Ук рф судебная практика статья 307: Статья 307 УК РФ. Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод (действующая редакция)

Подследственность ст. 307 ук рф \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

]]]]]]]]>]]]]]]>]]]]>]]>

Подборка наиболее важных документов по запросу Подследственность ст. 307 ук рф (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Подследственность ст. 307 ук рф Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Постановление Верховного Суда РФ от 03.08.2017 N 19-УД17-32
Об отказе в передаче кассационной жалобы на судебные акты по уголовному делу о привлечении к ответственности по ч. 2 ст. 228 УК РФ за незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.В кассационной жалобе адвокат Мусаев А.Н. указывает, что состоявшиеся в отношении Байчорова судебные решения являются незаконными и необоснованными, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, считает, что судом первой и апелляционной инстанций не дана надлежащая оценка доказательствам обвинения и защиты, заявляет, что Байчоров незаконно привлечен к уголовной ответственности, поскольку наркотическое средство было ему подброшено сотрудниками правоохранительных органов, организовавших его, Байчорова, похищение, в подтверждение своих доводов, ссылается на показания свидетелей Ч.
Э. К. а также на детализацию телефонных соединений осужденного, утверждает, что в ходе производства по делу оказывалось давление на свидетелей К. и Б. принимавших участие в качестве понятых при изъятии наркотического средства у Байчорова, заявляет, что участие именно указанных лиц в процессуальных действиях, а именно в досмотре Байчорова, было спланировано заранее; отмечает, что судебное разбирательство проведено необъективно, в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств, в том числе о прослушивании аудиозаписи, произведенной Э. и К. об истребовании сведений, о допросе К. в качестве свидетеля, о проведении повторной экспертизы наркотического средства, судом первой инстанции необоснованно отказано; показания, данные в судебном заседании оперуполномоченным УФСБ по СК в г. Ф. считает недостоверными; дает оценку показаниям свидетелей Х., С., К., Н., Г., С. и обращает внимание на их противоречивость; указывает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, в том числе протокол личного досмотра Байчорова, протокол об административном правонарушении в отношении последнего; приводит доводы о том, что досмотр Байчорова проведен с нарушением требований закона, без участия защитника; ссылается на показания К.
и Б. в судебном заседании о том, что они фактически не участвовали при составлении протокола об административном правонарушении в отношении Байчорова; указывает, что уголовное дело следовало возвратить прокурору в связи с нарушением правил о подследственности; считает, что обвинительное заключение утверждено неуполномоченным лицом; ссылается на несвоевременное получение стороной защиты извещений, направленных следователем на стадии выполнения требований ст. 217 УПК РФ; заявляет, что экспертное исследование наркотического средства проведено с нарушением требований закона, до проведения исследования эксперт в установленном порядке не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, заключение эксперта считает недопустимым доказательством; отказ суда апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении по делу фоноскопической экспертизы находит незаконным, нарушающим право Байчорова на защиту; оспаривает выводы, изложенные в апелляционном определении, считает, что доводы апелляционных жалоб надлежащим образом проверены не были, ставит вопрос об отмене приговора и апелляционного определения, просит направить уголовное дело в отношении Байчорова на новое судебное разбирательство.
Кроме того, выражает несогласие с постановлением судьи Ставропольского краевого суда от 25 мая 2017 года, которым отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Подследственность ст. 307 ук рф Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
«Курс уголовного процесса»
(под ред. Л.В. Головко)
(«Статут», 2016)5) акцессорная подследственность (по связи дел) возникает только в тех случаях, когда одно преступление может быть совершено только в связи с другим преступлением или расследованием уголовного дела по другому преступлению (вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления — ст. 150 УК РФ; дача заведомо ложного показания, заключения и др. — ст. 307 УК РФ и т.п.). Подследственность по таким делам является акцессорной по отношению к подследственности по основному делу.
Скажем, расследовать дело о заведомо ложных показаниях свидетеля должен орган расследования, которому подследственно дело о том преступлении, в рамках производства по которому были даны эти показания; Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Статья: Некоторые вопросы рассмотрения уголовных дел частного обвинения военным судом с участием военнослужащих
(Новиков Н.А.)
(«За права военнослужащих», 2007)Суд на основании ч. 4 ст. 29 УПК РФ вправе вынести частное определение, если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия и в других случаях, если признает это необходимым. За отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний потерпевший согласно ч. 7 ст. 42 УПК РФ несет ответственность в соответствии со ст.
ст. 307 и 308 УК РФ, и суд при постановлении оправдательного приговора обязан вынести частное определение по фактам дачи в суде заведомо ложных показаний в отношении потерпевшего по уголовному делу частного обвинения и направить материалы прокурору или в орган дознания по месту нахождения суда для принятия решения в порядке ст. ст. 141, 144, 145 УПК РФ. Согласно ч. 6 ст. 151 УПК РФ предварительное следствие по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 307 и 308 УК РФ, производится следователями того органа, к чьей подследственности относится преступление, в связи с которым возбуждено соответствующее уголовное дело.

