, не имеющий твердо установленного срока действия. Так, право на отказ в указанной ситуации принадлежит, например, обоим контрагентам агентского договора (ст. 1010 ГК).

В диспозитивных нормах, посвященных отдельным типам (видам) договоров, иногда закрепляется презумпция в пользу признания (как правило, за пассивной стороной – той, которая обращается за товарами, за работами, за услугами) допустимым в любое время отказаться от договора без каких бы то ни было негативных последствий для себя. Подтверждением этому могут служить права заемщика, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или кредитным договором, до установленного срока исполнения отказаться от предоставления кредита, своевременно уведомив другую сторону (п. 2 ст. 821 ГК).

Возможность одностороннего отказа может допускаться и императивной нормой. Таким правом обладает страхователь (выгодоприобретатель) – в договоре страхования (п. 2 ст. 958 ГК), комитент – в договоре комиссии (п. 1 ст. 1003 ГК), поклажедатель – в договоре хранения (ст. 904 ГК), получатель постоянной ренты – в случаях, предусмотренных в ст. 593 ГК. Соответственно законодатель признает в ряде случаев условия, лишающие сторону права свободного отказа от договора, ничтожными. Примером может служить условие об отказе гражданина от возможности требовать выдачи банковского вклада по первому требованию (п. 2 ст. 837 ГК), отказе доверителя и поверенного от расторжения договора поручения (п. 2 ст. 977 ГК) или плательщика – от расторжения договора постоянной ренты (п. 3 ст. 592 ГК).

По отдельным договорам допускается их расторжение, вызванное обстоятельством, которое заведомо не зависит от сторон. Характерен в этом смысле договор дарения. В консенсуальном его варианте даритель вправе отказаться от исполнения обязанности передать в будущем одаряемому вещь или право либо отказаться освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменились настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни (п. 1 ст. 577 ГК). Другой пример – п. 2 ст. 959 ГК, который наделяет страховщика правом требовать расторжения договора при возражении страхователя (выгодоприобретателя) против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, если это вызвано возрастанием риска, который служит предметом страхования (п. 2 ст. 959 ГК).

Чаще других возможность расторжения предусмотрена как реакция на строго определенные договорные нарушения. Так, заказчики вправе требовать расторжения договора бытового подряда без оплаты выполненной работы и возмещения убытков, если вследствие неполноты или недостоверности полученной информации заключен договор, не обладающий свойствами, которых вправе был ожидать заказчик (п. 2 ст. 732 ГК), а хранитель вправе отказаться от исполнения при просрочке уплаты вознаграждения за хранение более, чем на половину периода, за который должна была производиться оплата (п. 2 ст. 896 ГК). Одностороннее расторжение может последовать при различных нарушениях договора купли-продажи – таких, как существенное нарушение требований к качеству товаров, невыполнение требований о доукомплектовании товара в разумный срок, передача незатаренного товара (п. 2 ст. 475, п. 2 ст. 480, п. 2 ст. 482 ГК), а равно при отказе покупателя принять товар (п. 3 ст. 484 ГК). Применительно к аренде речь идет о требовании, вызванном использованием арендатором имущества не в соответствии с договорными условиями или его назначением (п. 3 ст. 615 ГК). В договоре займа такое же правило действует в отношении займодавца – при невыполнении заемщиком обязанностей по обеспечению возврата суммы займа, утрате обеспечения или ухудшении его условий по обстоятельствам, за которые займодавец не отвечает (ст. 813 ГК).

Нарушения, о которых идет речь, нередко принимают форму уклонения от передачи имущества, которое является предметом договора. Примером могут служить договоры аренды и финансовой аренды (п. 3 ст. 611 и п. 2 ст. 668 ГК). В п. 2 ст. 611 ГК выделено право арендатора расторгнуть договор при непередаче либо самого имущества, либо относящихся к нему документов, а в Правилах продажи товаров по образцам – право покупателя отказаться от договора при отказе продавца передать товар. Получателям в договоре ренты предоставлено право требовать его расторжения, в частности, при невыполнении плательщиком обязанности предоставить обеспечение исполнения своих обязательств (п. 3 ст. 587 ГК).

В отдельных статьях Кодекса право на одностороннее расторжение осуществляется консолидированно, вместе с требованием о возмещении убытков или уплаты других сумм. Подобным правом, например возврата провозной платы, наделен пассажир, отказавшийся от поездки вследствие задержки отправления транспортного средства (п. 2 ст. 795 ГК). Подрядчик, обнаруживший невозможность использовать предоставленные заказчиком материалы или оборудование, вправе требовать одновременно с отказом от договора уплаты ему цены работ пропорционально выполненной их части (п. 3 ст. 745 ГК). Арендатор при неполучении в срок арендованного имущества имеет право на возмещение убытков, вызванных расторжением договора (п. 3 ст. 611 ГК).

Достаточным основанием расторжения договора иногда признается одно лишь предположение о возможной неспособности стороны исполнить принятое на себя обязательство. Так, в кредитном договоре кредитная организация наделена правом отказать заемщику в предоставлении кредита полностью или частично при возникновении обстоятельств, которые с очевидностью свидетельствуют, что предоставленную ему сумму заемщик не сможет возвратить (п. 1 ст. 821 ГК). Точно так же отказ от исполнения договора подряда может последовать, если подрядчик несвоевременно приступил к работе или если во время выполнения работы обнаруживается, что подрядчик выполнял ее настолько медленно, что окончание к сроку становится явно невозможным (п. 2 ст. 715 ГК).

Изменение договора в ряде случаев оказывается связанным с условием о цене товаров, работ или услуг. Речь идет об изменении первоначальной цены в силу различных по характеру обстоятельств. Иногда такое изменение представляет собой определенную санкцию, вызванную нарушением обязанностей контрагентом. Так, в договоре купли-продажи покупателю предоставлено право требовать соразмерного уменьшения покупной цены при обнаружении не оговоренных продавцом недостатков (п. 1 ст. 503 ГК).

Особое значение имеет изменение цен, связанное с колебаниями экономической конъюнктуры. Иногда в целях устранения последствий таких колебаний используют определенную пропорцию к установленному законом минимальному размеру оплаты труда. Такого рода решения содержатся применительно к размеру постоянной ренты (предусмотрено, в частности, в п. 2 ст. 590 ГК). В результате возрастание минимального размера оплаты труда как важнейшего экономического показателя влечет за собой и соразмерное изменение условия о цене в договоре.

Специально выделен такой способ устранения влияния на цену различных обстоятельств для сумм, взыскиваемых по денежному обязательству непосредственно на содержание гражданина (ст. 318 ГК). Отсылка к этой последней статье и предполагаемому ею повышению цены в пропорции к увеличению минимального размера оплаты труда содержится в п. 2 ст. 597 ГК, который определяет порядок исчисления размера пожизненной ренты.

Учет происходящих в экономике изменений осуществляется в случаях, когда цена или отдельные ее элементы установлены путем ссылки на действующую к соответствующему моменту ставку рефинансирования Центрального банка РФ. Так, в частности, п. 1 ст. 809 ГК предусматривает, что при отсутствии в договоре условия о размере банковских процентов по договору банковского вклада их величина должна соответствовать указанной ставке в месте жительства (нахождения) займодавца, а значит, колебаться вместе с нею. Прямая отсылка к самой ст. 809 ГК содержится в п. 1 ст. 838 ГК применительно к процентам по договору банковского вклада. Аналогичные колебания учитываются при применении п. 1 ст. 395 ГК. Речь идет о взыскании за пользование чужими средствами процентов в размере учетной ставки банковского процента, т.е. все той же ставки банковского рефинансирования, на день исполнения денежного обязательства или его части в месте нахождения кредитора (при взыскании долга в судебном порядке решением суда может быть удовлетворено требование кредитора о необходимости исходить из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или вынесения решения).

Возможен отказ от договора и в силу некоторых других обстоятельств, которые не укладываются в указанное деление. Так, заказчик вправе отказаться от договора подряда, если речь идет о существенном превышении в связи с необходимостью проведения дополнительных работ определенной в нем приблизительной цены (п. 5 ст. 709 ГК). Основанием для одностороннего расторжения могут служить обстоятельства, относящиеся к имущественному положению контрагента, например, при несостоятельности (банкротстве) должника. Именно об этом идет речь в п. 4 ст. 1037 ГК из главы о договоре коммерческой концессии и в п. 1 ст. 1050 ГК из главы, посвященной договору простого товарищества.

Другой пример – отпадение возможности наступления страхового случая и соответственно существования страхового риска после заключения договора страхования (п. 1 ст. 958 ГК). Сюда же относится ситуация, предусмотренная п. 1 ст. 744 ГК: допускается заявление подрядчиком требования о внесении изменений в техническую документацию, если вызванные этим дополнительные расходы не превышают более чем на 10 процентов указанную в смете общую стоимость строительства и не меняют характера работ, предусмотренных в договоре строительного подряда.