Нормативные акты: Подследственность ст. 307 ук рф Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Федеральный закон от 21.12.1996 N 160-ФЗ
(ред. от 26.02.1997, с изм. от 18.12.2001)
«О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации»По уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 150, 285, 286, 306, 307, 309, 311 частью второй, 316, 320 и 327 Уголовного кодекса Российской Федерации, предварительное следствие производится тем органом, к чьей подследственности относится преступление, в связи с которым возбуждено данное дело. Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Проект N 97700236-2
«Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»
(ред., принятая ГД ФС РФ в I чтении 06.06.1997)(6) По уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 150, 285, 286, 306, 307, 309, 311 частью второй, 316, 320 и 327 Уголовного кодекса Российской Федерации, предварительное следствие производится тем органом, к чьей подследственности относится преступление, в связи с которым возбуждено данное дело.

Адвокатская палата города Москвы | Судебная практика

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 7 июня 2006 г. N 71-П06

(извлечение)

По приговору Пермского областного суда от 2 августа 2004 г. осуждены Измайлов Б. по п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «б» ч. 4 ст. 162, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ и Измайлов А. по п. «б» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Одновременно с постановлением приговора 2 августа 2004 г. Пермским областным судом вынесено частное постановление, в котором обращено внимание Адвокатской палаты Пермской области и Главного управления Министерства юстиции по Пермской области и Коми-Пермяцкому автономному округу на установленный факт дачи адвокатом А. ложных показаний в судебном заседании и предложено по вступлении приговора в законную силу решить вопрос о лишении его права заниматься адвокатской деятельностью.

При этом в частном постановлении указано, что допрошенный в судебном заседании по ходатайству защиты в качестве свидетеля адвокат А. показал, что перед допросом в качестве подозреваемого Измайлов Б. сообщил ему о применении к нему недозволенных методов ведения следствия, продемонстрировал следы побоев, сообщил о вынужденной даче им «признательных» показаний. После допроса Измайлова Б., проведенного в его присутствии, он, адвокат А., по просьбе подзащитного подписал протокол допроса, не внеся в него никаких замечаний и заявлений о применении недозволенных методов ведения следствия.

Заявление адвоката в судебном заседании о вынужденном признании Измайловым Б. вины в совершенных преступлениях под воздействием недозволенных методов ведения следствия суд признал неубедительным. Объяснение адвоката о том, что в ходе допроса он не сделал никаких заявлений, так как якобы жизни Измайлова Б. угрожала опасность, суд не принял во внимание. Такое утверждение, указал суд, противоречит требованиям ч. 1 ст. 49 УПК РФ, в соответствии с которой защитник обязан осуществлять защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывать им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, а также свидетельствует о непонимании А. принципов уголовного судопроизводства и своих обязанностей как защитника.

Следовательно, адвокат на допросах с его участием имел реальную возможность заявить о применении к подозреваемому Измайлову Б. недозволенных методов допросов, если таковые имели место в действительности, однако этого не сделал.

Сопоставив доказательства по делу с содержанием показаний свидетеля А. в судебном заседании, суд пришел к выводу о том, что адвокат А., поддержав позицию защиты и подсудимых, тем самым стремился опорочить законные следственные действия, проведенные с его участием, чтобы путем признания их недопустимыми помочь Измайлову Б. избежать уголовной ответственности за содеянное.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 7 декабря 2004 г. оставила частное постановление областного суда без изменения.

Адвокат осужденного в надзорной жалобе поставил вопрос об отмене частного постановления суда и кассационного определения.

Президиум Верховного Суда РФ 7 июня 2006 г. удовлетворил надзорную жалобу адвоката по следующим основаниям.

Суд допросил адвоката А. в качестве свидетеля по ходатайству защитника подсудимого Измайлова Б. — адвоката Н.

Согласно протоколу судебного заседания перед допросом А. было разъяснено, что он обладает свидетельским иммунитетом, ему также разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, он предупрежден об ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Между тем в ст. 56 УПК РФ изложены не только права и обязанности свидетеля.

В соответствии с пп. 2 и 3 ч. 3 ст. 56 УПК РФ адвокат А. не подлежал допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Суд, однако, это требование уголовно-процессуального закона нарушил, несмотря на то, что все обстоятельства, о которых А. был допрошен, стали ему известны в связи с оказанием им юридической помощи Измайлову Б. при допросах его в качестве подозреваемого, а затем в качестве обвиняемого.

Поэтому доводы в надзорной жалобе о том, что приведенные в частном постановлении суда показания адвоката А., допрошенного в качестве свидетеля вопреки вышеуказанному запрету, в силу ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми доказательствами, основаны на требованиях уголовно-процессуального закона.

При таких данных выводы суда о даче адвокатом А. в судебном заседании ложных показаний нельзя признать законными.

Президиум Верховного Суда РФ отменил частное постановление суда и кассационное определение в отношении адвоката А.

Привлечение эксперта к уголовной ответственности по ст.307 УК РФ — 3 Августа 2017 — Интересные материалы, статьи. Приглашаем к обсуждению!

Эксперт АНО «Томский центр экспертиз» Смирнова С.В.

Совершенствование механизма привлечения судебных экспертов к уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ

При выполнении судебной экспертизы эксперт всегда предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ, о чем он дает соответствующую подписку.