Еще один такого же рода случай выделен применительно к простому товариществу. Имеется в виду расторжение договора по требованию товарища в его взаимоотношениях с остальными товарищами (сторонами в договоре простого товарищества) по уважительной причине с возмещением остальным товарищам реального ущерба, причиненного расторжением договора (ст. 1052 ГК). Залоговое обязательство прекращается, если собственником заложенного имущества оказался не залогодатель, а другое лицо (п. 2 ст. 354 ГК). Это же происходит с поручительством, если кредитор отказался принять надлежащее исполнение, предложенное должником или поручителем (п. 3 ст. 367 ГК).

Иногда ГК предоставляет каждой из сторон свои, отличные от установленных для ее контрагента основания и условия расторжения договора. Так, в договоре банковского счета расторжение может произойти по заявлению клиента в любое время (п. 1 ст. 859 ГК), а по требованию банка – только в предусмотренных в п. 2 ст. 859 ГК случаях: когда сумма денежных средств на счете клиента менее установленного банковскими правилами или договором минимума и не восстановлена в течение месяца со дня предупреждения об этом банка, а также при отсутствии операций по этому счету в течение года, – если иное не предусмотрено договором.

Изменение договора, как уже отмечалось, может происходить вследствие соглашения сторон. Для договора аренды в этом случае действует диспозитивная норма, относящаяся к арендной плате: если иное не предусмотрено договором, ее размер может меняться по соглашению сторон (но не чаще одного раза в год)[627].

Законодатель в некоторых случаях считает необходимым особо подчеркнуть, что договор расторгается (изменяется) не самими сторонами, а судом, предполагая, что инициатором будет все же выступать заинтересованный контрагент. Так, в силу ст. 619 ГК в договоре аренды право требовать досрочного расторжения судом предоставляется арендодателю, если арендатор пользуется имуществом с существенным нарушением условий договора или назначения имущества, либо существенно ухудшает имущество, либо с неоднократными нарушениями (более двух раз подряд) по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату, либо не выполняет в соответствующие сроки возложенную на него обязанность по капитальному ремонту. А ст. 620 ГК наделяет таким же правом требовать от суда расторжения договора арендатора в случае, если арендодатель не предоставляет имущества либо создает препятствия его использованию, переданное имущество имеет указанные в этой же статье недостатки, либо арендодатель не выполнил обязанности по производству капитального ремонта в соответствующие сроки, либо переданное имущество оказалось непригодным для использования. Наконец, аналогичным образом, с помощью суда, решается вопрос относительно соответствующего права банка в договоре банковского счета (п. 2 ст. 859 ГК), покупателей в договоре продажи предприятия, если установлена его непригодность вследствие недостатков, за которые отвечает продавец (п. 5 ст. 565 ГК). Все подобные случаи можно рассматривать в рамках п. 2 ст. 450 ГК как такие, когда основания для изменения или расторжения договора судом предусмотрены законом.

Два разных варианта отказа от договора в законе – с отсылкой к решению суда и без такой отсылки – могут быть предусмотрены для одного и того же договора. Так, первый вариант (без суда) содержится в п. 1 ст. 578 ГК применительно к покушению одаряемого на жизнь дарителя, членов семьи или близких родственников либо при умышленном причинении дарителю телесных повреждений. А второй (право требовать отмены дарения в судебном порядке) имеет в виду случай, когда одаряемый обращается с составляющей для дарителя большую неимущественную ценность подаренной вещью, создавая угрозу ее безвозвратной потери (п. 2 ст. 578 ГК).

Обычно в качестве истца в деле о расторжении (изменении) договора выступает один из контрагентов. Однако ГК допускает при наличии на этот счет специальных указаний предъявление требований о расторжении договора третьими лицами. Например, по иску заинтересованного лица судом может быть отменено дарение, совершенное индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом в нарушение положений Закона о несостоятельности (банкротстве) за счет средств, связанных с его предпринимательской деятельностью, если соответствующая сделка совершена в течение шести месяцев, предшествовавших объявлению несостоятельным (банкротом) дарителя (п. 3 ст. 578 ГК).

Речь в данном случае идет об особой ситуации, причины создания которой лежат за пределами действий контрагентов и вследствие этого от них не зависят. Такая ситуация урегулирована ст. 451 ГК. В ней определены достаточно подробно условия действия самой статьи, а равно смысл осуществляемого ею регулирования.

Первое выражается в установлении признаков, которым должны непременно удовлетворять соответствующие обстоятельства. Их насчитывается четыре: стороны в момент заключения договора исходили из того, что соответствующие обстоятельства являются заведомо непредвидимыми для каждой из сторон (в момент заключения договора стороны полагали, что такого рода обстоятельства не возникнут), непреодолимыми (при той степени заботливости, которая требовалась от сторон по характеру и условиям оборота, они такого рода обстоятельства преодолеть не могли), чрезмерными (если оставить договор в первоначальном виде, соотношение имущественных интересов окажется для стороны столь нарушенным, а ущерб столь большим, что она лишилась бы того, на что вправе была рассчитывать, заключая договор) и, наконец, то, что ни обычай делового оборота, ни существо договора не предполагают необходимости возложения риска происшедшего изменения обстоятельств на заинтересованную сторону.

ГК различает два возможных последствия сложившейся ситуации: договор либо расторгается, либо изменяется путем приведения его в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами (оба эти последствия действуют), если иное не предусмотрено договором и не вытекает из его существа.

Один из наиболее вероятных путей достижения указанных целей – соглашение сторон. Если же примирительная процедура, о которой идет речь, не даст результата, заинтересованная сторона может обратиться со своими требованиями в суд.

Для удовлетворения иска о расторжении договора суду достаточно установить наличие перечисленных четырех признаков существенных условий. При этом одновременно с расторжением договора суд решает вопрос о материальных последствиях для контрагентов. Учитывая, что вина стороны в такой ситуации не предполагается, ГК предусматривает необходимость при распределении расходов руководствоваться принципом справедливости. В зависимости от того, что именно будет признано судом в конкретном случае справедливым, он может распределить совокупные расходы поровну, признать, что каждая из сторон должна нести свои расходы самостоятельно, и т.п.

Из двух возможных вариантов решения суда – о расторжении договора или об его изменении – приоритет отдается первому. Это объясняется тем, что, вынося решение об изменении условий договора, суд тем самым обязывает сторону исполнять договор на условиях, которые она заведомо считает для себя неприемлемыми. По этой причине для решения об изменении договора и тем самым о его сохранении в измененном виде закон предусматривает дополнительные условия. Речь идет об исключительных случаях. К их числу относятся те, при которых расторжение договора вместо его изменения противоречило бы общественным интересам (например, в случаях, когда сторона – естественный монополист) либо повлекло бы для сторон ущерб, способный значительно превысить затраты, которые ей придется понести в случае изменения договора.

В судебно – арбитражной практике отношение к «существенным изменениям», связанное с уяснением смысла соответствующего понятия, пока не сложилось. Вместе с тем в нормативной практике ст. 451 ГК нашла отражение. В качестве примера можно сослаться на Закон «О соглашениях о разделе продукции»[628]. В нем предусмотрено, что изменения в соответствующих соглашениях допускаются только «по требованию одной из сторон и только в случае существенного изменения обстоятельств в соответствии с Гражданским кодексом».

Новые правила, регулирующие недвижимое имущество и вещные права

Приведенное выше утверждение о том, что Закон должен положить конец спорам по налогу на имущество организаций, возникающим в связи с отнесением налоговыми органами различных видов оборудования к недвижимому имуществу, основано на том, что Закон определяет здания и сооружения как объекты недвижимого имущества, созданные специально как результат строительной деятельности. Это означает, что поскольку оборудование не является результатом строительной деятельности, оно не может рассматриваться как недвижимое имущество.

Тем не менее, на наш взгляд, этот прогноз является, по крайней мере, большим преувеличением влияния, которое Закон на самом деле может оказать на решения, связанные с налогообложением.

Во-первых, стоит отметить, что Закон не меняет определение недвижимых вещей, данное в статье 130 ГК РФ, и не делает перечень видов недвижимого имущества исчерпывающим – даже после внесенных Законом изменений, Статья 130 Гражданского кодекса предусматривает, что « К недвижимым вещам (недвижимому имуществу, недвижимости) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей , то есть объекты, которые не могут быть перемещены без несоразмерного ущерба по назначению, в том числе здания, строения и объекты незавершенного строительства ».

Виды недвижимых вещей, указанные в главе 6.1 новой редакции Гражданского кодекса, являются наиболее распространенными отдельными примерами недвижимого имущества, передаваемого в гражданском обороте, однако Закон не дает оснований утверждать, что недвижимые вещи ограничиваются этими видами.

Следовательно, определение Законом зданий и сооружений как объектов недвижимого имущества, созданных в результате строительной деятельности, означает лишь то, что оборудование не может быть отнесено к этим видам недвижимого имущества, но не исключает принципиальной возможности отнесения оборудования к как недвижимое имущество, если оно имеет признаки, описанные в статье 130 Гражданского кодекса.