Удельный вес осужденных по статье 307 УК РФ относительно других составов преступлений против правосудия неуклонно снижается с 20% в 2011 г. [1] до 6% в 2016 г. [2]. Как показывает анализ состояния преступности среди судебных экспертов, привлечения к уголовной ответственности по статье 307 УК РФ носят единичный характер. Доказать состав данного преступления, особенно его субъективную сторону, весьма сложно. К тому же действующая редакция статьи 307 УК РФ, в частности Примечание к ней об освобождении эксперта от уголовной ответственности в случае его добровольного признания в ложности заключения, негативно влияет на правовое сознание эксперта, формирует установку на легкое избежание ответственности за свои противоправные деяния.

Объективная сторона преступления, предусмотренного статьей 307 УК РФ, заключается в даче заведомо ложного заключения или показания эксперта, а также заведомо ложном показании специалиста.

Достаточно полно охарактеризовал заведомую ложность заключения эксперта Белкин Р.С., который указывал, что она «может выражаться в со­знательном игнорировании или умалчивании при исследовании сущест­венных фактов и признаков объектов экспертизы, в искаженном описании этих фактов и признаков, заведомо неправильной их оценке или заведомо неверных действиях и операциях по их исследованию, умышленно неверному выбору экспертной методики или ее применению» [3, с. 322].

Часть 1 статьи 307 УК РФ в действующей редакции сформулирована следующим образом: «Заведомо ложные … либо заключение или показание эксперта, показание специалиста, а равно заведомо неправильный перевод в суде либо при производстве предварительного расследования — наказываются …». Буквальное толкование данного положения позволяет утверждать, что эксперт несет уголовную ответственность за заведомо ложное заключение или показание при производстве экспертизы на стадии предварительного расследования, а также в суде. В таком случае из сферы правового регулирования выпадает деятельность судебного эксперта по производству судебной экспертизы в рамках судебного разбирательства, но не в самом суде. Согласно положениям действующих процессуальных кодексов судебная экспертиза проводится в судебном заседании или вне заседания, если это необходимо по характеру исследований, либо при невозможности или затруднении доставки материалов или документов для исследования в заседании. Практически все виды судебных экспертиз в гражданском, административном, арбитражном судопроизводствах проводятся вне суда, вне судебного заседания. Правоприменение в настоящее время допускает расширительное толкование положений части 1 статьи 307 УК РФ и распространяет их на проведение экспертизы не только в судебном заседании, но и во вне его. Широкое толкование уголовной нормы нарушает конституционное и признанное международным сообществом положение о том, что расширительное толкование должно применяться в отношении прав и свобод, но недопустимо при толковании юридических запретов. Также при такой формулировке исключается уголовная ответственность эксперта за дачу заведомо ложного заключения при проведении экспертиз в рамках НК РФ, ТК Таможенного союза, Основ законодательства о нотариате. При проведении экспертизы по делам об административных правонарушениях в соответствии с нормами КоАП РФ за дачу заведомо ложного заключения эксперт несет ответственность в соответствии со статьей 17.9 КоАП РФ. Видится, что общественная опасность действий по подготовке и выдаче заведомо ложного заключения экспертом велика, в том числе и в рамках дел об административных правонарушениях, соответственно, такое деяние должно подпадать под действие норм УК РФ.

Также в настоящее время отсутствуют нормы, устанавливающие ответственность эксперта при проведении экспертизы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (статья 41 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»). В настоящее время завершены общественные обсуждения по двум законопроектам, предусматривающим внесение изменений в КоАП РФ и УК РФ в части установления соответственно административной и уголовной ответственности экспертов за дачу заведомо ложных заключений, выполняемых при производстве экспертиз в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд. Видится необходимость установления только уголовной ответственности за заведомо ложные заключения, подготовленные в данной сфере.

Также действующее законодательство не предусматривает ответственность эксперта при проведении экспертиз по делам о нарушении антимонопольного законодательства, рассматриваемым антимонопольной службой в порядке, установленном Федеральным законом от 26. 07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

В литературе высказывается несколько предложений по совершенствованию статьи 307 УК РФ. Например, Будаева Е.В. [4] предлагает исключить заведомо ложное заключение эксперта из объективной стороны статьи 307 УК РФ, так как заключение эксперта является доказательством, закрепленным на материальном носителе, соответственно должно квалифицироваться по статье 303 УК РФ. С данным предложением согласиться весьма затруднительно, так как не всегда заключение эксперта закреплено на материальном носителе. Так, статья 82 КАС РФ допускает возможность дачи экспертом заключения в устной форме. К тому же судебная практика и по другим видам судопроизводства свидетельствует о возможности дачи заключения экспертом в устной форме с отражением выводов в протоколе судебного заседания. Довольно часто такая ситуация складывается, когда в ходе допроса эксперта по результатам первичной экспертизы возникает необходимость в проведении дополнительной экспертизы, и имеется объективная возможность ее проведения непосредственно в судебном заседании. Таким образом, исключение из объективной стороны статьи 307 УК РФ упоминания о заведомой ложности заключения эксперта приведет к тому, что из сферы уголовной ответственности выпадут ложные заключения эксперта, данные в устной форме.