Равным образом Закон не решает проблему ясности критериев, по которым налоговые органы относят оборудование к составу здания или сооружения. Хотя Закон позволяет относить отдельные объекты к зданиям или сооружениям только в том случае, если они были созданы в результате строительной деятельности, это не дает ответа на вопрос, в каких случаях оборудование, установленное в здании, считается конструктивной частью этого здания. и в каких случаях оно представляет собой отдельное движимое имущество, которое просто прикреплено к зданию.

Сам термин «оборудование» используется в Законе только как пример общего имущества собственников строений и машиномест в пределах здания или сооружения (статьи 287.5 и 290 Гражданского кодекса в редакции Закона): « механическое, электрическое, водопроводное и другое оборудование многоквартирного дома». Закон не предусматривает каких-либо показателей, которые могли бы помочь определить, к какой вещи – движимой или недвижимой – относится то или иное оборудование и следует ли ее отнести к отдельной вещи или к части недвижимой вещи.

Кроме того, как мы отмечали в предыдущем предупреждении 4 , Верховный суд в настоящее время придерживается позиции, что критерии, используемые в гражданском законодательстве для разграничения движимых и недвижимых вещей (надежно ли объект связан с землей, может ли он быть разделенным без его уничтожения или повреждения или без изменения его функционального назначения, объединяются ли объекты для использования в общих целях) не имеют решающего значения для целей налога на имущество организаций, поскольку целью освобождения движимого имущества от налога было поощрение инвестиции в новое оборудование и дают стимул обновлять основные фонды, не нанося существенных потерь бюджетам. Установленные в гражданском законодательстве критерии разграничения движимого и недвижимого имущества не позволяют отличить вложения в обновление производственного оборудования и создание непостоянных сооружений от вложений в создание и улучшение недвижимого имущества, т. е. зданий. и постоянные сооружения. Верховный суд также отметил, что критерий того, что перемещение актива повлечет за собой несоразмерный ущерб функционированию недвижимого имущества и, следовательно, нанесет ли он экономический ущерб, не может быть законно применен для целей налогообложения, поскольку этот критерий ставит налогоплательщиков, инвестировавших в обновленное оборудование, в недостаток.

Также следует отметить, что письмо ФНС от 15.11.2021 № БС-4-21/[email protected] предписывает налоговым органам не принимать по результатам налоговых проверок решения, противоречащие позиции, выраженной Верховным Судом.

В контексте позиции, выраженной Верховным судом, и учитывая, что Закон не меняет изложенный в Гражданском кодексе подход к разграничению движимого и недвижимого имущества, мы считаем, что положения новых глав Гражданского кодекса введенные Законом, не окажут существенного влияния на рассмотрение налоговых споров, связанных с отнесением оборудования к движимому или недвижимому имуществу налогоплательщика, для целей определения подлежащего уплате налога на имущество организаций.

Противоречия теории и практики

Автор

Перечислено:
  • Иншакова Агнесса О.

    (Волгоградский государственный университет)

  • Гончаров Александр Иванович

    (Волгоградский государственный университет
    Волгоградский государственный университет)

  • Минеев Олег Александрович

    (Волжский гуманитарный институт (филиал) Волгоградского государственного университета)

  • Севостьянов Максим Васильевич

    (Волжский гуманитарный институт (филиал) Волгоградского государственного университета)

Abstract

На основании Указа Президента Российской Федерации от 7 июля 2008 г. «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации», Концепции развития гражданского законодательства и последующей реформы в статье исследуются противоречия регулирующих положений части первой Гражданского кодекса РФ.Авторы приходят к выводу, что внесенные законодателем изменения в текст ГК РФ не сделали его лучше, и отмечают значительный объем сохраняющихся противоречий и проблем. Рассмотрены отдельные ключевые положения части первой ГК РФ. Выявлены противоречия положений статьи 1 ГК РФ, которые посвящены основам гражданского права и распространяют действие ГК РФ на все гражданские права и регулирование им общественных отношений.Авторы показывают свою позицию относительно некачественных формулировок, встречающихся в базовых статьях УК РФ. Критикуется необоснованность поправок, изменяющих положения о таможне. Наиболее проблемной и противоречивой является глава 4 ГК РФ «Юридические лица». Доказана необходимость совершенствования конструкции юридического лица и его имущественного комплекса в сочетании с социально-правильным определением места и прав работников в структуре юридического лица.Обосновано негативное влияние регулируемых гражданско-правовых норм на устойчивую динамику и развитие экономического оборота. Обосновано мнение о том, что противоречия и проблемы гражданско-правового регулирования обусловливают тормозящее влияние на российскую экономику в целом.

Рекомендуемое цитирование

  • Агнесса О. Иншакова, Александр И. Гончаров, Олег А. Минеев и Максим В. Севостьянов, 2017. « Изменения в Гражданский кодекс Российской Федерации: противоречия теории и практики «, Вклад в экономику, в: Елена Г.Попкова (ред.), Россия и Европейский союз, стр. 147-153, Спрингер.
  • Ручка: RePEc:spr:conchp:978-3-319-55257-6_20
    DOI: 10.1007/978-3-319-55257-6_20

    Скачать полный текст от издателя

    Насколько нам известно, этот пункт недоступен для скачать . Чтобы узнать, доступен ли он, есть три опции:
    1. Проверьте ниже, доступна ли в Интернете другая версия этого элемента.
    2. Проверить на сайте провайдера есть ли она на самом деле.
    3. Выполните поиск объекта с похожим названием, который будет доступный.

    Исправления

    Все материалы на этом сайте предоставлены соответствующими издателями и авторами. Вы можете помочь исправить ошибки и упущения. При запросе исправления укажите дескриптор этого элемента: RePEc:spr:conchp:978-3-319-55257-6_20 . См. общую информацию о том, как исправить материал в RePEc.

    По техническим вопросам, касающимся этого элемента, или для исправления его авторов, названия, реферата, библиографической информации или информации для загрузки, обращайтесь: .Общие контактные данные провайдера: http://www.springer.com .

    Если вы создали этот элемент и еще не зарегистрированы в RePEc, мы рекомендуем вам сделать это здесь. Это позволяет связать ваш профиль с этим элементом. Это также позволяет вам принимать потенциальные ссылки на этот элемент, в отношении которых мы не уверены.

    У нас нет библиографических ссылок на этот элемент. Вы можете помочь добавить их, используя эту форму .

    Если вы знаете об отсутствующих элементах, ссылающихся на этот, вы можете помочь нам создать эти ссылки, добавив соответствующие ссылки таким же образом, как указано выше, для каждого ссылающегося элемента.Если вы являетесь зарегистрированным автором этого элемента, вы также можете проверить вкладку «Цитаты» в своем профиле RePEc Author Service, так как некоторые цитаты могут ожидать подтверждения.

    По техническим вопросам относительно этого элемента или для исправления его авторов, названия, реферата, библиографической информации или информации для загрузки обращайтесь: Sonal Shukla или Springer Nature Abstracting and Indexing (адрес электронной почты доступен ниже). Общие контактные данные провайдера: http://www.springer.com .

    Обратите внимание, что фильтрация исправлений может занять пару недель. различные услуги RePEc.

    Россия — Договорная неустойка может превышать общую стоимость договора

    Российское законодательство позволяет сторонам договориться о взыскании договорной неустойки за неисполнение сторонами договорных обязательств.

    Ниже приведены некоторые типичные примеры положений, предусматривающих договорные неустойки:

    В случае несвоевременной доставки Товара по Договору Покупатель вправе требовать неустойки в размере 0,1 (ноль целых одна десятая) процента от общей стоимости несвоевременно доставленного Товара за каждый день просрочки .

    В случае несвоевременной оплаты Товара по Договору Продавец вправе потребовать пени в размере 0,1 процента от общей стоимости несвоевременно оплаченного Товара за каждый день просрочки.

    Гражданский кодекс России (ст. 333) позволяет суду уменьшить размер неустойки, если такой размер неустойки несоразмерен последствиям нарушения договорных обязательств, при этом суд вправе уменьшить неустойку только в случае, если должник обращается с ходатайством об уменьшении такого чрезмерного размера неустойки.

    Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается лишь в исключительных случаях, если доказано, что взыскание неустойки в размере, предусмотренном договором, может привести к получению необоснованной прибыль кредитора.

    На практике стороны обращаются в суд первой инстанции с ходатайством о снижении неустойки со ссылкой на ст. 333 ГК РФ, и суд обычно уменьшает размер неустойки по своему усмотрению.

    В недавнем деле, рассмотренном Верховным судом России от 29.05.2018 (дело № А43-26319/2016), Верховный суд постановил, что наложение неустойки даже в размере, превышающем общую стоимость контракта, правомерно при условии, что должник не обратился в суд первой инстанции с ходатайством об уменьшении неустойки со ссылкой на ст. 333 ГК РФ.

    В данном случае заказчик заказал подрядчику изготовление сосуда высокого давления.Цена таких работ подрядчика составила 2 700 000 рублей. Стороны договорились, что сосуд высокого давления будет изготовлен подрядчиком до 30.01.2015. Подрядчик изготовил сосуд высокого давления только 01.03.2016.