Еще одно предложение о совершенствовании статьи 307 УК РФ высказано Косяковой Н.С. [5, с.66-74], которая считает, что нельзя уравнивать ответственность за дачу заведомо ложного заключения эксперта в уголовном процессе и гражданском: последствия ложного заключения в уголовном судопроизводстве, по ее мнению, гораздо серьезнее (лишение человека свободы). В связи с чем, ею предлагается за дачу экспертом ложного заключения в рамках гражданского судопроизводства установить административную ответственность. С предложением данного автора согласиться не представляется возможным, так как гражданское и арбитражное судопроизводство в условиях рыночной экономики особенно важно, предметом споров порой являются многомиллиардные суммы, и от правосудного решения суда во многом зависит судьба организаций и физических лиц. Или, например, как можно умалить последствия ложного заключения эксперта-психолога по делам, связанным со спорами о детях.

Авторы Горелик А.С., Лобанова Л.В. [6, с.303] видят существенный недостаток в формулировке примечания к статье 307 УК РФ: исходя из буквального смысла, заложенного в примечании, чтобы эксперт был освобожден от уголовной ответственности, достаточно заявить о ложности данного заключения, что является существенным, но, по их мнению, недостаточным для оказания реальной помощи суду. Авторы предлагают дополнить примечание к данной статье указанием на то, что для освобождения от уголовной ответственности, кроме признания в ложности данного заключения, необходимо дать правдивое заключение эксперта. Позиция авторов вполне логична и обоснованна. Но, учитывая степень общественной опасности данных деяний, представляется, что, в случае с судебными экспертами, возможность освобождения их от уголовной ответственности в связи с добровольным признанием в совершенном преступлении, должна быть исключена из примечания к статье 307 УК РФ, а сам факт признания необходимо рассматривать лишь как обстоятельство, смягчающее наказание.

Часть 2 статьи 307 УК РФ содержит один квалифицирующий признак «деяния, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого и особо тяжкого преступления». Рядом авторов обоснованно высказываются предложения о расширении квалифицирующих признаков данного состава преступления. Например, Дворянсков И.В. [7] предлагает в качестве квалифицирующих рассматривать: причинение тяжких последствий (длительное содержание невиновного под стражей, осуждение к большому сроку лишения свободы и т.п.) и совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. Горелик А.С., Лобанова Л.В. [6, с.303] предлагают «вернуть» в статью 307 УК РФ создание искусственных доказательств обвинения, которое было в аналогичном составе статьи 182 УК РСФСР 1960 года. Также в качестве квалифицирующего признака необходимо рассматривать совершение преступления из корыстных побуждений.

В литературе со ссылками на зарубежный опыт озвучиваются предложения об усилении санкции статьи 307 УК РФ [8, с.284-287]. Данное предложение вполне обоснованно, поскольку размер санкции в настоящее время, не пропорционален степени общественной опасности данного преступления. 

Таким образом, видится необходимость внесения изменений в статью 307 УК РФ.

 

Список использованной литературы:

2. Официальная статистика Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2016 г. из формы № 10-а «Отчет о числе осужденных по всем составам преступлений УК РФи иных лицах, в отношении которых вынесены судебные акты по уголовным делам» [Электронный ресурс] // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации. Электрон. дан. [Б. м.], 2009-2017. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79 (дата обращения: 28.04.2017).

3. Белкин Р. С. Курс криминалистики : Частные криминалистические теории. В 3-х томах. Т. 2. М., 1997.

4. Будаева Ю. В. Уголовно-правовые проблемы борьбы с фальсификацией доказательств [Электронный ресурс] : автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004 // Электронная библиотека диссертаций. Электрон. дан. [Б. м.], 2007-2016. URL: http://www.dissercat.com/content/ugolovno-pravovye-problemy-borby-s-falsifikatsiei-dokazatelstv (дата обращения: 11.11.2016).

Возбуждать уголовные дела против бизнесменов по налоговым преступлениям теперь можно только на основании материалов органов ФНС

Об этом CEO компании ДВИЖ Роман Гуров рассказал участникам «Российской строительной недели».

 

 

4-я международная специализированная выставка строительных, отделочных материалов и технологий прошла в очном формате в московском «Экспоцентре» с 28 февраля по 3 марта 2022 года. Эксперты по работе с недвижимостью со всей страны представили свои доклады на темы проектирования, строительства и эксплуатации объектов. Один из ключевых вопросов звучал так: как девелоперам выстроить работу отделов продаж в период, когда рынок нестабилен.

Роман Гуров (на фото) — генеральный директор IT-компании ДВИЖ, специализирующейся на разработке цифровых продуктов для организации омниканальных продаж недвижимости у застройщиков. На сегодня более 70 крупнейших девелоперов страны уже успешно внедрили в работу решения компании, среди них ГК Самолет, ГК Страна Девелопмент, Glorax Development, Группа Эталон, A101, Группа ЛСР и др.