    Договором предусмотрено, что в случае нарушения сроков выполнения работ подрядчик уплачивает заказчику фиксированный штраф в размере 5 % от цены работ, которые подрядчик не выполнил в срок, за каждое нарушение, а также неустойка в размере 0,3% от цены работ, которые подрядчик не выполнил в срок, за каждый день просрочки, начиная с 4 дня просрочки.

    В результате заказчик потребовал от подрядчика уплаты неустойки в размере 3 355 170 руб.

    Суд первой инстанции вынес решение в пользу подрядчика и обязал заказчика уплатить сумму неустойки в полном объеме, поскольку подрядчик не представил доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение договора подрядчиком, либо неисполнение подрядчиком свои обязательства в срок по обстоятельствам, которые от него не зависели. При этом подрядчик также не оспаривал размер неустойки и не заявлял ходатайства о применении ст.333 ГК РФ.

    Суд апелляционной инстанции изменил определение суда первой инстанции и уменьшил размер неустойки до 326 781 руб. на основании вывода о том, что заказчик злоупотребил своими правами, включив в договор несправедливые положения о неустойке.

    Кассационный суд согласился с выводами апелляционного суда, но Верховный суд отменил постановления как кассационного суда, так и апелляционного суда, а решение суда первой инстанции осталось в силе.

    Верховный суд обосновал свое решение тем, что подрядчик не заявлял ходатайство о снижении размера неустойки и применении ст. 333 ГК РФ в суде первой инстанции. Таким образом, апелляционный суд не имел права уменьшать размер неустойки по своей инициативе.

    Последние выводы Верховного суда подтверждают, что договорная неустойка может превышать общую стоимость договора, и суды не имеют права уменьшать такую ​​чрезмерную сумму неустойки по своей инициативе.

    Таким образом, в случае возникновения спора в России, просим обеспечить надлежащее представительство вашей компании в арбитражных судах, так как неявка сторон в суд первой инстанции и подача соответствующих ходатайств может привести к серьезным негативным последствиям, которые несоблюдение сторона может быть не в состоянии вылечить в апелляционных судах.

    SEC.gov | Порог частоты запросов превысил

    Чтобы обеспечить равный доступ для всех пользователей, SEC оставляет за собой право ограничивать запросы, исходящие от необъявленных автоматических инструментов. Ваш запрос был идентифицирован как часть сети автоматизированных инструментов, выходящих за рамки приемлемой политики, и будет управляться до тех пор, пока не будут предприняты действия по объявлению вашего трафика.

    Пожалуйста, заявите о своем трафике, обновив свой пользовательский агент, включив в него информацию о компании.

    Чтобы ознакомиться с рекомендациями по эффективной загрузке информации с SEC.gov, включая последние документы EDGAR, посетите сайт sec.gov/developer. Вы также можете подписаться на рассылку обновлений по электронной почте в программе открытых данных SEC, включая передовые методы, которые делают загрузку данных более эффективной, и SEC.gov, которые могут повлиять на процессы загрузки по сценарию. Для получения дополнительной информации обращайтесь по адресу [email protected]

    Для получения дополнительной информации см. Политику конфиденциальности и безопасности веб-сайта SEC. Благодарим вас за интерес, проявленный к Комиссии по ценным бумагам и биржам США.

    Идентификатор ссылки: 0.67fd733e.1642802256.7db1c51

    Дополнительная информация

    Политика безопасности Интернета

    Используя этот сайт, вы соглашаетесь на мониторинг и аудит безопасности.В целях безопасности и для обеспечения того, чтобы общедоступные услуги оставались доступными для пользователей, эта правительственная компьютерная система использует программы для мониторинга сетевого трафика для выявления несанкционированных попыток загрузить или изменить информацию или иным образом нанести ущерб, включая попытки отказать в обслуживании пользователям.

    Несанкционированные попытки загрузки информации и/или изменения информации в любой части этого сайта строго запрещены и подлежат судебному преследованию в соответствии с Законом о компьютерном мошенничестве и злоупотреблениях от 1986 года и Законом о защите национальной информационной инфраструктуры от 1996 года (см.S.C. §§ 1001 и 1030).

    Чтобы гарантировать, что наш веб-сайт хорошо работает для всех пользователей, SEC отслеживает частоту запросов контента SEC. gov, чтобы гарантировать, что автоматический поиск не повлияет на способность других получать доступ к контенту SEC.gov. Мы оставляем за собой право блокировать IP-адреса, отправляющие чрезмерные запросы. Текущие правила ограничивают количество пользователей до 10 запросов в секунду, независимо от количества компьютеров, используемых для отправки запросов.

    Если пользователь или приложение отправляет более 10 запросов в секунду, дальнейшие запросы с IP-адреса(ов) могут быть ограничены на короткий период.Как только количество запросов упадет ниже порогового значения на 10 минут, пользователь может возобновить доступ к контенту на SEC.gov. Эта практика SEC предназначена для ограничения чрезмерных автоматических поисков на SEC.gov и не предназначена и не ожидается, что она повлияет на отдельных лиц, просматривающих веб-сайт SEC.gov.

    Обратите внимание, что эта политика может измениться, поскольку SEC управляет SEC.gov, чтобы обеспечить эффективную работу веб-сайта и его доступность для всех пользователей.

    Примечание: Мы не предлагаем техническую поддержку для разработки или отладки процессов загрузки по сценарию.

    Гражданский кодекс РФ признает цифровые права и смарт-контракты

    Новое законодательство может стать катализатором крипто-эволюции в рамках российского законодательства.

    Эндрю С. Мойл и Елизавета Бачеева

    18 марта 2019 года российский законодатель сделал первый шаг по внедрению российской системы гражданского права в новую среду цифровых активов. В Гражданский кодекс РФ были внесены изменения, включившие в себя понятия цифрового права и смарт-контракта, а также законодатель признал цифровые права самостоятельным объектом гражданско-правового регулирования.

    Для справки, российская гражданско-правовая система основана на законах, а не на прецедентах, и — если конкретное понятие прямо не указано в законодательстве — то это понятие не существует для гражданско-правового регулирования и не подлежит какой-либо правовой защите. До внесения этих поправок в Гражданский кодекс цифровые активы или криптовалюты не подпадали ни под одну из категорий активов, признаваемых Гражданским кодексом, и существовала большая неопределенность в отношении того, как регулируются эти цифровые активы и как должны быть структурированы транзакции с такими активами.В одном случае российский суд не признал биткойн активом и на этом основании отказался включить биткойн в конкурсную массу должника.

    Данные изменения в Гражданский кодекс вступают в силу с 1 октября 2019 года и будут применяться ко всем сделкам, совершенным после этой даты. Новое законодательство является лишь отправной точкой для криптоэволюции в рамках российского права, так как в настоящее время российский законодатель рассматривает два законопроекта «О цифровых финансовых активах» и «О краудфандинге.Эти законы обеспечат более глубокое регулирование криптовалют, токенов и инвестиций через цифровые платформы.

    Что такое цифровые права ?

    Цифровые права определяются как договорные и другие гражданские права, указанные в информационной системе (например, в блокчейне). Однако не все права могут стать цифровыми правами, а только те права, которые указаны в качестве таковых в законе. Российское законодательство также должно определять информационную систему и то, как эта система должна работать.Такой закон еще не принят, но, как упоминалось выше, два законопроекта находятся на рассмотрении.

    Цифровые права — это не новые виды гражданских прав, а новая форма фиксации гражданских прав. В этом отношении цифровые права аналогичны ценным бумагам, которые представляют собой бездокументарную форму фиксации определенных прав, на которые имеет право владелец таких ценных бумаг.

    Любая сделка с цифровыми правами будет совершаться внутри информационной системы без обращения к какой-либо третьей стороне, такой как государственный нотариус или любой орган государственной регистрации.

    Как правило, информационная система идентифицирует владельца цифровых прав и соответственно создаст правила для такой идентификации.

    Цифровые права теперь являются активами в понимании российского гражданского законодательства и, следовательно, подлежат гражданско-правовому регулированию и защите. Этот сдвиг — большой шаг вперед в построении цивилизованного рынка цифровых активов и криптовалют в России.

    Как регулируются смарт-контракты

    Новыми изменениями в Гражданский кодекс признается, что сделка, совершенная с помощью электронных или иных технических средств, будет считаться соответствующей обязательной письменной форме, если такие электронные или технические средства позволяют воспроизвести условия сделки на материальном носителе и если стороны транзакцию можно идентифицировать и проверить.

    Кроме того, ГК теперь признает, что договоры вообще могут быть исполнены самостоятельно, т. е. , обязательства сторон по договорам могут быть исполнены автоматически с помощью электронных средств без каких-либо дополнительных действий или умысла со стороны сторон.

    Вышеуказанные два изменения ввели понятие смарт-контрактов в российское законодательство. Примечательно, что смарт-контракты не признаются особым типом контракта (, например, , договор купли-продажи, договор на оказание услуг и т.

    Оставить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.