«Коллеги, для нас омниканальные продажи — это когда онлайн и офлайн опыт клиента склеивается в один прозрачный и понятный процесс, — пояснил Роман в начале своего выступления, добавив: — Сейчас, в супертурбулентное время, это становится особенно важным. Очень важна скорость каждой сделки. Покупатели паникуют, могут быстро менять решение о покупке».

«Наш проект ДВИЖ — это собственная инхаус-разработка, что становится особенно актуальным в текущих экономических условиях, — уточнил Роман. — Мы не зависим от зарубежного ПО и готовы силами нашей IT-команды подстраиваться под задачи каждого клиента. Самое главное, что мы сейчас помогаем делать, — закрывать больше сделок на том трафике, который уже приходит в отделы продаж застройщиков», — подчеркнул Роман Гуров.

 

Как застройщику выстроить работу отдела продаж

«По нашей статистике на сегодня распределение первого значимого контакта покупателя с отделом продаж девелопера это где-то в районе 60/40% в пользу офлайна, — уточнил топ-менеджер. — То есть большинству покупателей до сих пор необходимо прийти в офис, побеседовать с менеджером вживую. Решительно важно, чтобы далее человек двигался по сделке бесшовно и быстро. Чтобы покупатель мог перейти в онлайн, и сделка была доведена до регистрации в реестре в максимально сжатый срок. Ведь наибольший процент отвалившихся покупателей формируется на этапе подбора ипотеки. Поэтому застройщику нужно работать над повышением процента одобрения и скоростью сделок.

Для этого мы внедрили сервис ДВИЖ-ID. Если коротко, то это цифровой профиль покупателя, который позволит идентифицировать его в любой точке взаимодействия: при бронировании квартиры, при подаче заявки на ипотеку, на этапе выпуска ЭЦП или в момент регистрации сделки. Сервис можно интегрировать на любой сайт, он работает по принципу добавления виджета. Платформа, на которой построен ваш сайт, может быть абсолютно любой, в том числе самописной», — подчеркнул Гуров.

 

 

Личный кабинет клиента идентичен личному кабинету на стороне застройщика. Единственное отличие в том, что у застройщика больше возможностей по функционалу. При этом весь путь покупатель может пройти сам, в том числе со своего мобильного телефона.

 

На какие результаты ориентироваться

«Опыт наших клиентов-девелоперов показывает, — сообщил Роман,  что окупаемость от внедрения ДВИЖ-ID происходит в первый же месяц:

• показатель одобрения ипотеки растет в среднем на 15%;

• конверсия в бронирование увеличивается на 30%;

• одобрение клиента происходит в три раза быстрее;

• регистрация сделки происходит на два дня быстрее, чем при классическом обращении в МФЦ.

Подключиться к системе можно за 7 рабочих дней. Достаточно оставить заявку через сайт ДВИЖ, и мы с удовольствием проведем для вас демонстрацию», — заверил Роман Гуров.

 

 

 

 

 

 

 

Другие публикации по теме:

Бизнес в России точно не умрет: MR Group, ГК Самолет, ГК Пионер обсудили будущее рынка на большой конференции по цифровизации девелопмента на RosBuild

Депутат Елена Николаева: Любой кризис — это не только вызов, но и возможности

Эксперт Инна Рыкова: как сделать эффективными проекты формата «чистое поле»

РСН-22: строительство может играть решающую роль в восстановлении экономики страны

Девелоперы России будут совместно противостоять кризису

Открыта регистрация на третий форум недвижимости «Движение»

Проблемы регионов, продление льготной ипотеки и трансформации рынка обсуждались на форуме недвижимости «Движение»

В Сочи открылcя форум недвижимости «Движение»

Страница не найдена | Институт мира США

Поиск USIP. org

Тип контентаСообщение в блогеЦентрКурсЮжный Суданский мирный процесс Цифровая библиотека ЭлементСобытиеВнешние новостиСтипендияТема обсужденияGC — Academy LandingGC — Продвижение курсаGC — EventGlossary TermGrantINPROL PublicationLanding PageNewsOnline CoursePagePersonProjectsPublicationPublic Education PageLibrary ResourceSite Notification

СтраныАфрика-Ангола-Бенин-Ботсвана-Буркина-Фасо-Бурунди-Камерун-Кабо-Верде-Центральноафриканская Республика-Чад-Коморские острова-Кот-д’Ивуар-Демократическая Республика Конго-Джибути-Экваториальная Гвинея-Эритрея-Эфиопия-Габон-Гана -Гвинея-Гвинея-Бисау-Кения-Лесото-Либерия-Мадагаскар-Малави-Мали-Мавритания-Маврикий-Мозамбик-Намибия-Нигер-Нигерия-Руанда-Сан-Томе и Принсипи-Сенегал-Сейшельские острова-Сьерра-Леоне-Сомали-Южная Африка- Южный Судан-Судан-Свазиленд-Танзания-Гамбия-Республика Конго-Того-Уганда-Замбия-ЗимбабвеАмерика-Антигуа и Барбуда-Аргентина-Багамы-Барбадос-Белиз-Боливия-Бразилия-Канада-Чили-Колумбия-Коста-Рика -Куба-Доминика-Доминиканская Республика-Эквадор-Сальвадор-Гренада-Гватемала-Гайана-Гаити-Гондурас-Ямайка-Мексика-Никарагуа-Панама-Парагвай-Перу-Сент-Китс и Невис-Сент-Люсия-Сент-Винсент и Гренадины-Тринидад и Тобаго-США-Уругвай-ВенесуэлаАзия-Афганистан-Австралия-Бангладеш-Бутан-Бруней-Бирма-Камбоджа-Китай-Фиджи-Индия-Индонезия-Япония-Казахстан- Кирибати-Кыргызстан-Лаос-Малайзия-Мальдивы-Маршалловы Острова-Микронезия-Монголия-Науру-Непал-Новая Зеландия-Северная Корея-Пакистан-Палау-Новая Гвинея-Филиппины-Самоа-Сингапур-Соломоновы Острова-Южная Корея-Шри-Ланка- Суринам-Таджикистан-Таиланд-Тимор-Лешти-Тонга-Туркменистан-Тувалу-Узбекистан-Вануату-ВьетнамЕвропа-Албания-Андорра-Армения-Австрия-Азербайджан-Беларусь-Бельгия-Босния-Герцеговина-Болгария-Хорватия-Кипр-Чехия-Дания- Эстония-Финляндия-Франция-Грузия-Германия-Греция-Гренландия-Святой Престол (Ватикан)-Венгрия-Исландия-Ирландия-Италия-Косово-Латвия-Лихтенштейн-Литва-Люксембург-Македония-Мальта-Молдова-Монако-Черногория-Нидерланды -Норвегия-Польша-Португалия-Румыния-Россия-Сан-Марино-Сербия-Словакия-Словения-Испания-Швеция-Швейцария-Турция-Украина-Великобритания Ближний Восток и Северная Африка-Алжир-Бахрейн-Египет-Иран-Ирак-Израиль и Палестинские территории-Иордания-Кувейт-Ливан-Ливия-Марокко-Оман-Катар-Саудовская Аравия-Сирия-Тунис-Объединенные Арабские Эмираты-Йемен

Проблемные областиВоенно-гражданские отношенияАнализ и предотвращение конфликтовДемократия и управлениеЭкономика и окружающая средаОбразование и обучениеНасилие на выборахХрупкость и устойчивостьГендерГлобальное здравоохранениеГлобальная политикаПрава человекаСправедливость, безопасность и верховенство законаПосредничество, переговоры и диалогНенасильственные действияМирные процессыПримирениеРелигияНасильственный экстремизмМолодежь

Сортировать

Актуальность

Дата

(PDF) Экологическое право и примирение с представителем власти по уголовному праву России

Комментария к УК РФ под редакцией В. И. Радченко

и А.С. Михлин, высказывают аналогичную точку зрения, согласно которой освобождение от

уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим может применяться к гораздо более широкому кругу лиц

— ко всем лицам, совершившим преступления небольшой или средней тяжести

тяжести, то есть умышленных деяний, за совершение которых максимальное наказание

УК РФ не превышает пяти лет лишения свободы

либо законом предусмотрено более легкое наказание, либо если деяние было совершено по

неосторожности.В.А. Давыдов утверждает, что ст. 76 УК РФ

прямо не предусматривает каких-либо ограничений на освобождение лица от уголовной

ответственности в зависимости от объекта преступления, поэтому положения настоящей статьи

распространяются на лицо, которое совершило двухстороннее преступление (например, неуважение к суду — ч. 1

статьи 296 УК РФ) … Если вред причинен только

интересам общества или государства и налицо не является потерпевшим в уголовно-процессуальном отношении, то

положения ст. 76 УК РФ применить нельзя.

Интересную позицию высказывает Е.Л. Сидоренко, отметив, что стремясь

максимально обеспечить права потерпевшего — физического лица, сотрудник правоохранительных органов

пренебрегает общественными и государственными интересами, на которые направлено преступное посягательство. На основании

на буквальном толковании ст. 25 УПК РФ

Федерации, для прекращения уголовного дела необходимо достижение сторонами

примирения.Поскольку и потерпевший, и прокурор являются сторонами уголовного производства по части обвинения

, для прекращения дела требуется не только воля потерпевшего, но и согласие общественного прокурора

. Хотя на самом деле неявка потерпевшего

не является препятствием для прекращения дела, что, по сути, ущемляет

интересы государства в восстановлении публичных прав. Кроме того, далее ученый отмечает, что общественными

интересами государства являются сохранение правопорядка и общественной безопасности, а их

обеспечение предполагает уголовное преследование. Вместе с тем, руководствуясь принципом

справедливости и принимая во внимание, что причиненный

вред лицу возмещен виновным в качестве дополнительного предмета, суд может принять решение о прекращении уголовного дела, если

общественные интересы обеспечены.

В то же время есть высказывания авторов, придерживающихся иной точки зрения.

Например, Анисимов А.П. отмечает, что уголовные дела о преступлениях против общественной безопасности и

общественного порядка или против государственной власти (так называемые двухобъектные преступления) не могут быть прекращены

в связи с примирением сторон, поскольку примирение с потерпевшего по делам о преступлениях

против правосудия противоречит смыслу закона, защищающего интересы от преступного

посягательства.При этом физическому лицу, пострадавшему от преступных действий, причиняется вред

только потому, что это лицо является представителем власти и выполняет определенные

должностные обязанности. Следовательно, его волеизъявление о прекращении дела в связи с

примирением с обвиняемым не имеет юридического значения.

Данную позицию разделяет Гарбатович Д., который отмечает, что судебные решения о

прекращении уголовных дел в связи с примирением сторон в отношении

подсудимых по делам о таких преступлениях, как хулиганство, совершенное с применением оружия или

предметы, используемые в качестве оружия, применение насилия в отношении государственного служащего; оскорбление

государственного чиновника являются спорными.

5 Заключение

В связи с изложенным считаем, что для преступлений, в которых основным объектом являются

интересы государства, а потерпевшим является дополнительное объективное проявление

посягательства (которому неизбежно причиняется вред при атакуется основной объект), добиться примирения с основным объектом посягательства

невозможно, так как не отработаны

механизмы компенсации, выражающиеся в подрыве

авторитета. Кроме того, примирение с потерпевшим не сможет устранить вред

, причиненный основному объекту преступного посягательства. Следовательно, совершенное преступление в его

объективном проявлении не утрачивает общественной опасности, и уголовное дело в отношении

лица, его совершившего, не может быть прекращено.

Мы должны согласиться с Р.М. Минулин, отметив, что категории преступлений, по которым возможно

примирение, указаны в законе недостаточно.По преступлениям, объектом которых

является не только лицо или имущество, но также общественный порядок и безопасность, здоровье населения и общественная

нравственность и т. п., участие потерпевшего в деле не исключает того, что эти

преступления представляют угрозу для населения в целом, а не только отдельных лиц.

Представляется, что в данном случае «диспозитивные принципы» УК РФ

Федерации, выразившиеся, в частности, в правовой деятельности потерпевшего по примирению с

виновным, ограничиваются общественными интересами штат.

В целях исключения указанной противоречивой правоприменительной практики в научном

сообществе предлагаются следующие пути решения данной проблемы.

Например, С.В. Синенко предлагает исключить такие ситуации из судебной практики

особый порядок реализации права потерпевшего, предусмотренный ст. 25 Кодекса

Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по анализируемой категории уголовных дел.

Специфика данного приказа будет заключаться в согласованном решении конкретного потерпевшего физического лица

и государственного учреждения, в котором он служит или работает.Решение работника о примирении

с подсудимым, а в случае прекращения на стадии предварительного

расследования — с обвиняемым или подозреваемым, является обязательным. Однако этого недостаточно. В данном

деле государственный орган обязан высказать свое мнение о возможности или невозможности

простить виновного за совершенное деяние. Решение государственного органа должно быть

коллегиальным и обсуждаться, например, на оперативных совещаниях с руководителем этого органа.

Далее автор предлагает ст. 25 УПК РФ

дополнить частью следующего содержания: «За преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 212, ст.

294-298, 304, 309, 311, 317-320, ч. 2 ст. 321, ст. 333, 334, ч. 2 ст. 336

УК РФ уголовное дело может быть прекращено только с согласия

органа, в котором потерпевший был назначен на должность в соответствии с

установленного порядка и исполнял обязанности, предусмотренные должностью описания по

данной должности при совершении указанных преступлений.

Данная позиция представляется спорной, поскольку конкретное государственное учреждение, например,

территориальный орган внутренних дел по субъекту Российской Федерации, не может

выражать интересы всей системы МВД России

всего государства

По мнению Е.Л. предложена оценка правовой природы примирения и статуса его участников, что, по мнению ученого, должно обеспечить непротиворечивость норм уголовного и уголовно-процессуального

законодательства в оценке потерпевшего и создать достоверную основу для развитие медиа технологий в пу блический закон.

В связи с этим считаем целесообразным установить запрет на освобождение от уголовной

ответственности в связи с примирением с потерпевшим в случаях совершения виновным

преступления против правосудия или порядка администрации, в которых потерпевший

«особый» (представитель органов власти, в том числе сотрудник органов внутренних дел).

Соответственно статью 76 УК РФ

дополнить частью 2 следующего содержания:

«2.Положения части 1 настоящей статьи не распространяются на лиц, совершивших

преступления против правосудия и порядка управления». Верховный Суд Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О

9

E3S Web of Conferences 244, 12021 (2021) https://doi.org/10.1051/e3sconf/202124412021

EMMFT

Должна ли SEC привлекать к ответственности юристов по ценным бумагам за плохой совет? | Статья

Эллисон Херрен Ли в речи, произнесенной в пятницу в Институте Практикующего Юриспруденции, заявила о многочисленных недавних профессиональных упущениях со стороны корпоративных юристов, ведущих бизнес, до того, как SEC убедила ее существующий надзор неадекватным. То, как и когда агентство применяет принудительные меры в отношении директоров по соблюдению требований (CCO), может служить образцом того, как могут быть установлены и применены новые стандарты для юристов по ценным бумагам.

«Суть такова: когда корпоративные юристы дают плохие советы, последствия ложатся не только на их клиентов, но и на инвесторов и рынки капитала в целом, особенно когда речь идет о советах по раскрытию информации», — сказала она.

Ли сказала, что ее особая проблема связана с так называемыми юридическими консультациями, в которых корпоративный юрист утаивает или даже искажает имеющиеся факты, чтобы предоставить руководству ответы, которые оно хочет.Она утверждала, что при Сарбейнсе-Оксли (SOX) юристы по ценным бумагам обязаны действовать в качестве привратников. В первую очередь они должны давать юридические консультации компании и ее акционерам, а не руководителям, которые их наняли.

Закон Сарбейнса-Оксли в Разделе 307 предписывает Комиссии по ценным бумагам и биржам установить правила для юристов, практикующих перед Комиссией. Раздел также уполномочил агентство предписывать «минимальные стандарты профессионального поведения для адвокатов, выступающих и практикующих перед Комиссией каким-либо образом при представительстве эмитентов.

Но SEC еще не установила минимальные стандарты профессионального поведения. Он выдвинул только одно правило в ответ на раздел 307 SOX: так называемое «правило вверх по лестнице», которое требует от юристов сообщать об определенных нарушениях по цепочке управления внутри корпоративного клиента.

«Мы не приняли более широкий набор правил, как указал Конгресс, и, что весьма важно, даже этот единый стандарт не применялся в течение почти 20 лет с момента его принятия», — сказал Ли.

Далее она заявила: «Пришло время пересмотреть этот невыполненный мандат и подумать, должна ли Комиссия по ценным бумагам и биржам принять (и обеспечить соблюдение) минимальный набор стандартов для юристов, практикующих перед Комиссией, чтобы лучше защитить инвесторов и рынки».

Ли предложил SEC сделать это, применяя существующее правило в рамках своих собственных правил практики. Правило 102(e) позволяет Комиссии «отстранять от должности или запрещать адвокатам, когда их поведение не соответствует «общепризнанным нормам профессионального поведения».На практике SEC применяет этот закон в качестве дополнительного наказания для юристов, чье поведение нарушает закон о ценных бумагах, сказал Ли.

«Пришло время вернуться к этому незаконченному делу», — сказала она.

Возвышение или срыв?

Когда SOX стал законом в 2002 году, Американская ассоциация юристов (ABA) яростно выступала против установления набора стандартов, подобных описанным Ли в ее речи.

«Привлечение юристов к дисциплинарной ответственности Комиссией по ценным бумагам и биржам за халатность окажет сдерживающее воздействие на способность юристов усердно и независимо представлять интересы своих клиентов», — написал тогдашний президент ABA Альфред Карлтон-младший.в письме агентству от 2002 г.

Ли сказала, что понимает «сложность и деликатность, присущие этой области», но использовала пример того, как SEC дисциплинирует CCO, чтобы продемонстрировать, как агентство может сбалансировать способность профессионалов выполнять свою работу со своим желанием привлечь к ответственности тех, кто нарушает правила безопасности. закон.

«Я уверена, что благодаря активному участию общественности Комиссия имеет хорошие возможности для разработки правил, призванных улучшить, а не нарушить, поведение адвокатов в том, что касается представительства эмитентов», — написала она в сноске к речь.

Организации, представляющие комплаенс-профессию, активно заявляют, что принудительные меры SEC против CCO могут вынудить специалистов-практиков покинуть профессию и воспрепятствовать новым сотрудникам.

В июне Коллегия адвокатов города Нью-Йорка создала для SEC структуру, которая установила так называемый стандарт безрассудства, который агентство должно учитывать при принятии решения о предъявлении CCO обвинения в нарушении законодательства о ценных бумагах, которое имеет место в его или ее фирме, предоставляющей финансовые услуги. Эта структура основывалась на решениях о взимании платы за действия, которые не являются результатом мошенничества или препятствий со стороны CCO.

Национальное общество специалистов по соблюдению требований (NSCP), некоммерческая группа, представляющая более 2000 специалистов по соблюдению требований в сфере финансовых услуг, заявило в январе, что многие из его членов обеспокоены нехваткой ресурсов у фирмы и слабой культурой соблюдения требований, которые могут подорвать эффективность CCO. Эти факторы не должны возлагать на CCO ответственность за правонарушения других, считают члены NSCP.

NSCP выпустила собственную концепцию, призывающую регулирующие органы более комплексно рассматривать ответственность CCO в контексте культуры соблюдения требований в фирме CCO.

Ли утверждала в своем выступлении, что стандарты для юристов по ценным бумагам должны включать более подробную информацию об обязательствах юриста перед корпоративным клиентом, рекомендации относительно существенности, а также требования к компетентности и опыту.

Как только стандарты будут установлены, SEC может применить требования к непрерывному образованию для юристов по ценным бумагам, во многом так же, как Совет по надзору за бухгалтерским учетом публичных компаний сделал для аудиторов, сказала она. Комиссия по ценным бумагам и биржам может также потребовать от юридических фирм, работающих в области права ценных бумаг, иметь систему контроля качества на уровне фирмы, которая опять же будет аналогична той, которую используют аудиторские фирмы в публичных компаниях.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.